Год без конфискации

Представители российских силовых ведомств нашли поддержку у парламентариев в своем стремлении восстановить в УК упраздненный чуть более года назад институт конфискации имущества.

Глава МВД России Рашид Нургалиев на заседании Совета Федерации 23 марта рассказал сенаторам о том, как нужно бороться с преступностью и что мешает правоохранителям в этой борьбе. Как выяснилось, больше всего министра печалит ничем не оправданная гуманность уголовного законодательства, которое не внушает страха и трепета потенциальным и уже состоявшимся преступникам. Министр предложил парламентариям для начала подумать о том, как вернуть в Уголовный кодекс (УК) такую меру наказания как конфискация имущества, отмененная год назад.

'Исключение из закона нормы о конфискации снизило превентивную роль УК в борьбе с криминалитетом, - посетовал Нургалиев. - Штрафные санкции не позволяют компенсировать в полном объеме материальный ущерб, который преступники наносят обществу'. В подтверждение своих слов министр внутренних дел привел пример разоблачения преступной группировки некоего Петрова, у которой было изъято более четырех тонн (!) наркотиков на сумму свыше 45 млн. долларов. 'Финансовые активы членов этой группы составили около 100 млн. долларов, а максимальный штраф, который мог назначить суд, - 1 млн. рублей', - отметил глава МВД. Конфискацию имущества, пояснил он, нужно рассматривать как дополнительную меру наказания за тяжкие преступления, связанные с наркобизнесом, терроризмом и организацией криминальных сообществ.

Напомним, что статья 'Конфискация имущества' была упразднена в конце 2003 года после принятия президентских поправок в УК и УПК. Экспроприацию незаконно нажитого имущества заменили штрафными санкциями (до 1 млн. рублей). Не прошло и полгода, как представители силовых ведомств начали говорить о необходимости возвращения конфискации в арсенал правоохранителей. Первым эту идею озвучил заместитель генерального прокурора РФ Владимир Колесников. В апреле 2004 года он заявил, что у государства должно быть право конфисковать имущество наркобаронов и террористов. Замгенпрокурора поддержали в Министерстве юстиции, и вот уже в январе 2005 года сам глава Генеральной прокуратуры Владимир Устинов выступил с предложением восстановить институт конфискации 'в рамках борьбы с коррупцией'.

Инициативу Генпрокуратуры законодательно оформили депутаты-'единороссы' Александр Гуров, Любовь Слиска, Алексей Волков и Александр Хинштейн. Они разработали и внесли в Госдуму соответствующий проект закона (поправки в УК). Лишением собственности депутаты предлагают карать наркоторговцев, террористов, взяточников и даже государственных изменников (если их деяния подпадают под квалификацию 'тяжких' и 'особо тяжких' преступлений). Причем конфискации в судебном порядке, по мнению авторов, должно подлежать не только незаконно нажитое имущество и орудия совершения преступления, но также любые 'доходы, полученные от этого имущества', в том числе 'легализованные посредством финансовых операций' и 'используемые для предпринимательской или иной экономической деятельности'.

Таким образом, если поправки 'единороссов' будут приняты (а в профильном Комитете Госдумы по безопасности, как рассказал 'Росбалту' депутат Геннадий Гудков, к ним отнеслись благосклонно), у государства, помимо прочего, появится еще один инструмент легального передела собственности, который, в случае необходимости, можно будет использовать в борьбе с неугодными олигархами.

К позиции инициаторов ужесточения Уголовного кодекса сенаторы отнеслись с полным пониманием. Спикер Совета Федерации Сергей Миронов заявил журналистам, что поддерживает идею возвращения института конфискации как 'восстанавливающую справедливость'. 'Когда эта норма изымалась из УК, говорили, что вот, мол, кто-то совершил проступок, а у семьи последние столы и стулья отбирают, - заметил спикер. - Эта корректировка уголовного законодательства преподносилась как его гуманизация. Но что вышло на практике? Награблены миллионы долларов, отстроены виллы и дачи, куплены машины, доказано, что всё это нажито преступным путем, а человек получает некий срок, зачастую условный или непродолжительный, через некоторое время выходит на свободу - и припеваючи живет. Всё награбленное имущество остается в его собственности! Это несправедливо'.

Намного дальше в своих комментариях пошел член комитета верхней палаты по правовым и судебным вопросам Дмитрий Бедняков. Фактически, он предложил не распространять на 'лиц, занимающих определенные должности', а также на подозреваемых в совершении экономических преступлений, принцип презумпции невиновности. 'Эти люди обязаны доказывать законность принадлежащего им имущества, - заявил Бедняков. - Если не смогут доказать - всё имущество должно быть изъято'.

Как сообщили корреспонденту 'Росбалта' в Комитете Госдумы по безопасности, на законопроект о конфискации уже поступил отзыв Правительства РФ - отрицательный. Зато депутатов-'единороссов' поддерживают в судейском сообществе страны. Верховный Суд РФ представил свое положительное заключение на проект закона о восстановлении конфискации, с одной лишь оговоркой: имущество, подлежащее конфискации, если оно было передано осужденным другому лицу, может быть изъято в собственность государства только 'при условии доказанности, что это лицо знало о его незаконном приобретении, предназначении или использовании'. Правда, в судейском отзыве не уточняется, как и кто должен доказывать, знали или не знали 'бедные родственники' преступника о природе доставшегося им богатства.

Член Комитета Госдумы по безопасности Геннадий Гудков считает, что в качестве дополнительной (альтернативной) меры наказания конфискация может применяться только в случае особо тяжких террористических преступлений, торговли наркотиками и оружием, но не должна распространяться на правонарушения, связанные с налогами и экономической деятельностью. 'В принципе, это разумная мера, но только если она направлена против самых злостных преступников, а не всех подряд, - отметил Гудков в беседе с корреспондентом "Росбалта". - Законопроект нужно доработать, чтобы исключить возможность слишком широкого толкования нормы о конфискации'.

Главный оппонент 'конфискаторов' в парламенте, председатель думского Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Павел Крашенинников заявил 'Росбалту', что в действующих законах четко прописаны условия и процедуры возмещения ущерба от преступной деятельности. 'Существует норма Уголовно-процессуального кодекса, согласно которой, если в ходе расследования уголовного дела выявляется имущество, полученное незаконным путем, то оно либо возвращается законному собственнику, либо обращается в доход государства, - пояснил Крашенинников. - К остальным случаям применимы нормы Гражданского кодекса'. По мнению депутата, восстанавливать институт конфискации при нынешнем Гражданском и Уголовно-процессуальном кодексах - всё равно что 'пытаться пришить голову быка к туловищу собаки'.

Чья точка зрения - влиятельных сторонников или противников восстановления института конфискации - возобладает в Госдуме и Совете Федерации, сказать пока трудно. Хотя законопроект 'единороссов' не может не показаться привлекательным большинству депутатов (ведь ужесточение УК в целях борьбы с казнокрадами, террористами и наркобаронами наверняка будет встречено с пониманием избирателями), тем не менее, отрицательная реакция кабинета министров на эту инициативу пока остается неизменной. В конечном счете, всё будет зависеть от позиции главного 'субъекта законодательной инициативы' - президента РФ, который своего веского слова по этому поводу еще не сказал.

Игорь Джохадзе, ИА 'Росбалт'. Москва