Россия проиграла первый раунд нефтегазовой игры

Идея создания системы энергетической безопасности Европы и ослабления ее нефтегазовой зависимости от России постепенно претворяется в жизнь. 13 июля в Турции открылся экспортный нефтепровод Баку-Тбилиси-Джейхан. До конца текущего года в эксплуатацию будет сдан и экспортный газопровод Баку-Тбилиси-Эрзерум.


© СС0

Идея создания системы энергетической безопасности Европы и ослабления ее нефтегазовой зависимости от России постепенно претворяется в жизнь. 13 июля в Турции состоялась официальная церемония открытия экспортного нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан. До конца текущего года в эксплуатацию будет сдан и экспортный газопровод Баку-Тбилиси-Эрзерум.

В торжествах по случаю открытия Баку-Тбилиси-Джейхан (БТД) приняли участие президенты Азербайджана, Грузии и Турции — государств, по территории которых проходит нефтепровод. По некоторым данным, церемония открытия БТД стала самым дорогостоящим торжеством в истории Турции: она обошлась казне в $3-3,5 млн. Правда, президенты и главы правительств других государств, несмотря на приглашение Анкары, не приехали. Включая Путина и Буша — хотя Вашингтон провозгласил проект БТД «сделкой века», а президент США лично лоббировал его на всех уровнях.

По сравнению с гигантскими планами Анкары, отсутствие лидеров влиятельных держав — сиюминутное огорчение. Министр энергетики и природных ресурсов Турции Хильми Гюлер уже заявил, что открытие БТД превратит Джейхан в центр экспорта нефти и газа: «будет создана нефтяная биржа и появится свой нефтяной индекс». Министр не сомневается, что Джейхан превратится в «турецкий Роттердам». Заметим, что за транзит каспийской нефти на мировые рынки Турция будет получать по меньшей мере $300 млн в год.

Налицо и выгоды Азербайджана: во-первых, финансовые, во-вторых, политические. Дивиденды же Грузии, считают эксперты, имеют в большей степени политический окрас: она получила новую привлекательную функцию альтернативного российскому транзитному пути для энергоресурсов Каспия, что усиливает геополитическую значимость страны со всеми вытекающими отсюда политическими, оборонными и отчасти экономическими привилегиями.

Идея строительства нефтепровода БТД, рассчитанного на транспортировку 50 млн тонн нефти в год с перспективой увеличения мощности до 70 млн тонн, возникла в начале 90-х годов. Изначально для транзита азербайджанской нефти рассматривалась и территория России, но экс-президент Эдуард Шеварднадзе сделал все, чтобы транзитный путь прошел через Грузию. Впрочем, долго уговаривать Запад не пришлось — он быстро «просек» политическую выгоду от этого маршрута.

Контракт о разработке азербайджанских месторождений Азери, Чираг и Гюнешли был подписан 20 сентября 1994 года в Баку. А 18 ноября 1999 года в Стамбуле президенты Азербайджана, Турции и Грузии подписали пакет соглашений по Основному экспортному нефтепроводу в обход России. В октябре 2000 года компании-участницы проекта подписали соглашения с правительствами Азербайджана, Грузии и Турции о финансировании строительства нефтепровода. Собственно строительство началось осенью 2002 года и эксплуатация нефтепровода, вопреки первоначальным расчетам, началась не зимой 2004 года, а только в мае текущего. Позже к БТД присоединился Казахстан: на начальном этапе казахстанская нефть в объеме 7,5 млн тонн в год будет поставляться на танкерах в Азербайджан, а далее по трубопроводу до Джейхана. Постепенно доля казахстанской нефти в БТД увеличится до 20 млн тонн в год.

Заметим, президент Казахстана Нурсултан Назарбаев до последнего тянул с присоединением к БТД. Вероятно, он взял тайм-аут на изучение меняющейся политической конъюнктуры, которая, в итоге, сложилась в пользу совместного с Азербайджаном транзита части казахстанской нефти. Существует также мнение, что потенциал азербайджанских месторождений не столь впечатляющ, как это хотят представить Баку и США, и проект без участия Казахстана мог стать откровенно убыточным. Ряд экспертов считают, что изначально затея с БТД имела в большей степени политическую направленность.

Протяженность нефтепровода составляет 1767 км, из них на территорию Азербайджана приходится 443 км, Грузии — 248 км, Турции — 1076 км. Реализации проекта обошлась спонсорам почти в $4 млрд, то есть более чем на миллиард дороже, чем ожидалось. Акционерами БТД являются оператор проекта BP (30,1% долевого участия), ГНКАР (25%), Unocal (8,9%), Statoil (8,71%), TPAO (6,53%), ENI (5%), Total (5%), Itochu (3,4%), Conoco Philliрs (2,5%), Inрex (2,5%), Amerada Hess (2,36%).

Как отмечают некоторые эксперты, БТД уже создал конкуренцию проектам российской «Транснефти» и КТК («Каспийский трубопроводный консорциум»), в котором участвует и Казахстан. Но, вероятно, Астана, которая в 2008 г. намерена экспортировать 70 млн тонн нефти, считает, что БТД для нее не опасен, и взяла курс на создание альтернативных маршрутов экспорта. Заметим, Казахстан также экспортирует нефть в Китай по новому континентальному трубопроводу Атасу-Алашанькоу, собирается строить еще одну параллельную экспортную ветку и новый нефтепровод Кенкияк-Аральск-Кумколь.

Так что если Азербайджан не «наскребет» достаточного количества нефти для БТД, и для его загрузки не будет достаточно помощи Казахстана в объеме 7,5 млн тонн, Баку и спонсоры проекта впадут в достаточно серьезную зависимость от Астаны. Кроме того, если Россия не пойдет на расширение КТК на приемлемых для Астаны и европейских спонсоров условиях, Казахстан переориентирует большую часть своей нефти (возможно, 25 млн тонн в год), на БТД, и тогда Баку-Тбилиси-Джейхан действительно составит конкуренцию российским трубопроводам.

Разумеется, Россия отдает себе отчет в том, как могут развернуться события. Причем не столько вокруг экспорта нефти, сколько вокруг поставок природного газа на западные рынки. Напомним, России принадлежат 27% газовых и 6% нефтяных резервов, в то время как государства «Большой семерки» располагают всего 4% запасов газа и 9% нефти. Так что как минимум на «газовом» поле Россия является достаточно серьезным игроком, обойтись без которого трудно, но которого надо ослабить.

Поэтому как нельзя «кстати» у руководства Польши и американского миллиардера Джорджа Сороса возникла идея создания так называемого «энергетического НАТО». В качестве аргумента они привели «газовую войну» между Россией и Украиной, которая в любое время может перекинуться на другие европейские государства. Угроза выглядит серьезно: ведь четверть импортируемого Россией газа потребляют государства ЕС, а к 2020 году потребность Европы в природном газе увеличится, по прогнозам, втрое. Значит, следует диверсифицировать источники поставок и транзитные пути, сделав акцент, в частности, на запасах Азербайджана, Казахстана и Туркмении.

Идея была поддержана администрацией США. В новом энергетическом альянсе ее инициаторы видят государства ЕС, «газовые державы» и транзитные страны, включая Грузию, Украину и Молдову. Уже рассматривается возможность строительства нефтепровода Одесса-Броды-Плоцк, по которому азербайджанская нефть будет поступать как минимум в Польшу. Правда, пока не все европейские государства приняли идею на «ура».

В контексте движений вокруг возможного нового альянса инициатива Владимира Путина о создании в рамках Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) энергетического клуба выглядит достаточно прагматично. В клуб, по замыслу, войдут не только газодобывающие государства, но и крупные потребители — Индия, Пакистан и Китай, имеющие в ШОС статус наблюдателя.

В еще не существующем энергетическом клубе Запад уже он усмотрел угрозу создания на Востоке своего рода газового ОПЕК, который, с учетом газовых ресурсов России, государств Центральной Азии и Ирана, может охватить 50% разведанных запасов газа. Достаточно угрожающим видится Западу и предложение Ирана вместе с Россией устанавливать цены на газ и определять его основные потоки. Впрочем, в реалистичность инициативы Ирана многие аналитики не верят: Россия, считают они, не пойдет на столь масштабное обострение политико-энергетических отношений с Западом. Кроме того, у нее уже заключены долгосрочные контракты на поставки природного газа в европейские страны. И, что достаточно существенно, у России пока существуют неразрешенные вопросы с Туркменией по тарифам на газ и маршрутам транспортировки.

Но энергетический клуб — это возможная перспектива, а строительство газопровода Баку-Тбилиси-Эрзерум (Южно-Кавказский Трубопровод) скоро завершится, и экспортные поставки газа начнутся в начале будущего года. Таким образом, Турция получит уже два источника газовых поставок — российский «Голубой поток» и Южно-Кавказский Трубопровод. На новый газопровод большие надежды возлагает Грузия — он может избавить страну от острой энергетической зависимости от России. Правда, в настоящее время условия транзита азербайджанского газа для Грузии далеко не выигрышные. В свое время Шеварднадзе смог в качестве транзитной платы выторговать у участников проекта бесплатных 5% от общего объема транзита, и еще 5% Грузия сможет купить по льготной цене в $55 за 1 тысячу кубометров. Цена будет расти в пределах 1-5% в год.

То есть в 2007–2008 годах Грузия может рассчитывать на 200-250 млн кубометров газа, затем — по 300 млн кубометров в год, а при максимальной загрузке газопровода в 2011 году — на 800 млн кубометров. Объемы мизерные: в 2007 году потребность Грузии в газе составит 3 млрд кубометров, а к 2010 году ей потребуется не менее 5 млрд. Но, скорее всего, переговоры властей Грузии с руководством Азербайджана и Турции, а также спонсорами проекта, дадут результат, и от Южно-Кавказского газопровода ей перепадет больше, чем ожидалось. Однако не столько, чтобы отказаться от российского газа или заменить его иранским, который, кстати, более чем в два раза дороже.

Но если будет претворен в жизнь еще один проект — строительство газопровода из Казахстана по дну Каспия до Азербайджана с выходом на Грузию и дальше, тогда вопрос исключения России из схемы поставок и транзита газа будет решен. И не только для Грузии. Правда, перспектива реализации столь масштабной и дорогостоящей затеи достаточно отдаленная.

Словом, попытки США, Грузии, Украины, Польши и некоторых других стран лишить Россию влияния на нефтегазовом рынке набирают обороты. Но, считают некоторые эксперты, на одних только каспийских энергоносителях Европа далеко не уедет. И в этом контексте следует обратить особое внимание на поставки природного газа из Северной Африки, с Ближнего Востока и на увеличение добычи в Северном море. Все, однако, упирается в большие деньги и большие временные сроки.

Ирина Джорбенадзе, Тбилиси