Уральские ядерные уроки:
Битый небитого везет

Компенсацию жертвам атомных аварий на Южном Урале и переселение их с зараженных территорий предлагается оплатить из средств, полученных за... ввоз на Урал новых ядерных отходов с зарубежных атомных электростанций.

«Росбалт» завершает серию публикаций о самых первых и самых засекреченных ядерных авариях на производственном объединении «Маяк» и возникшей в связи с этим на Урале опасной ситуации для населения и окружающей среды.

Жизнь на ядерной свалке

И сегодня, спустя почти шестьдесят лет после первых сбросов радиоактивных отходов из производственного объединения «Маяк» в реку Теча, на Урале десятки тысячи людей остаются жить в условиях хронического облучения. До сих пор, несмотря на принятое властями в 1993 году решение, не выселено село Муслюмово, которое расположено всего в 30 километрах от объединения «Маяк». В 1949 году в нем проживало более четырех тысяч человек; теперь, по разным данным, от двух до трех тысяч. В илах реки Течи, возле Муслюмово, наблюдается такая концентрация цезия-137, что это уже радиоактивные отходы.

Из заключения парламентской экспертной группы:
«По уровню доз облучения село Муслюмово является критическим, средняя эффективная эквивалентная доза составляет 28 бэр. У детей в этом селе эффективные эквивалентные дозы превышают 0,5-1 бэр в год».
У детей!

Десятки комиссий, которые приезжали в Муслюмово, сотни килограммов переписки местных властей со всеми, с кем только можно, даже личный приезд в регион президента страны – вся эта легкая и тяжелая артиллерия так и не смогла более чем за полвека сдвинуть с места проблему отселения всего-то нескольких тысяч ежедневно облучающихся людей. (Зато власти хвастают сотнями тонн золота и миллиардами рублей в Стабфонде, хранящимися в американских и европейских ценных бумагах..)

«Грязная» продукция здесь такая же проблема, как и в чернобыльской зоне. Однако мало кто принимает это в расчет. В уральских деревнях, как и в полесских, едят свой «грязный» картофель, пьют свое «грязное» молоко. И этим жителям на долгие годы обеспечено внутреннее облучение. С этой точки зрения критическими являются еще несколько деревень – Татарская Караболка, Багаряк и Красный Партизан. Однако это, судя по всему, мало кого это интересует. Люди здесь предоставлены сами себе.

Интересно, что власти довольно оригинальным способом попытались решить экологическую проблему в уральском регионе радиационного бедствия. Экстремальную ситуацию - возможное переполнение и прорыв водоемов – атомщики намеревались ликвидировать с помощью строительства рядом с «Маяком»... Южно-Уральской АЭС. Да, именно экологическими соображениями в первую очередь прикрывались ее «атомные» заказчики.

Из заключения парламентской экспертной группы:
«В представленном в ноябре 1990 года на государственную экспертизу проекте строительства Южно-Уральской АЭС в вопросах радиационной экологической безопасности совершенно не нашли отражения уроки аварии на Чернобыльской АЭС в 1986 году и ее трагические последствия для огромных территорий России, Украины и Белоруссии».

Такая параллель: райцентр Чернобыль находился от АЭС на расстоянии 16-ти километров, а Южно-Уральскую планировалось возвести всего в 12-ти километрах от стотысячного города.

«В таком виде, - отмечалось в далее в заключении, - проект строительства АЭС должен быть однозначно отклонен, как совершенно не отвечающий элементарным экологическим требованиям к выбору, размещению АЭС и строительству в конкретной кризисной экологической обстановке, подлежащей глубокому изучению и анализу...»

Невероятно, но факт: экспертиза проекта Южно-Уральской АЭС была проведена лишь через семь лет после его утверждения властями и через пять лет после начала строительства АЭС. Тогда, когда в него уже было вложено более 200 миллионов рублей!

Спустя восемь лет после проектирования АЭС и даже начала ее строительства в Челябинской области стало возможным провести (благодаря перестройке) референдум: быть Южно-Уральской АЭС или не быть? Его инициировали – при серьезном сопротивлении атомного ведомства и властей – появившиеся неправительственные общественные организации. Естественно, что, имея печальный опыт проживания рядом с ядерным промышленным комплексом «Маяк», большинство жителей высказалось против атомной станции. Уральцы учли уроки Чернобыля.

И вот, почти накануне полувековой годовщины одной из самых серьезных ядерных аварий на «Маяке» и спустя двадцать лет после чернобыльской катастрофы у российского правительства снова атомных «планов громадье. Реанимация законсервированного проекта Южно-Уральской АЭС уже вовсю идет.

Жертвы оказались в должниках

В начале ноября текущего года губернатор Челябинской области Петр Сумин провел рабочую встречу с генеральным директором ПО «Маяк» Виталием Садовниковым. Собеседники тихо-мирно обсудили вопрос о включении Южно-Уральской атомной станции в Федеральную целевую программу «Развитие атомного энергопромышленного комплекса РФ на 2007-2010 годы и на перспективу до 2015 года». Понятно, что прежде этот вопрос обсуждался в Росатоме.

Проект генеральной схемы размещения генерирующих мощностей в Российской Федерации, в которую уже внесено строительство Южно-Уральской АЭС, предположительно будет рассматриваться на заседании правительства в декабре этого года. А чтобы подсластить уральцам атомную пилюлю, ядерное ведомство снова вспомнило про... селян из Муслюмово. Их снова пообещали переселить. Каждому жителю на новое жилье обещают, ни много ни мало, миллион рублей.

Откуда ж «дровишки»? В смысле – миллионы? Может, деньгами поделится Стабфонд, например? Оказывается, найдено отечественное оригинальнейшее ноу-хау того, как помочь жертвам немирного атома на реке Теча. Все просто: хочешь получить новый дом или компенсацию для его приобретения, будь готов к тому, что к твоему порогу – на «Маяк» – снова привезут отработанное ядерное топливо из зарубежных ядерных реакторов.

Созданная весной этого года по решению Комитета Госдумы по экологии комиссия по проведению независимой экспертизы экологической обстановки на Теченском каскаде водоемов уже подготовила соответствующие рекомендации Правительству и Росатому. Ученые рекомендуют в рамках Федеральной программы «Преодоление последствий радиационных катастроф на период до 2010 года» совместно с властями Челябинской области разработать и реализовать специальные экологические и социальные программы для села Муслюмово.
Одно только малюсенькое условие: финансироваться они должны за счет внешнеэкономических сделок по ввозу ядерных отходов (атомщики стыдливо называют их отработанным ядерным топливом) от зарубежных реакторов. Здорово придумано, не правда ли?

Как стало известно, Федеральное агентство по атомной энергии уже перечислило на расчетный счет ПО «Маяк» 600 миллионов рублей для отселения жителей деревни Муслюмово с загрязненной территории. Так сказать, авансом. Так что теперь уже, получается, муслюмовцы ходят в должниках перед Росатомом. Получается, что они теперь костьми должны лечь, но сделать все, чтобы ядерные отходы с атомных реакторов иностранных государств двигались прямехонько к ним, на реку Теча. Ну, не иезуит ли придумал эту атомную схему «помощи» облученным жертвам?

Дешево, очень дешево хочет отделаться ядерное ведомство, вкупе с государством, от челябинцев и населения других областей Восточно-Уральского следа. Более полувека травили сотни тысяч людей, а отселять обещают, да и то при условии ввоза на «Маяк» импортных ядерных отходов, а также денег самих же челябинцев (450 млн. будут взяты из местного бюджета, еще 350 млн. должно дать МЧС) всего-то одну деревню Муслюмово, две-три тысячи человек.

По данным независимых экспертов, каждый третий житель Челябинской области пострадал от ядерной деятельности производственного объединения «Маяк». А пока же только одной семье из Муслюмово, в которой родился ребенок с радиационными генетическими повреждениями, впервые в истории России удалось выиграть дело против государства и получить компенсацию в 50 миллионов неденоминированных рублей (всего 50 тыс. нынешних рублей).

Похоже, для того, чтобы расплатиться со всеми жертвами Восточно-Уральского ядерного следа, Росатому придется свезти сюда все ядерные отходы со всех зарубежных атомных станций. На Руси всегда так – битый небитого везет.

Алла Ярошинская