Иран: зеленая нереволюция

Выборы президента Ирана вылились в массовые беспорядки, но на самом деле не происходит ничего из ряда вон выходящего. В Исламской республике волнения случаются регулярно. На этот раз молодежь настойчиво требует реформ.

Выборы президента Ирана вылились в массовые беспорядки, которые до сих пор не утихают как в столице, так и в других крупных городах: Исфагане, Реште, Ширазе, Ардабиле.

Изначально борьба шла между действующим президентом Махмудом Ахмадинежадом и бывшим премьером Мир-Хосейном Мусави, отсутствовавшим на политической сцене 20 лет. Ахмадинежад позиционировался как представитель консервативных кругов, поддерживаемых духовенством. Мусави шел на выборы как реформатор. По официальным итогам, в результате беспрецедентно активных выборов (явка составила 85%) безоговорочную победу одержал Ахмадинежад, набрав более 62% голосов. У Мусави – всего 33,75%.

Экс-премьер незамедлительно обвинил власти в фальсификации выборов. По данным его сторонников, он победил с большим отрывом. По менее смелым оценкам, если бы выборы были честными, должен был быть второй тур (оба кандидата набрали бы менее 50%). В любом случае, оппозиция уверена, что Ахмадинежад занял в лучшем случае второе место.

Весьма странно выглядели результаты выборов в провинциях Иранского Азербайджана, где Ахмадинежад просто в несколько раз обогнал по голосам Мусави. С учетом того, что Мусави является этническим азери, столь резкий выход вперед Ахмадинежада именно в этих провинциях выглядит подозрительно и дает повод для обвинений в фальсификациях.

Сразу по окончании выборов сторонники Мусави вышли на улицы. Демонстрации протеста плавно вылились в беспорядки. 13 июня на улицах Тегерана уже горели автомобили, строились баррикады. Город наводнили полицейские и спецназ внутренних войск. К вечеру горели магазины и банки. Над городом поднимались столбы дыма.

Центрами волнений в крупных городах стали университеты, где студенчество по большей части поддерживает реформаторский курс, обещанный Мусави.

14 июня в Тегеран была введена бронетехника. Появились первые сообщения о погибших. До сих пор трудно понять, что конкретно произошло, но, судя по поступающей скудной информации, в унивеситете Решта при столкновениях с полицией погибли до четырех студентов.

В целом довольно сложно отделить слухи от фактов, а слухов много. О том, что полиция ловит и вешает студентов на столбах, что иранская полиция отказалась подчиниться, и власти завезли арабов из «Хизбаллы» для подавления бунта. Периодически появляются и опровергаются сообщения об аресте самого Мусави и экс-президента Хатами. 

Сразу с началом акций протеста, вылившихся в беспорядки, начали перекрываться каналы информации, в частности – зарубежных СМИ. Полиция и спецслужбы Ирана конфисковали у работающих в стране сотрудников телекомпаний ABC и NBC видеокамеры и пленки с записями антиправительственных выступлений.

Еще в день выборов в Иране наблюдались проблемы с мобильной связью – не шли СМС-сообщения. С началом беспорядков мобильная связь и GPRS стали периодически отключаться – то ли от перегрузки, то ли в результате оперативной деятельности спецслужб. По крайней мере, на Интернет практически сразу были выставлены фильтры – под блокировкой оказался ряд информационных порталов. Кроме того, блокироваться стали основные «революционные» каналы современной связи – Youtube, Facebook и т.д.

Несмотря на это, именно социальные сети стали основным источником информации от оппозиционеров. Мобильные технологии и обходные пути позволили оппозиционерам наладить каналы оповещения как внутри страны, так и наружу. В социальные сети и блоги с самого начала беспрерывно выдавалсь текстовая и видеоинформация о происходящем. Так, в сети микроблоггинга Twitter тема Ирана третий день занимает 5 из десяти самых обсуждаемых тем, а за количеством новых сообщений невозможно проследить просто физически. 

Судя по фото и видеоматериалам, которые поступают с мест событий, силовики ведут себя довольно неадекватно. На кадрах можно видеть, что полиция профилактически избивает дубинками прохожих, если на них замечают хотя бы часть одежды зеленого цвета (этот цвет использовался сторонниками Мусави во время предвыборной агитации, и сейчас они также используют повязки зеленого цвета). По ночам народ с крыш скандирует «Allah akbar!», своеобразно продолжая акцию протеста.

Ситуация довольно напряженная с учетом того, что на улицы вышла молодежь, которая составляет половину населения страны. Мусави пытается добиться отмены результатов выборов, но духовный лидер Хаменеи отверг возможность этого. В то же время понятно, что духовенство не может идти по пути все большего подавления инакомыслия в стране – новое поколение требует реформ. Так что взрыв насилия в какой-то степени был закономерен. Пока что это не революция, а скорее требование реформирования и эволюции.

Если Ахмадинежад сам не пойдет на реформы, то результатом этих выборов станет постоянно усиливающееся напряженность в обществе. Рано или поздно напряженность найдет выход в очередных социальных взрывах.

В Иране раз в несколько лет регулярно происходят масштабные волнения по самым разным поводам – политическим и экономическим, так что сейчас не происходит ничего экстраординарного. В то же время потенциал для качественного изменения ситуации есть – недовольство консерваторами растет. В последнее время, когда после прихода к власти в США Барака Обамы образ внешнего врага стал не столь ярок, трудно будет продолжать консервативную линию.

По последним данным, духовный лидер Ирана дал приказ о начале расследований всех обвинений в фальсификации выборов. Вероятнее всего, расследование будет использовано для того, чтобы затянуть время и дать остыть обществу. Вряд ли пересмотр результатов выборов произойдет на самом деле.

Мусави в свою очередь призвал своих сторонников выйти на улицы с портретами Хомейни, чтобы снять с себя подозрение в подрыве государственных устоев. Одним словом, не стоит видеть в происходящем попытку резких изменений революционного характера. По крайней мере, этого не хочет Мусави, несмотря на то, что среди его сторонников немало революционеров, и сам он постоянно повторяет, что будет идти до конца. Среди протестующих уже наметился раскол – многие хотят продолжать борьбу до победного конца и уже готовы отмежеваться от Мусави, в котором не видят революционной пассионарности. Правда, пока у них нет предводителя, который смог бы повести за собой массы.

Самвел Мартиросян