"Мягкая сила" меняет мир

В одном из первых указов президента Владимира Путина говорится о необходимости более эффективного использования ресурса публичной дипломатии и вовлечения гражданского общества во внешнеполитический процесс. Однако с этим все не так просто.

Одним из первых указов, подписанных Владимиром Путиным после вступления в должность президента РФ, стал указ о «О мерах по реализации внешнеполитического курса Российской Федерации». В частности, в указе подчеркивается необходимость более эффективного использования ресурса публичной дипломатии и вовлечения гражданского общества во внешнеполитический процесс в целях повышения результативности российской внешней политики. Для этого предлагается «укреплять взаимодействие с Общественной палатой Российской Федерации, некоммерческой организацией «Фонд поддержки публичной дипломатии имени Горчакова», другими неправительственными организациями внешнеполитической направленности, содействовать их широкому участию в деятельности мировых экспертно-политологических диалоговых форумов, в международном гуманитарном сотрудничестве».

До недавнего времени роль неправительственных организаций (НПО) в российской внешней политике была достаточно незаметной. Тем не менее, некоторые эксперты считают, что в ближайшее время в этой сфере могут произойти определенные изменения.

Надо отметить, что, в отличие от России, во многих западных странах НПО уже давно участвуют во внешнеполитической деятельности наравне с правительствами. Позиции таких организаций как Human Rights Watch, Transparency International, Greenpeace и других зачастую оказывают на мировую политику большее влияние, чем многие государства. Более того, некоторые эксперты на Западе склонны считать, что НПО в принципе становятся более могущественными акторами мировой политики, чем правительственные структуры. К примеру, как отметил в недавнем интервью программе «Вести Недели» один из ведущих политологов ФРГ - директор Центра имени Бертольда Бейца при Германском совете по внешней политике Александр Рар, «в Европе министры, министерство иностранных дел и политики решают катастрофически мало. У нас политику делают неправительственные организации. Их очень много. У них деньги. Это продукты гражданского общества, как оно создавалось после Второй мировой войны в Германии, во Франции и других странах».

В России пока что не так много НПО, активно действующих на дипломатическом поле. Да и похвастаться значительными ресурсами, в отличие от западных коллег, они, как правило, тоже не могут. Но, тем не менее, как отметил в интервью «Росбалту» пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков, «в России НПО постепенно становятся эффективным инструментом решения внешнеполитических задач. В настоящее время самые разные общественные и неправительственные организации участвуют в различных мероприятиях, обмениваются контактами, наметился достаточно активный диалог». Песков также подчеркивает: хотя «международную деятельность осуществляют самые разные организации, и «проверенные», и «непроверенные», в межгосударственные и межправительственные форматы общения вписываются только «проверенные» организации. Маргиналы туда не вписываются».

По мнению руководителя Межкомиссионной рабочей группы по международному сотрудничеству и общественной дипломатии Общественной палаты РФ Александра Соколова, «у нас в стране, наконец, поняли, что такое «мягкая сила», то есть использование инструментов гражданского общества в реализации внешнеполитических задач страны. Притом это поняли в двух точках. С одной стороны, на уровне людей, принимающих решения в стране, то есть на уровне президента, правительства, министерства иностранных дел. С другой стороны, это поняли большое число общественных деятелей».

Соколов отметил, что буквально еще пару лет назад неправительственных организаций, которые занимались не международным сотрудничеством, а общественной дипломатией, было совсем немного. Член Общественной палаты подчеркнул, что здесь есть значительное различие. Если международная деятельность – это любые международные контакты, то общественная дипломатия – это целевые действия в рамках реализации внешнеполитического курса. И сегодня в России организаций, которые занимаются именно общественной дипломатией, уже десятки.

Как пример он привел ситуацию, когда после конфликта на Южном Кавказе в 2008 году российские НПО выступили с инициативой продолжения контактов с грузинскими НПО. Нейтральной территорией для общения был выбран «Страсбургский диалог» под эгидой Совета Европы. «С 2008 года это площадка, где непрерывно идет общение между грузинскими, абхазскими и российскими НПО, которое позволяет поддерживать контакты, создавать плацдарм для будущих отношений. Ведь в итоге грузинский президент сменится, будет другая политика. И именно эта площадка готовит почву для будущего сотрудничества. Та же ситуация была с Украиной. Когда на Украине сменилась власть, именно благодаря контактам российских и украинских общественных организаций удалось стразу широкомасштабно выстроить межправительственные отношения».

Еще одна важная функция НПО, действующих в сфере внешней политики, - сделать обсуждаемыми или общественно интересными те темы, которые являются важными для внешней политики нашего государства. По словам доцента факультета международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета Дмитрия Болотова, в этом могут помогать не только НПО, но и гражданское общество. «Например, «молодежная восьмерка» - один из удачных примеров того, как общество делает интересными актуальные проблемы российской внешней политики. Еще один важный момент – это форум гражданских обществ. Здесь можно вспомнить про «Петербургский диалог», про «Российско-корейский диалог», про аналогичные форумы в других направлениях».

Надо отметить, что число НПО, занятых в сфере внешней политики, действительно постоянно увеличивается, создаются дополнительные инструменты. Сначала появился «Русский мир», потом Фонд им. Горчакова, в прошлом году был создан Фонд поддержки соотечественников. Александр Соколов напомнил также о новой крупной международной НПО «Мир без нацизма». Она зарегистрирована в Страсбурге, но ее учредителями преимущественно являются россияне. «Эта организация действует более чем в 30 странах мира, включая США, Израиль, многие европейские страны. Понятно, что она в основном работает с соотечественниками», - подчеркнул эксперт.

Но, тем не менее, по количеству НПО наша страна значительно отстает от многих государств. В особенности, от США, где подобных организаций, действующих в международной сфере, несколько тысяч. Там на поддержку их деятельности выделяется гораздо больше средств, чем в других государствах, возможно, вместе взятых. Не хватает в России и специализированных НПО, которые бы занимались какими-то более узкими направлениями деятельности.

Как отметил Дмитрий Болотов, в России, к примеру, нет общественного фонда, который бы оказывал помощь нашим гражданам, попавшим за границей в сложные ситуации. Это и поддержка граждан РФ, находящихся в тюрьмах за рубежом, и помощь российским гражданам, оказавшимся в непростой ситуации за границей в качестве туристов. На Западе существуют системы поддержки своих соотечественников в других странах со стороны общества, и они успешно функционируют. В РФ они пока еще реально не работают. В прошлом году были озвучены идеи о необходимости такого рода помощи со стороны государства и общества, но на практике пока этого не сделано. По словам Болотова, ему, к примеру, «ничего не известно об общественных организациях, которые оказывали бы помощь гражданам РФ, находящимся в тюрьмах за рубежом. А таких граждан немало. В той же Украине их около 20 тысяч человек. Они сидят за совершенные преступления, конечно, но все равно они остаются нашими гражданами».

Очевидно, что для российских неправительственных организаций, действующих в сфере публичной дипломатии, механизмы государственной поддержки играют существенную роль. Однако, по словам Дмитрия Пескова, «механизмы государственной поддержки НКО в целом существуют. В сфере публичной дипломатии – нет».

Но существуют специализированные фонды, которые финансируют деятельность неправительственных организаций, правительственные гранты, направленные на поддержку публичной дипломатии. По словам Александра Соколова, «механизмов достаточно, недостаточно средств».

Татьяна Хрулева

Материал опубликован в рамках проекта "Территория открытой дипломатии"