Сирия – последний рубеж перед Ираном

Пока в Дамаске сохраняется союзнический для Тегерана режим, шансы на проведение каких-либо военных действий против Ирана не велики, полагает научный сотрудник Института востоковедения РАН Павел Густерин.


© -

Вооруженное противостояние между сторонниками действующего президента Сирии Башара Асада и оппозицией продолжается более года и ситуация в стране становится все более запутанной. О том, почему планы по стабилизации обстановки не приносят желаемого результата в интервью «Росбалту» рассказал арабист-регионовед, научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН Павел Густерин.


- Что происходит сейчас в Сирии, почему все планы и шаги, предпринимаемые для стабилизации обстановки, не приносят желаемого результата?

- Дело в том, что реализация плана Кофи Аннана не выгодна оппозиции. План предусматривает примирение сторон, а это означает, что легитимно избранный президент Башар Асад остается у власти. Таким образом, никаких поводов для устранения Асада у оппозиции не остается. Поэтому оппозиционеры пытаются использовать единственную возможность – идти по пути провокаций, чтобы дискредитировать режим, создать все возможные условия для иностранной интервенции и, в конечном счете, сделать так, чтобы Асад повторил судьбу Каддафи. Главное для оппозиции и ее сторонников за рубежом – под любым предлогом устранить нынешнего президента.

- Есть информация о том, что сейчас обсуждается возможность отставки Асада под гарантии его неприкосновенности?

- Идея так называемого «йеменского варианта» для Сирии обсуждается достаточно давно. Вспомните, президент Йемена Али Абдалла Салех, несмотря на то, что очень долго пытался удержать власть, отошел от власти достойно. Тот же сценарий предлагался и для Башара Асада. Но сейчас происходит то, что происходит и вряд ли этот «йеменский сценарий» легитимной передачи власти уже можно будет осуществить в Сирии.

- Почему?

- События в стране и вокруг нее зашли так далеко, что Асаду вряд ли дадут уйти таким образом. Кто будет давать гарантии иммунитета нынешнему сирийскому лидеру после массы выдвинутых против него серьезных обвинений? Ну, например, оппозиция обвиняет Асада в массовых убийствах, в том числе и детей. О каких же гарантиях может идти речь?

- Когда говорится о Сирии, постоянно употребляется термин «оппозиция», но понятие это как-то остается размытым. Какие силы представляет оппозиция, есть ли программа действий, единые лидеры?

- Чтобы разобраться в этом, нужно посмотреть, кто воюет с сирийским режимом и его вооруженными силами. Что представляет из себя Свободная сирийская армия? Это разного рода сброд, дезертиры и наемники, в том числе, воевавшие раньше в Ливии, от которых с удовольствием готово избавится нынешнее ливийское руководство, потому что так называемые «революционеры» ему не нужны. Кроме того, есть сведения, что на стороне оппозиции выступают представители сил специального назначения из арабских и даже западных государств. Таким образом, нельзя говорить, что у оппозиции существует определенная программа действий или яркие лидеры. Есть несколько человек, которые представляют оппозицию на международной арене, например, Бурхан Гальюн, который постоянно дает интервью на хорошем французском языке западным СМИ. Но не факт, что именно он станет у власти.

- Глава российского МИД Сергей Лавров высказывался в том ключе, что не так важно, кто будет в Сирии у власти, важно, чтобы на сирийской земле воцарился покой.

- Лавров – дипломат. России Асад выгоден хотя бы потому, что, несмотря на уверения оппозиции о сохранении российских военно-экономических интересов в Сирии, никаких гарантий этому нет. Мы уже проходили подобную историю в Ливии.

- Сирия – единственный союзник Ирана. Означает ли это, что с возможным падением режима Асада нестабильность перекинется на Иран?

- Сирия, действительно, последний рубеж перед Ираном. Пока в Дамаске сохраняется союзнический для Тегерана режим, шансы на проведение каких-либо военных действий против Ирана невелики.

- Некоторые эксперты высказывают мнение, что эскалация насилия в Сирии может скорректировать позиции России по отношению к этой стране в СБ ООН. Согласны ли вы с таким утверждением?

- Я думаю, что кардинального пересмотра российских позиций не будет. В противном случае это означает, что Россия признает свое фиаско на международной арене. В то же время нельзя тупо стоять на своих позициях. Мне кажется, самая выгодная для России позиция - говоря о соблюдении интересов Сирии, не забывать о собственных интересах и поддерживать тех, кто нам нужен. Сирия – единственный из оставшихся союзников России на Ближнем Востоке. И его терять ни в коем случае нельзя. Пример Ливии еще очень свежий.

Беседовал Дмитрий Пановкин