«Кипру надо пойти путем Исландии»

Кипрские банки должны обанкротиться, а затем правительству страны нужно создать их заново, гарантируя вклады киприотов и введя механизмы контроля, полагает экономист, в прошлом сотрудник банка Kaupthing Асгейр Йонссон.


© -

В 2008 году мировой кризис особенно сильно ударил по Исландии: банковский сектор, реформированный в этой стране неолибералами в предыдущие годы и разросшийся до нереальных размеров, рухнул в одночасье. До того выплаты по ипотеке, привязанные к курсу японской йены, были нормальным явлением в Рейкьявике, иностранный капитал рекой тек в Исландию, страна демонстрировала поразительный рост, за которым, однако, стояла тотальная дерегуляция финансового сектора, привнесенная в страну политической и деловой элитой, с успехом помещающейся в одном автобусе. О том, почему падение Исландии было столь стремительным, каким образом к 2011 году Исландии удалось восстановить экономический рост, а также чему у исландцев может поучиться Кипр, испытывающий столь же тяжелый банковский кризис, в интервью «Росбалту» рассказал профессор экономики Университета Исландии, в прошлом главный экономист и глава аналитического департамента банка Kaupthing Асгейр Йонссон.

- Что именно произошло в Исландии в 2008 году? Страна с рейтингом Moody ААА за год опустилась до категории Baa3, крона потеряла больше трети своей стоимости, инфляция цен на потребительские товары вышла на уровень 14%, а безработицы выросла с нулевого показателя до 10%. Как такое могло случиться в стране, где проживает всего 300 с лишним тысяч человек?

- В Исландии был огромный банковский сектор, объем которого был в десять раз больше национального ВВП, причем банки работали не только в кроне, но и в евро и долларах. Мы не часть еврозоны, у нас своя национальная валюта – исландская крона. Внешний долг трех основных исландских банков в пять раз превышал ВВП.

Когда в сентябре 2008 года произошло крушение рынка в США, стало понятно, что у нас нет резервов, чтобы покрыть недостаток иностранной наличности в банках и рассчитаться с долгами банков. В Исландии не было запасов валют, возможности по налогообложению тоже очень скромные – облагать особо некого.

Когда стало понятно, что другие банки не будут занимать исландским банкам, что спасать нас некому, вот тогда наступил «game over». Игра была закончена. Через две недели все исландские банки обанкротились.

И никому особо до этого не было дела. Ведь мы не члены ЕС, в Исландии когда-то была американская военная база, но ее уже нет, то есть США тоже было не очень важно, что именно происходит на острове. У нас не было своего внешнего «банкира», деньги закончились, и вся система просто развалилась.

- Какие решения были приняты Исландией? Не могли ли бы вы прокомментировать решение жителей острова не платить по тем долгам, которые остались после исландских банков, в частности, по долгам Великобритании и Голландии?

- В стране было введено чрезвычайное положение. Затем было решено защитить сбережения национальных вкладчиков. Для этого впоследствии правительство выпускало государственные облигации, продажа которых использовалась для расплаты с вкладчиками. Но самое главное мы поделили банковский сектор на две части: на исландскую и на иностранную. Исландская часть стала основой современной исландской банковской системы, которая была создана с помощью правительства.

В результате этого банковский сектор сократился на 80%. Причем были введены серьезные ограничения, так, новые банки могут оперировать исключительно в национальной валюте. Мы отсекли иностранную часть от банковского сектора, потому что не могли ее контролировать.

У одного из обанкротившихся банков – Landsbanki - были онлайн счета в Великобритании и Голландии под названием Icesave. Иностранными вкладчиками было открыто примерно триста тысяч счетов. Принимая во внимание размер населения острова, получается по одному счету на каждого исландца.

Исландское правительство приняло решение не выплачивать иностранным вкладчикам компенсации, так как банк оперировал согласно правилам, принятым на тот момент в Евросоюзе, то есть абсолютно легально, вклады не имели гарантий в виде облигаций или других активов, и вкладчики потеряли свои средства в результате непредвиденного глобального и системного обвала рынка.

Великобритания и Голландия настаивали на том, что исландское правительство должно защищать интересы иностранных вкладчиков так же, как и своих собственных, и должно срочно рассчитаться с голландскими и английскими вкладчиками, выплатив им как минимум двадцать тысяч евро, прописанных в законе. Они заявляли о том, что это является дискриминацией вкладчиков на основе их национальности.

Исландия продолжала сопротивляться, и, в результате, Лондон применил в отношении Рейкьявика закон о безопасности и противодействии преступности и терроризму от 2001 года и заморозил все активы исландского банка в стране (которых к тому времени, правда, осталось совсем немного, основные активы были выведены в оффшор, - «Росбалт»).

Этот спор из дипломатического быстро превратился в юридический и длился несколько лет. В Исландии вопрос урегулирования выплат дважды выносился на референдум и дважды жители страны голосовали против.

В прошлом году суд Европейской ассоциации свободной торговли принял решение, согласно которому снял все обязательства с правительства страны, но обязал сам банк сделать минимальные выплаты, сумма которых составляет примерно шесть миллиардов евро. Эти выплаты планируется завершить в 2017 году и они осуществляются напрямую правительствам Англии и Голландии, которые самостоятельно рассчитались с вкладчиками еще в начале.

- Каковы были политические последствия кризиса 2008 года?

- Политические последствия были просто колоссальными. То, что произошло, стало полной неожиданностью для населения. У Исландии был высочайший кредитный рейтинг, который испарился за две недели. За эти же две недели обанкротились три основных банка, и почти все исландцы потеряли часть сбережений. В результате кризиса средняя исландская семья потеряла треть своего дохода.

Люди были в ярости. Правительство было вынуждено уйти в отставку и впервые за историю страны в Исландии к власти пришли левые. Случившееся до сих пор остается главным фактором политической жизни страны. Исландия – очень небольшое и этнически однородное государство. Обычно все решается консенсусом, но в последние годы все изменилось. Это уже не та страна, что раньше.

- Начиная с 2011 года, исландская экономика начала медленно, но верно восстанавливаться. В чем рецепт успеха?

- Самое главное в том, что мы не стали бросать «хорошие деньги» вслед за «плохими деньгами», то есть не стали спасать банки, а вместо этого создали новую систему по новым правилам. Мы позволили им обанкротиться и не стали тратить деньги налогоплательщиков на долги, которые эти банки приобрели во время своих операций на глобальном финансовом рынке. Мы ограничились гарантией сбережений исландских вкладчиков и все.

Крайне важно было то, что мы ввели механизмы контроля над капиталом, которые позволили контролировать процентные ставки и как бы начать все заново. Со временем возникла необходимость ослабить эти механизмы, но пока что правительство не знает, как именно это можно и нужно сделать.

- Насколько сильно ситуация в Исландии отличается от того, что происходит сейчас на Кипре? Стоит ли Кипру, по вашему мнению, кое-чему поучиться у Исландии?

- Я считаю, что эти ситуации сильно похожи за исключением того, что Кипр является частью еврозоны. Это остров, на котором живет не очень много людей, но чей банковский сектор рос слишком быстро и стал чрезмерно большим, и рос он в первую очередь за счет иностранного капитала.

Кипру необходимо радикально реформировать свою банковскую систему так, как это сделали мы, и чем быстрее, тем лучше. Банки сегодня разрастаются очень сильно, и могут запросто обанкротить целую страну.

Я бы настоятельно рекомендовал кипрским властям сделать то, что мы сделали в Исландии. Пусть все банки обанкротятся, а потом правительство, гарантируя вклады киприотов, будет заново создавать их на основе введения механизмов контроля над капиталом.

Очевидно, что Кипр, как и Исландия, просто не способен спасти свою банковскую систему. На острове живет слишком мало людей, у страны слишком мало денег, чтобы спасти такую махину. Киприоты должны понять, что их банковский сектор должен быть меньше и должен соответствовать размерам и возможностям страны, потому что, банки являются международными только, когда у них все хорошо. Когда у банков начинаются проблемы, они становятся национальными.

Не надо думать, что раз ваш банк оперировал в другой стране, что эта страна будет считать своим долгом спасение вашего банка.

Беседовала Юлия Нетесова