Дружба против правил

Мы готовы лжесвидетельствовать во имя светлых дружеских чувств. Такой подход характерен не только для России, но и для целого ряда вполне развитых и успешных стран с партикуляристской культурой.


© chryseosgate.com

Если друг оказался вдруг… водителем, сбившим пешехода, или ресторатором, предлагающим не особенно хорошую еду, мы готовы лжесвидетельствовать во имя светлых дружеских чувств. Такой подход, как показывают данные интернациональных исследований, характерен не только для России, но и для целого ряда вполне развитых и успешных стран с партикуляристской культурой.

Книга «По волнам культуры» (Riding the waves of culture), написанная двумя известными бизнес-тренерами и консультантами голландцем Фонсом Тромпенаарсом (Fons Trompenaars) и британцем Чарльзом Хампден-Тернером (Charles Hampden-Turner), не претендует на обобщения на уровне менталитетов разных стран. Напротив, авторы подчеркивают, что говорят только о бизнесе - о том, как наиболее полно учитывать национальную специфику менеджмента в разных странах, и что надо знать, когда берешь на работу людей той или иной национальности. Проводя тренинги в разных точках мира, Тромпенаарс и Хампден-Тернер сумели получить ответы на общие вопросы более 80 тысяч человек в 60-ти странах. Из постсоветских государств в исследование включена только Россия, а вот постсоциалистических - сразу несколько. Есть данные по Индии, Китаю, Бразилии, Нигерии и даже Непалу, но наиболее полно представлены страны западного мира, среди которых, кстати, часто выбивается из общего ряда Франция. Когда читаешь этот объемный, но легко написанный и увлекательный труд, невозможно не выйти за пределы бизнес-пространства и не задуматься о вещах более общих.

Анализ особенностей бизнес-культуры разных стран авторы проводили по трем направлениям: межчеловеческое взаимодействие, отношение ко времени и отношения с окружающей средой. Менеджерам, участвовавшим в тренингах, давались описания простых и понятных жизненных ситуаций, которые надо было разрешить тем или иным путем.

Результаты порой оказывались неожиданными. Что касается российских менеджеров, то их видение в некоторых случаях оказывалось вполне среднеевропейским, в других — скорее азиатским. Часто россияне оказывались в одной компании с сербами, чехами, поляками.

Особенно выразительные отличия от стран Запада выходцы из России продемонстрировали в рамках изучения «универсализма» и «партикуляризма».

Универсалисты склонны применять ко всем и во всех обстоятельствах одни и те же законы и правила. Партикуляристы же учитывают «особые обстоятельства», связанные с дружескими и родственными связями. В качестве примеров, как это работает, авторы предлагают три ситуации и приводят результаты ответов представителей менеджмента разных стран.

Ситуация первая. Вы сидите в машине, за рулем - ваш хороший друг, и вдруг он сбивает пешехода. Вы знаете, что ваш друг превысил разрешенную скорость на 30 км в час – и это ключевой момент в вынесении решения о степени его вины. Будете ли вы давать ложные показания и утверждать, что скорость движения была не выше разрешенной?

В этот опрос были вовлечены менеджеры из 31 страны. Наибольшую готовность дать ложные показания в пользу друга продемонстрировали жители Венесуэлы: лишь 32% ответили, что предпочтут ответить на вопрос полиции честно. Вслед за ними идут жители Непала, Южной Кореи и России: 60% россиян заявили, что готовы лжесвидетельствовать «ради дружбы». На другом полюсе оказались швейцарцы (97% ответили, что скажут правду), за которыми следуют американцы, канадцы, ирландцы, шведы, австралийцы, англичане, голландцы (более 90% представителей этих национальностей высказались в пользу честных показаний, несмотря на дружеские связи).

Вторая ситуация - уже из сферы журналистики. Ваш близкий друг вложил все свои средства в открытие ресторана и пригласил вас написать позитивный хвалебный отзыв о новом заведении. Вам, увы, качество еды и обслуживания не понравилось. Станете ли вы, несмотря на это, писать положительную рецензию? Тут наибольшими партикуляристами оказались сербы, лишь 24% которых отвергли такую возможность. Далее идут поляки (43%), южно-корейцы (45%) и россияне (47% честных против 53% готовых солгать в попытке поддержать друга). Наибольшими универсалистами оказались финны, 75% которых были намерены написать правду, швейцарцы (71%), австралийцы и канадцы (69%), а замыкают пятерку неожиданным образом румыны (68%).

В третьей ситуации предлагается встать на место врача, который должен дать заключение о состоянии здоровья своего друга для страховой компании. Друг оказывается в целом здоровым, но есть некоторые сомнения по паре пунктов. Станете ли вы указывать это в своем заключении? Здесь на полюсе партикуляризма оказались сербы (20% голосов в пользу честного заключения), чехи (24%) и, опять же, россияне (29%). А на полюсе универсализма - все те же ирландцы, финны, швейцарцы…

Можно ли проецировать эти данные на другие сферы жизни? До определенной степени. Как мы видим, распределение ответов несколько менялось, но Россия сохраняла свою партикуляристскую позицию.

Разница в подходах, безусловно, отражается на бизнесе. В книге есть прекрасный пример. Две компании борются за заказ в партикуляристской Аргентине. Американская фирма знает, что ее продукция максимально высокого качества и ниже по цене, чем у конкурентов, и полагает, что главное - убедительно довести эту информацию до потенциального заказчика. Шведская фирма знает, что ее продукция не лучше американской и при этом дороже, поэтому выбирает иной путь: за неделю до конкурса шведы завязывают приятельские отношения с аргентинцами, не делая акцента на своем будущем предложении. В результате конкурс выигрывает шведская компания – к большому шоку американской. Хочу заметить: коррупция здесь ни при чем, это просто культурные особенности.

Какие выводы мы можем сделать из представленного в книге материала?

Во-первых, это все же не репрезентативное исследование среди всех групп населения, а опрос менеджеров крупных и как правило интернациональных компаний. Можно предположить, что российские сотрудники этих компаний стали в большей степени универсалистами, чем их среднестатистические сограждане, у которых доминирование дружбы и родства над универсальными правилами еще более выражено.

Во-вторых, надо понимать, что слова зачастую расходятся с делом, и в реальности процент людей, готовых защищать интересы своих друзей или родственников, был бы еще выше.

В-третьих, такой подход бросает несколько иной свет на проблемы российской коррупции, субъективного судейства и т д. Если решения в России в принципе принимаются на основе не столько объективной информации, сколько субъективных факторов, то коррупция имеет гораздо более глубокие корни, нежели просто общая жуликоватость назначенцев из партии власти.

В-четвертых, принятие решений на основе субъективных факторов имеет и свои положительные стороны. Если вы работаете в рамках партикуляристской концепции, вы можете рассчитывать на понимание, если окажетесь в неожиданной сложной или даже драматической ситуации. Скажем, если вдруг не сможете вовремя оплатить поставки в связи с внезапно возникшими в стране обстоятельствами, у вас больше шансов найти понимание со стороны партикуляристов, а не универсалистов. Готовность идти навстречу крайне важна для стран с неустоявшейся экономикой.

В-пятых, результаты опроса показывают, с какими странами российским компаниям проще находить общие основания для сотрудничества.

И, наконец, главное: понимание российских культурных особенностей может быть основой для общественной дискуссии – хотим ли мы продолжать жить в рамках этой парадигмы, или готовы начать двигаться в сторону универсалистской модели поведения. Что, конечно, чрезвычайно сложно, поскольку требует изменений во всех сферах жизни, - но вполне возможно.

Татьяна Чеснокова

Перейти на страницу автора

Истории о том, как вы пытались получить помощь от российского государства в условиях коронакризиса и что из этого вышло, присылайте на адрес COVID-19@rosbalt.ru