Китай учится быть супердержавой

Боевые корабли КНР впервые приняли участие в совместных с Россией военно-морских учениях. Причем беспрецедентно далеко от своих границ – в Средиземном море. «Росбалт» попросил экспертов объяснить, зачем это понадобилось Пекину.


© mil.ru

Россия и Китай впервые в своей истории провели совместные военно-морские учения "Морское взаимодействие — 2015". Подвести их итоги планируется в четверг, 21 мая. Примечательно, что произошло это событие не на Дальнем Востоке, что было бы более естественно для двух стран, омываемых водами Тихого океана, а на противоположном конце Евразии.

В состав объединенной группировки, отправившейся на учения в Средиземное море, от России вошли флагман Черноморского флота РФ ракетный крейсер «Москва», ракетный корабль на воздушной подушке «Самум», сторожевой корабль «Ладный», большой десантный корабль «Александр Отраковский», большой десантный корабль «Александр Шабалин», морской буксир «МБ-31». ВМС Народно-Освободительной Армии Китая представляют сторожевой корабль «Линь И», сторожевой корабль «Вэй Фан» и корабль снабжения «Вэй Шаньху».

Как подчеркнул руководитель учений с российской стороны вице-адмирал Александр Федотенков, поход боевых кораблей РФ и КНР в Средиземном море не направлен против какой-либо третьей стороны, а ставит перед собой задачу повышения взаимопонимания между флотами двух крупных морских держав «в вопросах укрепления стабильности, противодействия новым вызовам и угрозам на море».

Однако если с ответом на вопрос о том, зачем России в нынешней международной обстановке нужна демонстрация тесного военного сотрудничества с Китаем, особых затруднений не возникает, то версиях насчет того, зачем это могло понадобиться Пекину, эксперты, опрошенные обозревателем «Росбалта», к единству не пришли.

Руководитель Школы востоковедения ВШЭ профессор Алексей Маслов прежде всего констатировал беспрецедентность произошедшего события. «Это впервые за всю историю Китая, когда он выходит в военных учениях за пределы традиционной сферы своих интересов. Этого не было никогда», - подчеркнул эксперт.

Алексей Маслов отметил, что о Китае в мире давно сложилось устойчивое мнение, что «являясь крупной экономической державой, он не способен урегулировать какие-то вопросы или конфликты за пределами своего региона». И вот сегодня КНР, по словам эксперта, «впервые показывает, что у нее есть некоторые рычаги регулирования конфликтов, по крайней мере, совместные с Россией, за границами своего традиционного влияния».

Как полагает Алексей Маслов, еще одной причиной проведения этих маневров для Пекина стала необходимость «набрать опыт взаимодействия вооруженных сил вне азиатского региона в целом, поскольку такого опыта у него до сих пор не было — Китай никогда не участвовал в военных или миротворческих операциях, за исключением ограниченных контингентов сухопутных войск. Он никогда не участвовал в боевых действиях в Европе и Африке. Сейчас он набирает такой опыт. Это нужно для того, чтобы добрать необходимый для статуса супердержавы компонент».

Все это, уверен эксперт, идет одновременно с развитием экономического компонента китайской политики, КНР «активно экспортирует капиталы и экономические идеи». В то же время, Маслов обращает внимание на то, что у некоторых стран, которые присоединяются к таким китайским экономическим инициативам, как, например, проект «Шелковый путь», «возникают вопросы об устойчивости самого Китая». И военный компонент «играет сейчас, как ни странно, на усиление экономического доверия к Поднебесной». «То есть, амбиции КНР — старые, а вот их реализация — новая», - констатировал востоковед.

Участие Китая в совместных с Россией маневрах в Средиземном море объясняется экономическими интересами Пекина в Африке. Такую версию выдвинул член Совета по внешней и оборонной политике, генерал-майор в отставке Павел Золотарев.

«Стремление России иметь возможность влияния в Средиземном море — это ее исторический интерес. Россия всегда боролась за выход в средиземноморские проливы», - напомнил Золотарев. «В данном случае речь идет о совпадении российских и китайских интересов, общая геополитическая ситуация, в частности, отношения с Соединенными Штатами последнего времени. Все это привело к тому, что эти учения проводятся совместно», - считает эксперт.

Отвечая на вопрос, в чем состоит заинтересованность Китая в сотрудничестве с Россией в этом регионе, генерал предложил посмотреть на ситуацию с другой стороны: «А кто еще, кроме России, может стать партнером Китая в Средиземноморье?».

Российско-китайские учения в Средиземном море имеют, в первую очередь, пропагандистское значение. Такого мнения придерживается заместитель директора Института политического и военного анализа Александр Храмчихин.

«Так называемое российско-китайское стратегическое партнерство направленно, в первую очередь, на внешнюю аудиторию», - считает эксперт. «Этим несуществующим союзом Россия и Китай пугают Запад. Сами по себе эти учения чисто пропагандистские», - уверен он.

С другой стороны, так же, как и Золотарев, Храмчихин полагает, что участие китайских военно-морских сил в этом регионе объясняется тем, что «у КНР имеются гигантские интересы в Африке, в том числе, и в Северной Африке, берега которой омывает Средиземное море». «Без наличия таких интересов китайцам даже в голову не пришло бы делать что-то подобное», - уверен аналитик.

Храмчихин напомнил, что Китай однажды уже задействовал свои военно-морские силы в этом регионе, вывозя из Ливии своих граждан во время военного конфликта в этой стране в 2011 году. Тогда, правда, в этой операции был задействован всего один китайский фрегат.

Александр Желенин