«Москва хороша для бизнеса, но не для жизни»

«Росбалт» продолжает серию интервью на тему «Миссия Москвы». Наш собеседник – руководитель Центра постсоветских исследований, заведующий сектором Института экономики РАН Леонид Вардомский. Тема беседы - "Москва экономическая".

«Росбалт» продолжает серию интервью на тему «Миссия Москвы». Эксперты агентства рассматривают главный город страны со всех возможных сторон: социально-экономической, социологической, гуманитарной, личностной и т.д. Наш собеседник – руководитель Центра постсоветских исследований, заведующий сектором Института экономики РАН Леонид Вардомский. Мы приближаемся к одной из наиболее сложных тем – «Москва экономическая».


- Леонид Борисович, с экономикой нашей столицы связан целый ряд устойчивых представлений, которые то ли являются мифами, то ли отражают реальность, хотя и не весьма приятную. Например, уверенность в том, что «Москва объедает всю страну».

- Давайте порассуждаем. Москва как субъект Российской Федерации подчиняется федеральным законам и правилам, федеральной политике. У нее  как у субъекта РФ нет никаких особых льгот или  прав. 

Другое дело, что у нее,  как столичного города, есть существенные преимущества.  Главное из них – интеллектуальный потенциал. Культурный, научный, инновационный – так исторически сложилось. Здесь всегда собирали лучших ученых, управленцев, артистов, футболистов, хоккеистов и т.д. Здесь в советское время располагались  внешнеторговые объединения, банки, ведущие НИИ.    

И  эти преимущества в рыночных условиях, к сожалению, усилились.

- Почему?

- Сыграли свою роль несколько факторов. Первый и главнейший из них – более благоприятные условия для ведения бизнеса. У столицы исторически сложилась более развитая  инфраструктура,  у нее более квалифицированные кадры, емкий  рынок сбыта. В Москве проживает  около12 млн чел. Плюс в  области – 6-7 млн – итого 18-19 млн жителей на небольшой территории. Это громадный рынок. Радиальное построение транспортной сети с замыканием транспортных «лучей» на Москву – также важный ресурс развития Москва. И все это было унаследовано от прошлых экономических эпох.

Финансовые эффекты от этих преимуществ выражаются в том, что. Москва дает 20-25% доходной части российского бюджета. При том,  что ее население  составляет 7-8% населения страны. Так что заработанное Москвой частично распределяется  по стране, помогая тем, кто не может себя прокормить.

- Но все-таки, вот это правило, что «налоги все платят по месту регистрации головного  офиса, а головные офисы у всех в Москве»…

- Это так. Законодатель установил, что налоги платят по месту регистрации. Это удобнее с точки зрения налогового администрирования. У крупной компании может быть много предприятий, филиалов, дочерних компаний, разбросанных по стране. Платить с общего финансового результата удобнее как для налоговых органов, так и для компаний.

Почему в Москве регистрируются компании? Не только потому, что в ней лучше бизнес- среда, но и потому что  здесь располагается федеральная и региональная власть.  Чем ближе к власти, тем проще решать вопросы. А какие-то вопросы все время надо решать. Административного контроля у нас много, высоки административные барьеры, нужно много разрешений, согласований, подписей.

И, естественно, все компании стремятся  открыть в столице офисы, чтобы быть поближе к министерствам, агентствам, комитетам. Кроме того, в столице много крупных банков, много компаний - потенциальных партнеров. В общем, централизация экономики в Москве усиливается политической централизацией. Никто этого не хочет, но так получается. Никаких коварных планов обобрать регионы, конечно, нет -  так работают рыночные закономерности и федеральные законы.

Правда, необходимо отметить, что крупные банки федерального уровня собирают деньги по всей стране, а предоставляют кредиты узкому кругу клиентов.  Деньги забайкальца или иркутянина чаще всего не работают на их территории, а поступают туда, где риски меньше. Причем, ставки по кредитам в провинции в среднем выше, чем в Москве – потому что риски невозврата  кредита в столице ниже.

- И эти налоги с головных офисов – существенная часть московского бюджета?

- Безусловно. 45% столичного бюджета – это налоги, собираемые с  компаний. И еще 30% - подоходный налог москвичей и всех работающих здесь. Две трети подоходного налога идет в городской бюджет. Если доходная часть бюджета – 1,3 – 1,4 трлн рублей, то судите сами. Довольно много: это говорит о том, что в Москве люди хорошо зарабатывают, есть широкий рынок труда. Поэтому сюда и стремятся люди переехать: Москва хороша, чтобы тут делать бизнес.

- А на местах что остается?

- Что-то, конечно, платят и на местах, но это небольшая часть: налог на имущество, подоходный налог.

В нулевые годы стала практиковаться перерегистрация: сменил Москву на Санкт-Петербург целый ряд компаний – «Газпром», Внешторгбанк. Это, конечно, улучшило бюджетную ситуацию в северной столице. Некоторые российские миллиардеры также сменили место регистрации и сильно помогают местным бюджетам.

- И насколько у нас москвич живет лучше российского провинциала?

- Москвич живет лучше, если иметь в виду деньги, доход. У москвича в 2-3 раза выше зарплата, чем у среднестатистического жителя России. Но в Москве цены выше:  хлеб дороже, транспорт дороже, медобслуживание обойдется в копеечку. У нас в Москве прожиточный минимум 10 тыс. рублей, а в среднем по стране – 6 тыс. 500. В полтора раза у нас дороже жизнь, и в 2 – 2,5 раза выше доходы. Вот, считайте.

- А так, если брать качество жизни людей – то Москва среди сопоставимых городов мира находится среди худших. Город дорогой, грязный, нервный, криминал высокий.

Потом – кому хорошо живется? Молодому, перспективному – да. А пенсионеру куда здесь, в Москве деваться? Он получает свои 8 – 10 тыс. и все. В Москве много работающих пенсионеров. Они живут лучше. А неработающим плохо. Они получают приблизительно прожиточный минимум – и все. Тяжело и многодетным семьям. Кстати, в Москве наибольший разрыв между самыми богатыми и самыми бедными – где-то в 35-40 раз. По стране в  среднем – примерно в 15-20 раз.

- В общем, Москва – город для бизнеса, но не для жизни. Здесь можно делать деньги -  но отдыхать, чувствовать себя комфортно здесь сложно.

- Опять же: принято говорить, - и это во многом правда – что Москва ничего не производит из промышленных товаров. При этом, в Москву все едут на работу, и еще гастарбайтеров масса. А что это за работа такая?

- Торговля на рынках, подсобные рабочие, строители, водители - и не только гастарбайтеры. Ремонт домов – это же не московские фирмы делают, это белгородские, рязанские строители. Приглашают из провинции – это дешевле. Не хватает медсестер, у нас в жутком положении уход за стариками. Много людей из ближних областей работает охранниками, сторожами, продавцами и т.д.

- А кем же сами москвичи работают? «Офисным планктоном»?

- Москвичи заняты в основном в сфере услуг  в финансовом секторе, образовании и науке, управлении. Ну и, конечно, много их занято в компаниях.

Промышленность дает где-то 12-13% от валового регионального продукта Москвы. Основная часть ВРП создается  в сферах недвижимости, торговле и в финансовом секторе. Москва уже живет в постиндустриальном мире, в отличие от остальной страны. Она как бы обеспечивает всю страну разного рода рыночными услугами, бизнес услугами.

- Вряд ли большинство провинциалов так легко согласятся с тем, что «Москва их обслуживает».

 

Ну, услуги – не коммунальные, конечно. Речь идет о проектных работах: ищут деньги, идеи, проекты.  В провинции это пока недостаточно развито. Приезжают учиться, лечиться, делать карьеру. В этом смысле Москва концентрирует в себе российские таланты, да и не только российские, но и из соседних постсоветских стран.  

- Еще болезненный вопрос: насчет того, что в Москве очень тяжело работать малому бизнесу: из-за «откатов» ничего делать невозможно. Это наша особенность или не совсем?

- Знаете, несмотря ни на что, все-таки в Москве малый бизнес реально может работать. Здесь есть рынок, и на самые разные товары и услуги можно найти какого-то покупателя.  А в других местах с этим значительно хуже: может быть, есть потребитель, но у него денег нет. За вход на московский рынок надо платить.

- Все-таки, можно ли как-то бороться с этим чудовищным «распуханием» мегаполиса?

- Распухание – мировая тенденция. В условиях глобализации мегаполисы растут быстрее. Это объективная тенденция. Если начинаешь противостоять тенденции к концентрации экономической жизни, то неизбежно понижается  конкурентоспособность национальной экономики, а это еще хуже. Лучше это нивелировать социальными программами, чем вмешиваться в естественный ход событий. У нас уже была плановая система – и вы помните, чем все кончилось.

Кое-что  выводится из Москвы. Автостроение тут  – дорого, неэффективно. Оно  сейчас развивается  в Санкт-Петербурге,  Калуге, Таганроге. Больше 30% валового регионального продукта Москвы – это торговля. Это громадная торговая площадка: сюда свозятся товары, здесь есть инфраструктура, склады, логистика. И развозят по всей России. Приезжают на автобусах, самолетах, поездах, берут товары на реализацию. Москва очень удобно расположена с точки зрения распределения импортных товаров. Она играет очень важную роль в «канализации» импорта в России. 

Выводить отсюда – а кто должен это делать? Бизнес – он сам знает, что ему надо. Если все вынести – бюджет города может существенно пострадать, потерять. Этот процесс должен быть естественным, с элементами конкуренции. Ну, хочешь создавать - строй. Но как ты транспортную инфраструктуру заложишь? Надо быть реалистом. Здесь сходится 11-12 железных дорог, три крупнейших аэропорта. Где еще можно быстро создать такую инфраструктуру? Есть Санкт-Петербург, Ростов, Владивосток с китайскими и японскими товарами – но они региональные рынки, не на всю страну. Сложившиеся функции  - инерционная вещь, ее простым желанием, не подкрепленным экономической мотивацией, не перешибешь.

- Может быть, столицу перенести?

- В принципе, может быть, и стоило бы. Конечно, казахи, построив Астану, многие проблемы решили для себя. Но мы не могли в 90-е годы: власть была слаба, денег не было. А сейчас уже это теряет смысл, новая столица – это слишком дорого, да и где ее размещать? Но вот какой-то центр-противовес на востоке или где-то в Сибири – по влиянию, по экономическому воздействию, очень нужен. Вот, как Нью-йорк и Лос-Анджелес – они примерно одинаковые, и таких городов в США с десяток. В Китае: Пекин, Шанхай – есть конкуренция. А у нас монополизм и в экономике, и в политике, и в городских функциях.

Москва не должна быть монополистом. Должна быть конкуренция  между городами, городскими сообществами и властями. Без конкуренции  Москва задает тон по инфляции, она на всю Россию генерирует инфляционный импульс.

- В связи с уходом Юрия Лужкова, здесь, в Москве, многие опасаются «конца лужковского социализма» и снижения уровня жизни.

Это вопрос политический: Москва – очень существенная часть российского электората, и пенсионеры - наиболее голосующий сегмент общества. Я не думаю, что здесь будут резкие движения. Это если и будет происходить, то медленно, кого-то будут постепенно отключать от бюджетной финансовой поддержки. А так, вдруг указом – это самоубийство.

С другой стороны, вот сейчас федеральный центр взял под контроль Банк Москвы, через который  идут бюджетные деньги Москвы. Это создает возможность изменить и финансовые расходы города исходя из общефедеральных задач. 

Нужно понемногу выносить за пределы Москвы и жилье, и офисы. Осваивать Тулу, Рязань, Владимир. Некоторые компании переезжают в ближние города. В Москве дороговата арендная плата. В Москве очень много посреднического бизнеса – а такую работу можно где угодно выполнять, если у тебя есть мобильный телефон, компьютер, какая-то сеть агентов.

- Последний вопрос: как, действительно, вы смотрите на перспективы превращения Москвы в мировой финансовый центр, как ставит задачу наше руководство?

- Вы знаете, Москва вообще-то входит в число мировых финансовых центров – только вот в их мировом рейтинге мы стоим на 68-м месте из 74 имеющихся. Для сравнения, Шанхай – на пятом. Еще лет 20 назад мы с Шанхаем были  в этом плане на одном уровне.

Мировой финансовый центр искусственно не сделаешь, путем «полива грядок». Центр-то должен быть международный, - значит, и мир должен на это согласиться и быть в этом заинтересован. Центр должен обеспечивать кого-то финансовыми услугами, искать деньги под проекты. А если у мира в этом потребности нет?

Многое зависит от общей ситуации. Какие функции будет Россия выполнять в мире? Насколько будет заинтересованно внешнее окружение в формировании такого центра? Дело федеральной власти – создать необходимые  условия для размещения такой деятельности – чтобы криминал был пониже, дороги посвободней, законы стабильнее и прозрачнее.  Большое значение имеет привлечение в Москву крупных авторитетных финансистов.

В целом же это дело затратное – и рискованное. Проект интересный, перспективный – но с высокой долей риска. Надо завоевывать авторитет: дать понять миру, что здесь, на этой московской площадке эффективно работают брокерские конторы, крупные инвестфонды, высококлассные финансовые менеджеры, которые могут удовлетворить широкие запросы  потенциальных клиентов.  А пока что у нас и банки работают слабо, и неважно работают «регуляторы»,  и инфляция высокая.

Я думаю,  что Московский центр будет формироваться постепенно. Сначала  ему нужно будет утвердиться в  регионе СНГ. И только после этого можно ставить более высокие задачи.

Беседовал Леонид Смирнов