Бакалавров не пускают в магистры

Вузы все чаще предпочитают обучению бизнес. Так образовательную действительность оценивают в Российском студенческом союзе. Основные претензии: нехватка бюджетных мест в магистратуре и завышенная стоимость платного обучения.

Вузы все чаще предпочитают обучению бизнес. Так образовательную действительность оценивают в Российском студенческом союзе. Основные претензии: нехватка бюджетных мест в магистратуре и завышенная стоимость ппатного обучения.. По объяснениям сторонников реформы, Болонская система в России просто переживает переходный этап. Однако студентам по-прежнему не понятно, к чему она, собственно, идет.

«На многих факультетах сегодня открыты платные направления подготовки, - говорит председатель Российского студсоюза Артем Хромов. - А в некоторых вузах (у нас есть целый список, сформированный на основе жалоб студентов) по ряду специальностей в этом году производился только платный набор. Среди них - Московский государственный университет, Государственный университет управления, Российская академия народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ».  

Более того. По оценке РСС, количество платных магистерских мест, как и стоимость обучения, существенно превышает число бакалаврских. Причем, как отмечает Хромов, «даже в тех вузах, которые давно перешли на Болонскую систему, мест в магистратуре в два-три раза меньше, чем в бакалавриате».

В студсоюзе еще летом этого года грозили исками вузам, на действия которых жаловалась молодежь. Их пока не подали, но подадут, заверили «Росбалт», обязательно.     

«Мы прекрасно понимаем, что не каждому студенту нужно идти в магистратуру», - предвосхищает аргументы оппонентов глава РСС. «Но право такое, - подчеркивает, - должно быть. Право на доступное образование, на улучшение и углубление своего образовательного потенциала. Оно же искусственными методами – не только количественными, но и коммерческими – ограничивается».

Между тем, выразители официальной позиции все трудности квалифицируют как временные и даже в некотором роде своевременные.

«А в чем проблема? – удивляется научный руководитель Института проблем образовательной политики «Эврика», федеральный оператор комплексного проекта модернизации российского образования Александр Адамский. - Мне кажется, это нормально, что не все поступают в магистратуру. Надо принципиально отделить от научной деятельности образование для практической работы и для работы на производстве. Научная деятельность требует определенно другой подготовки. Одно бесплатное место в магистратуре для каждого бакалавра – это не реалистичная постановка вопроса. В магистратуру должен быть конкурс. Так наука и развивается».

«Другое дело, платная или бесплатная магистратура, - уточняет эксперт. - Если есть магистратура, а бюджетных мест в ней нет, то это очень странно. Это может быть связано с тем, что эти вузы не выиграли конкурс при распределении мест. Это не значит, что магистратуры вообще нет: просто надо ее найти».

Куда как просто: отучившись в одном вузе, по одной программе, бежать в поисках другого – с другими (пусть и не кардинально) программами и конкурентами, которых изначально по ним готовили. Но что поделать: Болонский процесс дарует студентам академическую мобильность.

Как и Адамский, проректор по научной работе Российского государственного гуманитарного университета Дмитрий Бак уверен, что «автоматического» перевода всех желающих из бакалавров в магистры быть не может и не должно. «Магистерских мест никогда, - подчеркивает, - не будет хватать на всех, как пряников в известной песне Окуджавы. Мест не хватает не потому, что их мало в принципе, а потому, что в одни вузы конкурс более высокий, чем в другие. Просто, как и в любой приемной кампании, здесь нужно соизмерять свои силы при поступлении».

«Кроме того, - добавляет собеседник агентства, - в магистратуру не обязательно идти сразу после бакалавриата. Абсолютно нормально, когда человек поступает в магистратуру уже после приобретения существенного практического опыта. Это общемировая практика. Нельзя сразу выучиться на командира полка, нужно сначала послужить в роте и батальоне».

Комментируя заявление РСС, Бак замечает, что проблему следует рассматривать в двух аспектах. «С одной стороны, - поясняет он, - количество мест магистратуре должно быть сопоставлено с количеством выпускников бакалавриата в том же вузе. Так, например, РГГУ сейчас выделяется сравнительно небольшое количество магистерских мест. Но логика министерства (образования и науки – «Росбалт») ясна: у нас еще не все образовательные программы бакалавров имеют выпускников. В ближайшие годы картина изменится: больше студентов окончат бакалавриат - значит, будет больше мест в магистратуре».

Однако с другой стороны, по словам Бака, «могут сравниваться между собой цифры по бюджетным местам магистратуры в разных вузах». «Переход на двухуровневую систему образования предполагает более интенсивную мобильность студентов, - напоминает проректор РГГУ. - Не надо переносить на магистерскую приемную кампанию все фобии, связанные с поступлением в вузы выпускников школ. Здесь меньшую роль играет мнение родителей, ложно понятая «престижность» тех или иных образовательных программ. Дальнейший свой путь в образовании выбирают достаточно опытные люди, у которых за плечами бакалавриат. Многие из них едут из регионов в столицу, из менее авторитетных вузов в более известные. Отсюда - повышенные конкурсы в нескольких десятках вузов».

По какому принципу между ними распределяются бюджетные места? Судя по услышанному от экспертов, особенных критериев у Минобрнауки сейчас нет. Они как раз прорабатываются. К примеру, как рассказала «Росбалту» директор Института развития образования ВШЭ Ирина Абанкина (сперва она успокоила, что «количество мест в магистратуре у нас не сокращается», а, напротив, «очень сильно увеличено»), в готовящемся проекте закона «Об образовании» деньги на вовлечение бакалавров в науку будут выдавать тем из вузов, в которых наука есть. 

«Это конкурс. И в нем будет оцениваться не только качество образования, но и качество ведения научно-исследовательских работ, степень интеграции науки и образования в вузе. Важный критерий – наличие следующих ступеней образования», - говорит Абанкина.

Не исключено также, что причиной нехватки магистерских мест в вузе однажды станет низкий балл ЕГЭ среди его студентов. Расчет прозрачный: в вуз невысокого уровня 100-балльников не заманишь. Здесь мы возвращаемся к мысли Александра Адамского о простоте поисков магистратуры и к опасениям РСС по поводу искусственных ограничителей.

«Молодежь просто выталкивают на улицу!» - возмущается председатель союза Артем Хромов.

«Когда принимался в России в 2007 году закон о так называемом двухуровневом образовании, мы ровно об этом и предупреждали, - напоминает зампред комитета Госдумы РФ по образованию Олег Смолин. - Закон вводился именно для того, чтобы сэкономить деньги на образовании: большинству студентов дать образование четырехлетнее, и только узкой сравнительно части - полноценное магистерское образование. Количество мест в магистратуре, насколько мне известно, составляет примерно четверть от мест в бакалавриате. Следовательно, общий срок обучения большинства юношей и девушек сокращается где-то на 25%».

«На мой взгляд, - продолжает Смолин, - Министерство образования не должно было ничего делать насильно. Закон «О высшем образовании» 1996 года ничем не мешал участию в Болонском процессе на добровольной основе. Когда была  возможность выбора, только 12% вузов ввели бакалавриат, опасаясь проблем на рынке труда. Я знаю, что в целом работодатели намного хуже принимают бакалавров, чем традиционных специалистов. А еще я знаю первокурсников, которые, выбирая вуз, спрашивали: там будет настоящее образование или бакалавриат?»

Проректор РГГУ Дмитрий Бак с такой трактовкой первой ступени в корне не согласен: «Бакалавриат - это не «незаконченное» высшее, не «неполное» высшее, а полноценное высшее образование со своим набором квалификационных признаков».

И все-таки в «командиры полка» таких не берут. Не мудрено, что многие студенты, несмотря на все авторитетные заверения, продолжают осаждать приемные магистратур. Кстати, проект закона «Об образовании», согласно с которым придется учиться не одному поколению бакалавров, вносит четкие разграничения: магистратура и привычный нам специалитет – вторая ступень, а бакалавриат, как ни крути, первая.

Дарья Миронова