Отличник пришел в родную школу убивать

Всех волнует главный вопрос: как такое могло произойти? Не в Америке, криминальные сводки из школ которой звучат с незавидной регулярностью, а у нас? В России, в Москве?!

Третьего февраля, около полудня, ученик школы № 263 пришел в свою школу с винтовкой и охотничьим карабином. Охранник пытался не пропустить его, однако подросток передернул затвор ружья. Охранник успел нажать тревожную кнопку, после чего сопровождал юношу до кабинета биологии, где находились 24 ученика 10-го класса. В итоге старшеклассник все-таки открыл стрельбу. Всего прогремело 11 выстрелов. От пуль скончались 30-летний учитель географии Андрей Кириллов и один из приехавших по вызову охранника полицейских - прапорщик Сергей Бушуев. Еще один полицейский - старший сержант Владимир Крохин -  ранен.

Телеканал Life News со ссылкой на сообщение в Twitter одноклассницы подростка, передал, что он выстрелил географу в живот, затем спросил, обращаясь непонятно к кому, жив ли тот, и произвел контрольный выстрел в голову.

В операции по нейтрализации стрелка, удерживавшего в заложниках одноклассников (остальные ученики были эвакуированы из здания), принял участие его отец (из его зарегистрированного охотничьего оружия подросток вел стрельбу). Именно он уговорил сына отпустить заложников, после чего юноша был задержан бойцами спецназа.

Позже в СМИ появилась информация о том, что десятиклассник был прилежным учеником, спортсменом, отличником, посещал тренажерный зал и шел на «золотую медаль». Последняя запись, оставленная им, по мнению-интернет-пользователей, на странице в социальной сети «ВКонтакте», озаглавлена «Самый быстрый стрелок в мире Bob Munden», а последний раз он заходил в сеть 3 февраля в 9:38.

Одноклассники и знакомые стрелка в комментариях СМИ характеризуют его неоднозначно. Одни - как неконфликтного, доброжелательного и общительного мальчика, внешне не способного на проявление жестокости. Другие же отмечают, что он был «неуравновешенным» и закрытым, а поводом для расстрела якобы  мог послужить конфликт с преподавателем географии Андреем Кирилловым, который якобы занижал ему оценки и, тем самым, преграждал путь к медали и отличному аттестату. Информацию о конфликте чуть позже опроверг министр образования Дмитрий Ливанов.

На место происшествия прибыли руководители МВД и ГУ МВД по Москве, официальный представитель СК РФ, руководство прокуратуры. Президент Путин назвал произошедшее трагедией, Госдума и Общественная палата собираются обсудить чудовищное происшествие на специальных заседаниях.

Всех волнует главный вопрос:  как такое могло произойти? Не в Америке, криминальные сводки из школ которой звучат с незавидной регулярностью, а у нас? В России, в Москве?!  Почему система безопасности, охрана оказались неспособными предотвратить трагедию. Что это – жуткий единичный случай или начало страшной тенденции?

Детский психиатр Анна Портнова отмечает: в каждой школе ученики конфликтуют с учителями, однако везде это проявляется по-разному. По ее словам, существует негативная тенденция, когда конфликты в школах замалчиваются. «Стараются на них не обращать внимания, не разбирать их, не проводить какую-либо психологическую коррекцию. Будь то конфликт между учениками или между учителями и учениками. Все это неправильно», - подчеркнула эксперт. По ее мнению, школьные психологи слишком загружены, чтобы заниматься «урегулированием межличностных отношений», они занимаются лишь «контролем за знаниями, умениями и навыками учеников». «К сожалению, учитывая снижение финансирования всех социальных сфер, случаются разные инциденты. В итоге, когда ретроспективно начинают разбирать, отчего, например, драка произошла или, де дай Бог, стрельба, то оказывается, что это произошло не внезапно, а назревал какой-то конфликт, открытый или скрытый, который можно было раньше предотвратить. Безусловно, руководство школы за подобными вещами тоже должно следить», - пояснила Портнова.

С тем, что школа - место, где разворачиваются самые драматические конфликты, согласен уполномоченный по правам ребенка в Москве, педагог с большим стажем  Евгений Бунимович «Все-таки у подростков такой возрастной период, когда особенно обостренно воспринимается все то, что есть в этом мире, - говорит Бунимович. - Все то, что взрослым кажется мелочью, ерундой, для них очень серьезно. Для этого и нужно в школе знание и понимание этих вопросов со стороны педагогов, ну и, конечно, нужны профессиональные психологи. Хотя последние реформы образования как раз приводят к тому, что количество психологов в школах сокращается, а не увеличивается».

С точки зрения столичного детского омбудсмена, информация об инцидентах со стрельбой (как в США, так и в России) способна повлиять на психику ребенка. «Известно, что подростки в целом готовы к подражанию, такова их психика. Поэтому случаются, к примеру, волны суицидов. Поэтому информация о стрельбе школьников в других странах вполне могла наводить их на такие мысли. Это нужно учитывать, когда мы говорим об информации, она должна быть максимально спокойной и нейтральной», - отметил он.

Однако тенденция к росту уровня агрессии и жестокости существует не только среди подростков, отмечает психиатр центра охраны психического здоровья РАМН Татьяна Крылатова. В какой-то степени, утверждает эксперт, это проблема всего общества. «То, что он так себя повел, говорит о том, что, вероятно, у него какая-то нестабильность в психике присутствовала». Данный инцидент — сигнал к тому, чтобы начать серьезнее относиться к психологическим проблемам, а также позволить специалистам «работать с семьями интенсивнее», констатирует эксперт.

«Конечно, жизнь для подростков становится несколько виртуальной. Дети видят очень много жестокости, насилия, которому зачастую нет оценки, а в обществе она очень амбивалентна. И если у ребенка психика нарушена, то у него возникает ощущение, что это норма жизни. Они приходят из нормального человеческого существования в режим боя непонятно с кем», - добавила Татьяна Крылатова.

В свою очередь президент Ассоциации детских психиатров и психологов Анатолий Северный пока не спешит давать оценку инциденту и анализировать психическое состояние юноши — слишком мало информации. «Судя по тому, что на данный момент известно, с моей, профессиональной, точки зрения, это какое-то острое психическое расстройство...Здесь речь идет о совершенно конкретном случае, конкретном ребенке. Пока нет оснований говорить насчет того, что на него могло повлиять, повлияло или нет, что происходит с его психикой. Нужно дождаться большей информации», - сказал специалист.

Но почему подросток с оружием так просто вошел в школу? Как сообщил Life News со ссылкой на одноклассника подростка, раньше в школе работали турникеты, которые открывались по специальным карточкам, имеющимся у учеников. Потом карточки поменяли, но новые не раздали, а турникеты временно отключили.

Большой вопрос у экспертов вызывает и степень надежности охраны силами ЧОПов.  «Всевозможным комиссиям еще предстоит разобраться, что и как произошло. Но одно можно сказать уже сейчас: при такой «безопасности» (...) реальной безопасности не прибавилось! Поэтому нужно отказываться от нынешней порочной практики и возвращаться к прежней системе, внеся в нее необходимые коррективы, продиктованные временем», - считает  вице-президент Международной ассоциации ветеранов подразделения антитеррора «Альфа» Алексей Филатов.

Денис Гольдман