«С денежкой в паспорте»

Для России мигранты – не проблема, а ресурс, считает кандидат географических наук, ведущий научный сотрудник Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ Юлия Флоринская. Но им надо пользоваться с умом.


© Фото из личного архива Юлии Флоринской

По данным ФМС, в прошлом году в Россию въехали 17,7 млн человек, из которых 12,4 млн — мигранты, приехавшие на легальные (40%) либо незаконные (60%) заработки. Происходит ли деградация российского общества из-за наплыва приезжих? Какие планы связывают приезжие с Россией? На эти и другие вопросы «Росбалту» ответила Юлия Флоринская, кандидат географических наук, ведущий научный сотрудник Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ (РАНХиГС).

- Юлия Фридриховна, мигранты выросли в огромную проблему для России. Вы знаете, как ее решить?

- Надо перестать смотреть на миграцию в первую очередь как на проблему. Мигранты – это пенсии российским гражданам, которые платятся благодаря работающим, в том числе иностранцам, это заполнение рабочих мест и обеспечение рынка услуг, которыми пользуются российские граждане, это домашние работники, которые позволяют российским гражданам оставаться на своем рабочем месте, несмотря на то, что у них маленькие дети или престарелые родственники. Просто надо перестать смотреть на всех приезжих как на врагов, неважно – приехали они из соседней области или из соседней страны.

Миграция – это ресурс, которым надо пользоваться с умом. Да, ресурс, имеющий какие-то издержки. Значит, задача – минимизировать их. Каким образом? Надо сделать так, чтобы легальных работающих мигрантов стало больше, они платили бы налоги, и пополняли наш бюджет.

- Не получится ли так, что мигранты со временем займут все ключевые сферы нашей жизни, и отнимут у россиян Россию?

- Я думаю, это такая страшилка, которой удобно пользоваться, чтобы закручивать гайки в обществе и миграционной политике, создавать лагеря временного содержания для мигрантов по всей стране. Но не вина мигрантов, что так все происходит. Повторюсь - правильнее было бы дать людям возможность легализоваться, чтобы налоги шли в бюджет РФ, а не теневым посредникам. Займут ли приезжие чьи-то места или нет, зависит от политики государства. Мне кажется, что когда в страну стремятся в принципе, это хороший признак. Значит, здесь лучше, чем на родине мигрантов, и чем где-то еще, куда они могли бы уехать. Но они едут не куда-то, а к нам. Может, это не так плохо? С этой точки зрения, мы должны радоваться, что у нас уровень экономического развития выше.

Мы будем развиваться и дальше, а значит, понадобятся новые рабочие руки для каких-то сфер занятости. У нас, например, в планах стоит поменять в медицине соотношение врачей и среднего медицинского персонала, сделать, как на Западе, чтобы на одного врача приходилось 8 медсестер. А где их взять, если их сейчас уже нет? К нам стекается медперсонал со всех республик СНГ. Но им здесь очень трудно устроиться по своей специальности, Недавно я беседовала с двумя домработницами-киргизками: одна из них раньше была главной медсестрой в больнице в Бишкеке, а в Москве не смогла устроиться даже нянечкой в больнице, ее не взяли.

В общем, я не вижу катастрофы в том, что к нам едут, а наоборот, мне кажется, это поможет народному хозяйству. Если у нас убыль трудоспособного населения на ближайшие годы ожидается по  миллиону человек в год, значит, надо кем-то их заменять. А ближе к 2030-м годам, возможно, снова будет рост трудоспособного населения, и мигрантов понадобится меньше.

-  Бытует мнение, что приезжие женщины рожают детей больше, чем москвички?

- Доля иностранных рождений в Москве на протяжении трех последних лет не меняется: например, в столичных  роддомах на долю иностранцев приходится 7% родов (5% - из стран СНГ, остальные – из дальнего зарубежья); от общего числа рождений – это более 9 тыс. младенцев.

- Подозреваю, что это только верхушка айсберга. А сколько младенцев рожают внутренние мигранты?

- Таких существенно больше: около 20-30%% из общего числа. Дело в том, что в Москву и Петербург, например, приезжают рожать еще и из других городов, иногда очень издалека, со сложными случаями и диагнозами – поскольку здесь  находятся федеральные медицинские центры. Но у  «внутренних» мигранток, в отличие от иностранок, есть российские полисы. А у иностранок – нет, хотя роды по скорой помощи для них тоже бесплатные.

До 2010 года московский департамент здравоохранения выдавал беременным женщинам-иностранкам так называемые «розовые» талоны, соответственно они могли бесплатно прикрепляться к консультациям, обслуживаться. После проведения налоговой реформы, в результате которой работающие иностранцы лишились бесплатных медицинских полисов, эти талоны выдавать перестали – и женщинам, и детям. То есть, для них теперь есть только платная медицинская помощь. Понятно, что заплатить за роды полную их цену могут далеко не все. Из-за этого у мигрантов возникает много проблем.

Вот, все время обсуждается проблема медицинских полисов для мигрантов. Мне кажется, что один из выходов – это, например, выдавать полисы, чтобы сколько-то оплачивал работодатель, сколько-то сама работница, сколько-то город. Это будет, по крайней мере, стимул для мигранток, чтобы приобретать эти полисы, поскольку просто заставить их купить полис очень трудно, он очень дорого будет стоить.

Как правило, у женщины-мигрантки нет денег, чтобы прикрепиться к консультации, заплатить за весь цикл. В роддом ее привозит «скорая», и если, допустим, она не  обследована, ее везут в инфекционное отделение. Там сейчас появилась возможность по новому закону, как мне говорили главврачи роддомов, выставлять какой-то счет. Но счет этот – не за лечение, а за пребывание в роддоме, и не такой уж маленький – надо заплатить пять, шесть, семь тысяч рублей. Кто-то эти деньги находит и платит, но расходы на лекарства, в том числе дорогостоящие, на лечение детей, на прививки, сюда не входят. У некоторых и этих денег нет. И платит город – Москва или Петербург. То есть, налогоплательщики, мы с вами…

- К чему стремятся сами мигранты? Заработать, отослать на родину деньги, уехать? Или осесть тут надолго, навсегда?

- По опросам, около 25% мигрантов заявляют: «Мы хотим переехать сюда насовсем. То есть, они приезжают как трудовые мигранты, живут здесь долго, и в итоге обустраиваются уже постоянно. Очень многое зависит от детей. Многие говорят: «Пусть дети живут уже здесь, а мы, как выйдем на пенсию, уедем обратно на родину». Их можно понять, у всех там дома и какое-то хозяйство, здесь пенсии нет, и когда они выйдут на заслуженный отдых, то останутся без средств к существованию. При этом, если мигрант работает больше полугода, то за него работодатель сейчас обязан платить в пенсионный фонд. Хотя, это получается как бы взнос в никуда, поскольку в России у человека пенсионного счета нет, и эти деньги идут просто в Российский пенсионный фонд. Вроде бы и работник работает, и налоги идут, а ему с этого ничего…

- Происходит ли деградация российского общества из-за притока мигрантов? Или наоборот, это «свежая кровь» и к лучшему?

- Если мигранты занимают «нижние», неквалифицированные рабочие места, они, таким образом, позволяют местному населению подняться на более высокие ступени. Пустые стенания, будто большинство учеников в московских классах не говорят по-русски. Нет таких классов. Да, мигрантов стало больше, появились проблемы, потому что они с разным менталитетом приезжают, в том числе наши внутренние мигранты с Северного Кавказа, из Сибири, из национальных республик. Да, есть эта проблема, поэтому надо решать вопрос с подготовкой учителей, доплачивать учителям за дополнительные занятия, привлекать школьных психологов. Если в школе хороший учитель, деградация невозможна.

- Проблема в том, что зачастую дети мигрантов и их русские сверстники враждуют.

- Это проблема от недостатка воспитания и культуры в обществе, а не от мигрантов. У нас вообще все люди друг к другу относятся враждебно. К тем, что понаехали из деревень у нас, что ли, лучше относятся? Раньше относились лучше к лимитчикам? К русским, которые бежали из республик после развала СССР, относились так же - их как встречали, сколько сожгли домов, где они поселялись? До сих пор многие из них не имеют российского гражданства, и мучаются точно так же, как мигранты.

Да, может москвичам приятнее видеть вокруг себя только славянские лица. Когда ты у себя дома, на родине, и вокруг тебя говорят не на русском языке, это тяжело. Но что делать, весь мир стал такой. Сейчас невозможно закрыться в четырех стенах и больше никого к себе не пускать. 

- Однако в странах Балтии, например, относятся к приезжим очень жестко. Там они – вообще неграждане.

- Неграждане в Прибалтике, о которых так много говорят, лишены права избирать и быть избранными. Тем не менее, неграждане, например,  точно так же ездят в ЕС, и еще к тому же без виз приезжают в Россию. Ну и потом, кто сказал, что нам надо брать у прибалтов только плохой опыт? Да, мы не должны распахнуть все двери и сказать: «Все приезжайте, кто хотите». Конечно, контроль, отбор и ограничения должны быть. Но для начала надо установить понятные и прозрачные правила игры:  дать людям возможность легально работать, легально въезжать, легально регистрироваться по понятным правилам.

Сказали, что нельзя регистрироваться в «резиновых» квартирах, нельзя жить на предприятиях, в подвалах. А где жить? Расскажите, где должны жить мигранты, если общежитий нет? Мы боремся с фиктивной регистрацией, а в итоге большинство мигрантов, по всем опросам, живут не там, где они прописаны.

Допустим, мигрант приехал, у него есть средства на съем квартиры. Но хозяин квартиры говорит: «Пожалуйста, я сдаю тебе жилплощадь, но регистрировать тебя там не буду». Так поступает большинство москвичей, а регистрируют жильцов на своей площади менее 5%. Деньги зарабатывать на них – пожалуйста, а прописывать не буду.  Хорошо, а где мигрант тогда  должен регистрироваться?

Миграция и коррупция – явления, идущие рука об руку, и часто в них совершенно незаслуженно обвиняют мигрантов. Они вынуждены ходить по улицам с денежкой в паспорте. Хотя с этой точки зрения ситуация стала лучше: после того как в 2007 году изменилось законодательство, мигранты перестали так бояться, поскольку стало возможным зарегистрироваться уведомительно.

- А по закону, где должен мигрант регистрироваться?

- Там, где он живет.

- Только там?

- Да, но реальная ситуация прямо противоположная. Отсюда появляется проблема с доступом к образованию. Согласно новым законам, нельзя записать ребенка в школу, не указав своей регистрации. Регистрацию проверяют у всех родителей, причем это касается не только иностранных, но и внутренних мигрантов, живущих в Москве с детьми.

Хотя, это важный момент интеграции: если дети мигрантов допускаются к образованию, то потом вырастают в полноценных граждан, не требующих больше никаких средств на их адаптацию к российской жизни. Поэтому, надо способствовать получению статуса, вида на жительство, для тех, кто получил аттестат в российской школе.

Дети мигрантов без российского гражданства не могут бесплатно поступить в вуз, а ведь среди них есть очень способные, талантливые дети. И мы их теряем, поскольку  у родителей зачастую нет денег, чтобы заплатить за образование. Есть, например, Высшая школа экономики, которая берет учащихся из СНГ, надо распространить этот опыт. Кроме того, у нас в техникумах не хватает желающих учиться,  недостаточно  квалифицированных рабочих по стране. Наверное, можно было бы использовать потенциал мигрантов, которые, в отличие от российских детей, не все хотят получать высшее образование, они могли бы получать среднее специальное образование, так как оно обеспечит им занятость и возможность легализоваться.

Беседовал Андрей Володин