"Обвинительный марафон" Удальцову и Развозжаеву

Самые известные из обвиняемых по "болотному делу" приговорены к 4,5 годам лишения свободы за организацию массовых беспорядков 6 мая 2012 года в Москве и в регионах России.

Московский городской суд в четверг приговорил координатора "Левого Фронта" Сергея Удальцова и оппозиционера Леонида Развозжаева к четырем годам и шести месяцам лишения свободы каждого, признав их виновными в организации массовых беспорядков 6 мая 2012 года  и в регионах России. Отбывать наказание они будут в колонии общего режима. Кроме того, с Леонида Развозжаева суд постановил взыскать 161 тыс. рублей в качестве штрафа, а с Сергея Удальцова – 12 тыс. рублей. Защита заявила о намерении обжаловать приговор.

«Проходите, прошу, проходите», - вежливо приглашает внутрь собравшихся у лифта Мосгорсуда интеллигентного вида седовласый мужчина в белой рубашке. «Как-то вы по-хозяйски прямо, как к себе домой», - заходя в лифт шутит в ответ Илья Константинов, один из «приглашенных». «Ну как, уже ведь 68-е заседание, тут уже волей-неволей...», - не растерялся мужчина. Уже в пути на шестой этаж апелляционного корпуса Мосгорсуда у пришедших поддержать оппозиционеров Сергея Удальцова и Леонида Развозжаева завязался разговор о прогнозах исхода процесса.

«Я думаю, - предположил Константинов, - сегодня могут не успеть зачитать приговор. Скажут только что виновен, а резулятивную часть огласят завтра». Однако его собеседник - тот, что несколько мгновений назад приглашал всех в лифт, - выразил надежду на то, что  могут успеть прочитать и за один день. «Замашнюк...(председатель судебной коллегии Александр Замашнюк, - «Росбалт») У него производительность высокая, посмотрим», - улыбнувшись, сказал он. Никто не мог и представить, что чтение текста приговора растянется на долгих 9 часов.

Координатор «Левого Фронта» Сергей Удальцов, находящийся во время процесса под домашним арестом, появился на крыльце Мосгорсуда примерно за час до начала заседания. Настроение приподнятое, взгляд серьезный. Уверенно прошагав полпути до судебных дверей, он отреагировал на внимание многочисленных журналистов фирменным жестом. Удальцов вскинул кулак вверх, отчеканил: «Нас свободы не лишить!», - и исчез в здании суда.

В отличие от активной реакции общественности на приговор другому оппозиционному лидеру Алексею Навальному в июле прошлого года по «делу Кировлеса» (тогда на несанкционированную акцию протеста на Манежной площади в Москве вышло около десяти тысяч человек), оглашение наказания Сергею Удальцову и Леониду Развозжаеву получило скудный отклик даже в оппозиционных кругах. Поддержать подсудимых пришли всего несколько десятков гражданских активистов и членов «Левого фронта». Такого не ожидали даже сотрудники правоохранительных органов: с самого утра забор у Мосгорсуда оцепили полицейские, из автобусов выглядывали омоновцы, а вдалеке кто-то из журналистов и вовсе  разглядел грузовики внутренних войск. Через дорогу полицейские выделили сторонникам Сергея Удальцова место для скромных одиночных пикетов – оно оказалось огорожено ярко-желтым железным забором. Завершив акцию еще во время чтения первой половины приговора, активисты-пикетчики переместились в суд — уже без атрибутики.

Тем временем в коридоре перед залом заседаний царила суматоха. Тропическая жара — именно в этом крыле здания внезапно отказали кондиционеры – и порядка сотни людей, желающих попасть внутрь. В такой ситуации даже судебные приставы теряли контроль над ситуацией: «Проход освободите все!» - гаркнул молодой крепкий пристав на собравшихся, дабы те первыми пропустили в зал телеоператоров. – «А ты-то че не рулишь, ты ж здесь главный?», - резонно интересовался он у своего начальника. Тот только обводил взглядом толпу.

«Девушка, - взывает оператор телеканала "Россия" к пресс-секретарю суда, - «Россию» можно пропустить?». «Рос-си-я!» - тут же подхватил кто-то, но быстро был подавлен и заглушен приставами. Как оказалось в дальнейшем, снимать приговор пресс-служба суда разрешила только группам «Первого канала» и «России». Примечательно, что даже НТВ, который и показал фильм «Анатомия протеста», послуживший основой для уголовного дела в отношении Удальцова и Развозжаева, не допустили к съемкам.

Просторный зал вместил всех желающих - порядка 100 человек. Родственники подсудимых расположились на первых двух рядах справа — Удальцов и Развозжаев прямо перед ними. Один подсудимый — в стеклянном «аквариуме», второй — за столом с адвокатом. Неподалеку на полу разлеглась огромная полусонная коричнево-черная собака на поводке у полицейского. Оцепления в зале сразу два — спецназ и полиция.

Судья Александр Замашнюк начал с заключения следователей. По их версии, в январе 2012 года некий «член парламента Грузии» вместе со своим знакомым, оппозиционным активистом Константином Лебедевым (в апреле 2013 года осужденным на 2,5 года колонии за организацию массовых беспорядков, заключившим сделку со следствием и вышедшим по УДО в минувшем мае, - «Росбалт») задумал воспользоваться недовольством части россиян итогом парламентских, а затем и президентских выборов и устроить массовые беспорядки в разных городах страны «с целью дестабилизации политической обстановки в России». Для реализации своих планов Лебедев попытался подключить к делу Леонида Развозжаева, познакомив его «с неустановленными гражданами Грузии» и тем самым членом грузинского парламента. Затем, как установило следствие, в одном из московских ресторанов Лебедев и Развозжаев сделали предложение Сергею Удальцову. Учитывая, что политик, - подчеркнул судья Замашнюк, - желал построить партию объединенных левых сил и «войти во властные структуры государства путем избрания в Государственную думу», он охотно его принял.

Через некоторое время, по версии следствия, трое оппозиционеров встретились в Минске с загадочным «членом парламента Грузии» и договорились между собой «о неоднократной организации массовых беспорядков на территории РФ». Грузинский политик, в свою очередь, подтвердил готовность оказывать финансовую помощь российским оппозиционерам. Он же, утверждает следствие, и предложил Лебедеву, Развозжаеву и Удальцову устроить поездку по регионам с тем, чтобы упрочить эффективность протестных акций и привлечь на московский «Марш миллионов» 6 мая больше участников. Сообщники согласовали время, место и сценарий проведения беспорядков, а также договорились о денежном вознаграждении оппозиционеров.

Константин Лебедев, гласит обвинительное заключение, отвечал за финансовое обеспечение действий активистов. Первый «транш» в размере $30 тыс. он якобы получил от неустановленных лиц у одного из столичных ресторанов «Макдоналдс». Последующие суммы колебались около этой планки. Деньги Лебедев, по мнению гособвинения, потратил на денежное вознаграждение подельникам и «закупку палаток, плакатов и агитационной литературы».

Заговорщики условились устроить акцию протеста 6 мая 2012 года, которая затем должна была вылиться в массовые беспорядки. В общей суматохе они планировали установить на Болотной площади  бессрочный палаточный лагерь «по примеру украинского «Майдана». «Это могло усложнить и сорвать торжественную церемонию инаугурации избранного президента РФ», - продолжал Александр Замашнюк.

После встречи в Белоруссии с «членом грузинского парламента» Удальцов и Развозжаев, согласно тексту приговора, посетили ряд городов России, дабы сагитировать своих соратников и оппозиционно настроенных граждан на организацию акций протеста. «Согласно подготовленному Удальцовым и Развозжаевым плану, протестующие должны были сорвать акцию протеста 6 мая и провести бессрочную сидячую забастовку», - отметил судья, добавив, что Удальцов якобы должен был ее возглавлять, а Развозжаев — контролировать и отчитываться перед грузинскими сообщниками. Давка, возникшая, когда 6 мая демонстрация миновала Большой каменный мост и достигла Болотной площади, произошла также по вине участников сидячей забастовки, спровоцированной Удальцовым.

«В свою очередь Развозжаев, действуя в соответствии с преступным планом, призывал присутствующих на демонстрации принять участие в массовых беспорядках, после чего возглавил группу протестующих (специально подготовленных, по версии суда, «баркашовцев, анархистов и чеченцев), при помощи которых с применением насилия прорвал оцепление и вышел за пределы территории, согласованной для проведения массового мероприятия. Затем Развозжаев, игнорируя требования сотрудников полиции, в нарушение правил проведения публичных мероприятий, организовал установку палаток, подготовленных заранее. А также лично установил не менее одной палатки», - невозмутимо чеканил Замашнюк. Однако его монолог прервал громкий смех в зале.

«Я попрошу приставов навести порядок и удалить излишне эмоциональных граждан», - строго заметил судья, и тут же из зала вывели левого политика Дарью Митину. После инцидента Александр Замашнюк пригрозил присутствующим удалением и приступил к перечислению многочисленных травм, полученных сотрудниками ОМОН и полиции. Самое распространенное повреждение — синяки, однако встречались и пострадавшие от перелома пальца или заработавшие «острый ларингит» после «вдыхания паров неустановленного вещества».

Нервы выдержали не у всех. Во время перечисления судьей ушибов и ссадин очередного полицейского мужчина преклонных лет в желтой рубашке громогласно прокричал: «Нескончаемая ложь!», - и самостоятельно вышел из зала суда.

В тексте приговора также отмечается, что в результате событий на Болотной площади  6 мая 2012 года столичной полиции был нанесен ущерб на общую сумму более 370 тысяч рублей — столько стоили испорченные мегафоны, шлемы и части обмундирования. В свою очередь разбор асфальта стоил 28 млн рублей, а поломка биотуалетов — 37 тысяч.

После прочтения заключения следственных органов судья перешел к эпизоду с показаниями осужденного Константина Лебедева. И вот здесь, наконец, личность таинственного «депутата парламента Грузии» была раскрыта — Гиви Таргамадзе, бывший глава парламентского комитета по безопасности и обороне Грузии. В своих показаниях Лебедев рассказал, что после 6 мая Развозжаев отчитался перед грузинским политиком о проделанной работе и получил распоряжения, касающиеся последующих протестных акций. В частности, активист якобы сам предложил провоцировать беспорядки и на территории мест лишения свободы. В связи с амбициозными планами сообщники исколесили почти всю страну и «создали базу данных контактов своих соратников в разных городах». В июле оппозиционеры побывали в Курске, Белгороде, Орле, Казани, Волгограде, Челябинске, Екатеринбурге и Перми, где якобы призывали участвовать в акциях протеста и «бойкотировать работу местных властей».

Показания же самих оппозиционеров, как и свидетелей защиты, доказывающих превышение полномочий сотрудниками правоохранительных органов во время разгона демонстрации 6 мая, суд поставил под сомнение. В частности, Сергей Удальцов заявлял, что не знаком с Гиви Таргамадзе, а с грузинскими партнерами он познакомился через Константина Лебедева дабы заключить сделку о поставке ликеро-водочной продукции. Выручку от сделки Удальцов планировал потратить на создание партии объединенных левых сил. Но, по мнению судьи, Удальцов не смог пояснить некоторые обстоятельства сделки. В отношении Леонида Развозжаева суд также не стал церемониться и фактически засчитал только его явку с повинной. Невзирая на утверждения оппозиционера о том, что следователи путем пыток вынудили его подписать эту бумагу, Александр Замашнюк заявил, что в ней указаны обстоятельства, ранее неизвестные следствию, и это подтверждает ее подлинность.

После десятиминутного перерыва судья преступил к оглашению показаний 78 потерпевших блюстителей порядка: вновь — «гематомы», «ушибы» и «трещины». На этот раз нервы сдали у брата Леонида Развозжаева. «Подсудимые-то при чем здесь?! - воскликнул он. - Они что, все 78 человек избили вдвоем? Кто-то кого-то бил, но при чем здесь подсудимые!? Вы еще про инопланетян здесь расскажите!». Судья указал на дверь и ему.

Едва возобновив пересказ описания «молодых людей в масках, бросающих камни и бутылки с зажигательной смесью» в бойцов ОМОН, судья был вынужден вновь прерваться — в зале поднялся недовольный гул. «Мы же там были, этого не было, что они сочиняют? Где свидетельство участников марша? Почему оглашают только показания омоновцев?!» , - вдруг выкрикнула пенсионерка из зала. Начальник отряда приставов подскочил к даме, спросил: «Вы че кричите?», - и вывел за дверь.

«Нанесли...черепно-мозговую травму средней степени...», - настаивал судья, но тут — вновь крик из зала: «Мне кажется, это у вас черепно-мозговая травма», - автор комментария заработал громогласные аплодисменты присутствующих, которые спровоцировали очередной нервный срыв судьи и долгожданную паузу в заседании — ноги от усталости начало сводить.

На девятом часу чтения, когда присутствующие еле держались на ногах (оглашение приговора необходимо выслушать стоя), началась финальная часть приговора. «Марафон с обвинительным уклоном», - отметил в своем микроблоге в Twitter адвокат Сергея Удальцова Николай Полозов. «Суд признал бесспорно установленным, что согласованное мероприятие переросло в массовые беспорядки, организованные конкретным лицами с использованием камней, файеров и бутылок с зажигательной смесью», - читал судья Замашнюк. - Присутствие большого числа людей на мероприятии объясняет особую общественную опасность подготовленных и совершенных Удальцовым и Развозжаевым деяний».

«Суд признает полностью доказанным, что беспорядки повлекли дестабилизации общественного порядка на территории проведения мероприятия и создали угрозу безопасности его участников», - заявил Александр Замашнюк и добавил, что Удальцов и Развозжаев действовали умышленно.

Итог — Развозжаев и Удальцов приговорены к 4 годам и 6 месяцам колонии общего режима. Вдобавок первый заплатит штраф в размере 161 тысячи рублей, второй — 12. Ранее гособвинение в ходе прений сторон просило по 8 лет каждому.

«Приговор понятен?» - спросил подсудимых Александр Замашнюк в завершение. «Нет, не понятен! Позор такому суду!», - воскликнул Сергей Удальцов. Зал подхватил недовольство. «Позор суду! Позор! Свободу Удальцову и Развозжаеву!», - принялись скандировать активисты, в том числе и супруга координатора «Левого фронта» Анастасия Удальцова. В общей суматохе осужденный оппозиционер попытался что-то донести до своих сторонников, но никто его не услышал, а спустя мгновение омоновец заломал ему руки и одел на них наручники.

«К сожалению, возникла суматоха, его начали заковывать в наручники, но он объявил, что начинает в знак против вынесения неправосудного приговора бессрочную голодовку, которую будет проводить в следственном изоляторе, где он будет находиться по крайней мере до суда апелляционной инстанции», - пояснил позже Николай Полозов.

Шум и крики нарушили покой дремавшего рядом с «аквариумом» пса. Он проснулся и зарычал на выходящих людей. «Молодец, молодец, мальчик», - приговаривал старший по званию судебный пристав, а собака никак не унималась.

«Вина Удальцова и Развозжаева надлежащим образом не доказана. Этим обусловлено назначенное им наказание. Именно понимание несостоятельности и ущербности доказательной базы побудило суд к тому, чтобы пойти на некий компромисс и назначить наказание не 8 лет, как того просила сторона обвинения, а 4 года 6 месяцев. Если из этой системы доказательств исключить такой элемент, как показания Лебедева, то вся доказательная база развалится», - заявил на выходе из здания суда адвокат Сергея Удальцова Виктор Федорченко. Он пояснил, что полтора года домашнего ареста его подзащитного будут вычтены из общего срока.

Защитник Леонида Развозжаева Дмитрий Аграновский полагает, что рассмотрение дела не было объективным и беспристрастным, а права защиты были стеснены. Он заявил о намерении подать жалобу как в вышестоящую инстанцию, так и в Европейский суд по правам человека. «Но хочу сказать ту же фразу, которую сказал и после первого «болотного процесса»: все могло быть гораздо хуже. На данном этапе в данных условиях мы, как реалисты, этим приговором весьма довольны. Но мы надеемся на Верховный суд и Европейский суд по правам человека. Европейский суд будет обсуждать вопросы похищения Развозжаева, поставленные перед правительствами как России, так и Украины. А это у нас фактически основное доказательство по делу. Так называемая явка с повинной, которую суд признал законной, но Развозжаев утверждает, что она была написана в подвале в Брянской области», - отметил юрист.

Денис Гольдман