«С человека в клетке всякий может смеяться»

На суде по делу полковника Захарченко свидетели обвинения фактически выступили в защиту экс-офицера МВД.


© Стоп-кадр видео ТВЦ

Заседание по делу полковника Захарченко — высокопоставленного офицера МВД, обвиняемого в получении гигантской взятки, проходившее в четверг в зале Пресненского суда столицы, оставило странное впечатление. Обвиняемый и его защита, что называется, «хорошо выглядели». А главное — скорее в пользу подсудимого высказались два свидетеля обвинения.

И это при том, что в тот же день суд (другой, Никулинский суд Москвы) отказался пересмотреть решение о конфискации и обращении в доход государства баснословной суммы примерно в 9 млрд рублей в разных валютах, обнаруженной в квартире у полковника, о чем в 2016 году, когда его арестовали, судачила вся любознательная публика. И вот — при всем при том два года спустя Захарченко смотрится в суде вполне пристойно, как и его адвокаты.

Дмитрий Захарченко обвиняется по двум эпизодам, наиболее интересный из которых — получение взятки от очень крупного поставщика рыбы, тунисского предпринимателя Мехди Дусса, владельца компании «Ла Маре», на сумму в $800 тыс. за избавление от неприятностей с налоговой проверкой. (Другой эпизод — воспрепятствование следствию, что выразилось в предупреждении банкира Галины Марчуковой о предстоящем у нее обыске).

Спор между обвинением и защитой на заседании в четверг явил собою «дуэль» молодых юристов. С одной стороны — прокурор Милана Дигаева. С другой — адвокат Юрий Новиков.

Почти все ходатайства защиты судья Елена Абрамова отклонила. Но это — обычное для нашей страны адвокатское поражение, «рутинное». А вот «на публику» адвокат Новиков явно перетягивал канат.

Прежде всего, защитник подверг уничтожающей критике обвинительное заключение. «Обстоятельства в полном объеме установлены не были, преступления должным образом не описаны, — отмечал Новиков. — За что было выдвинуто требование взятки, следствие не указало. В обвинении это не приведено. Несостоятельны и доводы следствия о вымогательстве взятки».

Утверждая, что такое обвинительное заключение не может считаться составленным в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса, защитник попросил суд вернуть дело прокурору. Новиков также заявил, что следствие неправомерно отказало Захарченко в проведении очных ставок со свидетелями обвинения, коих насчитывается, ни много ни мало, 65.   

Отдельного разбора удостоился еще один предмет — помимо $800 тыс. наличными, в состав взятки, по данным следствия, вошла еще и дисконтная карта сети рыбных ресторанов «Ла Маре», которой обвиняемый пользовался более 80 раз и напировал где-то на 3,5 млн руб. И Юрий Новиков, и особенно его коллега Александр Горбатенко долго и аргументированно объясняли, что эта скидочная карта не обнаружена у Захарченко ни при каких обысках и нет никаких доказательств, что она вообще у него была и что он ею пользовался.

Адвокаты попросили разыскать чеки и платежные документы о пользовании злополучной картой. Сам Захарченко просил «востребовать биллинги и смс-ки» с мобильного телефона предполагаемого взяткодателя Дусса, который, по его словам, в те дни звонил в Генпрокуратуру.

Ответы обвинения и суда были, как обычно, короткими и отрицательными. «Если стороне защиты что-то непонятно, то на это и существует судебное разбирательство», — подчеркнула прокурор Дигаева.

«Суд не является органом, который собирает доказательства, — заметила судья Абрамова. — Закон не предусматривает возврата дела прокурору для проведения дополнительного расследования. Доказательства суду предоставляют стороны».

Таким образом, заседание было продолжено. И перед ним предстали два свидетеля обвинения. Генерал-майор полиции в отставке Феликс Васильков, занимавший в 2014 году пост заместителя начальника главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции (ГУЭБиПК) МВД РФ (и уволенный в том же году на пенсию) рассказал об известных ему обстоятельствах дела.

Как поведал Васильков, полковник Захарченко возглавлял тогда в ГУЭБиПК отдел по охране природных ресурсов — «рыбный отдел», как его называли. В том же самом 2014 году к Василькову обратился другой офицер, позднее уволенный из МВД и находящийся под следствием, генерал-майор Алексей Лаушкин. И пожаловался на то, что у его друга, рыбного импортера Дусса, неприятности: на него давят налоговые органы. 

«Но он (Лаушкин) мне не сказал ни слова, что с него (Дусса) Захарченко вымогает деньги. Если бы он мне это сказал, моя реакция была бы иная, — подчеркнул Васильков. — Я вызывал Захарченко с материалами, он мне доложил, и доклад был исчерпывающим. Он его изобличил в преступной деятельности: поставках санкционной продукции. Речь шла о совместной работе с привлечением Следственного комитета на транспорте, таможенной службы». 

«Его» — это, естественно, Дусса. «Он его практически окружил, — продолжал Васильков. — После чего Дусс и побежал с деньгами сдаваться, просто так гражданин арабского происхождения с деньгами бы не расстался. После этого я не счел возможным это обсуждать с Лаушкиным. Больше я этих вопросов не касался. В сентябре я ушел в отставку».

Конкретной даты обращения Лаушкина Феликс Васильков не помнил — по его словам, после отставки он постарался поскорее забыть все, что связано с его бывшей работой. Кстати, пресловутая дисконтная карта была выписана на имя Лаушкина, который подозревается в посредничестве во взятке.

Защита всячески подчеркивала, что Захарченко, пусть он и высокий чин в МВД, не мог же сам организовывать проверки бизнеса, в которых участвовала и Федеральная налоговая служба, и еще целый ряд ведомств, включая Россельхознадзор.

В конце заседания выступал второй свидетель, Иван Шурга, который в 2014 году был заместителем начальника столичного управления ФНС. Он рассказал, что действительно была в 2014-15 годах большая налоговая проверка 20 крупных фирм, занимавшихся импортом рыбы и морепродуктов. Но никаким инициатором этой проверки полковник Захарченко отнюдь не был и быть не мог.

Для проверки, по словам Шурги, были все объективные основания: данные компании попали под подозрение, в частности, по признаку работы с фирмами-однодневками. А кроме того, компания «Ла Маре» являлась крупнейшим налогоплательщиком и подлежала налоговой проверке раз в два года. «По нашей поверке с нее было доначислено в бюджет 12 млн рублей», — сообщил Иван Шурга.

По просьбе адвокатов опытный налоговик разъяснил, какие чеки и финансовые документы следует разыскать, дабы прояснить вопрос с дисконтной картой — и как это надлежит сделать. Защита и подсудимый были чрезвычайно благодарны свидетелю — при том, что и Шурга, и Васильков были вызваны именно как свидетели обвинения.

По ходу заседания отпускались иронические и острые выражения. «Когда человек в клетке, с него всякий может смеяться», — заметил Захарченко, используя архаическое сочетание «смеяться с кого-то». Он же в другом месте добавил: «Здесь вообще много странностей, а в клетке-то я сижу». Феликс Васильков характеризовал своего подчиненного как «умного, хитрого, плотоядного», тут же оговорившись, что это цитата из песни Высоцкого. Вообще-то, по словам генерала, полковник был весьма добросовестным.

Следующее заседание назначено на 5 сентября.

Леонид Смирнов


Читайте также Мосгорсуд отпустил на свободу подругу экс-полковника Захарченко