Что молодежь думает о митингах на самом деле

Поколение Y запуталось: подавляющее число молодых людей считают акции протеста неэффективными, остальные выходят из любопытства, за идею или за лидером.


© Фото Александры Полукеевой, ИА «Росбалт»

Современная молодежь — люди, родившиеся при Путине. Всю их жизнь у руля оставался один и тот же человек. Опросы показывают, что они гордятся действующим президентом, но в целом весьма аполитичны. Социологи называют их конформистами. Так почему же именно они составляют большинство на митингах протеста?

Заведующая лабораторией политических исследований НИУ ВШЭ Валерия Касамара считает, что в этом нет никакого противоречия.

«Когда мы видим фоторепортажи с митингов, складывается впечатление, что их много. На самом деле процент оппозиционной молодежи у нас находится на уровне статистической погрешности», — отмечает эксперт.

С 19 февраля по 27 марта 2017 года сотрудники лаборатории политических исследований ВШЭ опросили больше 6 тысяч студентов очных отделений из 109 российских вузов. И выяснили, что 72% молодых людей считают демонстрации и акции протеста неэффективными, чтобы что-то изменить в этой стране. И только 14% молодых людей заявили, что готовы принять в них участие, если таковые состоятся в их городе.

«При этом нужно понимать: когда люди говорят, что приняли бы участие в митингах, это совершенно не значит, что они пойдут. Скорее всего, им это просто симпатично, и совершенно не факт, что получив во "ВКонтакте" призыв прийти на митинг, они побегут», — отмечает Касамара.

По результатам исследований выходит, что протестная молодежь — это иллюзия. «Те 14%, которые гипотетически могли бы принять участие в какой-то оппозиционно окрашенной активности, никак не противоречат тому, что большинство симпатизирует президенту», — подчеркнула она.

«Когда мы говорим про тех, кто готов и выходит на акции, нужно понимать, что большинство их них живет в Москве и Санкт-Петербурге. Причем есть такое ощущение, что Питер настроен даже более резко, чем Москва. В миллионниках вроде Екатеринбурга тоже есть оппозиционно настроенные ребята. Но в подавляющем большинстве российских городов митинги для молодежи — это что-то такое, что их не касается. Они скорее побаиваются выходить, потому что все на виду и все друг друга знают. Многие воспринимают митинги как угрозу, особенно если говорить о ребятах из регионов. Они опасаются в принципе любых санкций, которые могут упасть на их голову за участие в непровластных акциях. И нет уверенности, что это к чему-то приведет», — отметила эксперт.

По мнению заведующей лабораторией, все разговоры о том, что еще один шаг - и у нас повторится 1917 год, заводят непрофессионалы, которые просто нагнетают ситуацию и не понимают, о каком количестве молодых людей в действительности идет речь.

«На фокус-группах большинство молодых людей в высказываниях о митингах и протестной активности придерживаются прагматичной позиции. Для них важно то, что в ближайшем будущем их ждет интересная работа, карьера, семья, а протестные акции воспринимаются как нечто внешнее и даже инородное по отношению к их жизни. Рассуждения об этих акциях и оппозиционных политиках носят отвлеченный характер. Лишь немногие были готовы подробно обсуждать протестную деятельность, говорить о повестке оппозиционных митингов и высказывать свою позицию. При этом наиболее бурная дискуссия по данному вопросу проходила в сибирских городах — Новосибирск, Томск, а меньше всего хотели затрагивать эту тему молодые люди в регионах с ярко выраженными элементами патриархальной политической культуры — Казань, Ставрополь», — рассказала заведующая лабораторией.

По ее словам, для многих политическая борьба не является тем, что вызывает их подлинный интерес. Это не то, чем они «горят». Отсюда отсутствие четко сформулированной позиции и нежелание давать окончательные оценки.

«Для них оппозиция и митинги — очень зыбкая почва для размышлений, где мотивация участников протестной активности не может быть до конца ясна и понятна, а погружение в тему все только запутывает: государство, разгоняющее митинги, действует правильно, но не всегда обоснованно, а оппозиционеры вроде бы желают блага стране, но делают все только хуже», — отметила собеседница «Росбалта».

В целом, по словам эксперта, отношение студентов к акциям протеста можно определить как смесь осуждения, сочувствия и недоумения. Амбивалентность отношения к протестным митингам сводится к двум тезисам: «Митинги — бесполезны, вредны и опасны» и «Митинги — способ подать сигнал власти, что в стране есть проблемы».

Сторонники первого тезиса считают, что митинги — популизм, «ораторство», на которое не стоит тратить собственное время. Что подобная активность «не ведет к решению вопросов, а только провоцирует людей». Что те, кто выходит на улицу с целью протеста, сами провоцируют органы правопорядка. Что подобная активность может привести к серьезным столкновениям, к человеческим жертвам, в конечном счете «выйдет ОМОН — и всех разгонят».

Сторонники второго уверены, что митинги — это нормальное явление для демократического общества, люди имеют право высказывать свою точку зрения по поводу назревших проблем. Что это механизм, с помощью которого граждане могут намекнуть власти, что что-то не так, не развязывая конфликта. И что власти поступают не совсем правильно, когда пытаются замолчать или запретить проведение митингов, давая сигнал о справедливости предъявляемых к ним претензий.

При этом нельзя сказать, что вредными и опасными митинги считают сторонники власти. «Среди них есть люди, которые говорят: несмотря на то, что от митингов нет никакого толка, мы все равно ходили и будем ходить. Для кого-то это такой способ социальной самореализации», — отметила Касамара.

По результатам исследований, которые сотрудники Лаборатории проводили непосредственно на митингах в начале 2012 года и весной 2018-го, наметились три группы.

В первой группе люди, которые выходят на улицу за идею. Им близка сама тема митинга: «Я против коррупции, и мне все равно, кто будет проводить митинг. Я приду, потому что считаю коррупцию проблемой российского общества».

Вторая группа — люди, которые приходят из любопытства. «Очень показательно это было в конце 2011 — начале 2012 годов. Перед этим были спокойные времена, и то, что потом начало происходить, для молодежи того времени было чем-то беспрецедентным, чего они в своей жизни еще не видели. Для них это была большая тусовка, на которую можно заявиться, увидеть селебрити. Тем более, до определенного момента митинги воспринимали как безопасное времяпрепровождение», — отметила собеседница «Росбалта».

И третья группа поддерживает политического лидера, движение. Им все равно, на какую тему митинг.

Действительно ли они разбираются в том, против чего выступают? «С митингов против пенсионной реформы данных у меня нет. Не могу сказать с уверенностью, что среди молодежи было действительно глубокое знание вопроса. Похожее исследование мы проводили на митинге против реновации в Москве. И, как это обычно бывает, уровень осведомленности оказался достаточно низким. Не разобравшись и не заглянув вглубь, молодые люди сразу ушли в отрицание», — отметила она.

Анна Семенец


Ранее на тему Собянин осмотрел заселяемый по программе реновации дом в ЮАО

На программу реновации в столице выделили 113,7 млрд рублей