Не каприз, а вопль о помощи

Почему нельзя «брать себя в руки», когда рождение ребенка вместо ожидаемой радости приносит только хроническую усталость, тревогу и чувство вины.


© СС0 Public Domain

Болезнь, в которую никто не верит, но которая убивает

О послеродовой депрессии обычно начинают говорить уже после того, как случилось непоправимое. Очередную волну всколыхнула недавняя трагедия в Москве. Женщина совершила суицид, прихватив двоих детей. Она и девятимесячная дочь погибли на месте, за жизнь трехлетнего мальчика, по информации СМИ, медики еще борются. Журналисты и блогеры каждый раз включаются в эту кампанию в надежде, что информация о том, как распознать болезнь и как с ней бороться, поможет спасти чьи-то жизни. Однако многие в нашем обществе продолжают считать депрессию блажью, путают с грустью и усталостью, и не забывают напомнить, что «раньше в поле рожали, и ничего». Значит, информации недостаточно.

Для тех, кто не верит в болезнь, существует статистика Всемирной организации здравоохранения. По данным ВОЗ, послеродовая депрессия встречается у 10-20% родивших женщин. Если мы переложим эту статистику на российские реалии, то увидим страшное. Ежегодно у нас в стране рожает больше миллиона женщин. Значит, по самым скромным подсчетам, депрессией страдает около 150 тысяч молодых мам с младенцами на руках. Причем не важно, первый это ребенок, второй или десятый. И кто-то из этих женщин не находит выхода, и случается трагедия, подобная недавней московской.

Что вызывает послеродовую депрессию?

Как рассказала «Росбалту» клинический психолог Дарья Уткина, катализатором могут стать травматичные роды, особенно если у женщины в анамнезе был опыт сексуального, физического или психологического насилия. По данным ВОЗ, это примерно каждая пятая женщина на планете.

Многие сталкиваются с акушерской агрессией, которая может быть не причиной, но толчком для развития болезни. Отсутствие поддержки в семье, финансовые трудности и психологические трудности, физическое насилие — все это тоже может спровоцировать депрессию после родов.

«Есть статистические исследования о том, что у женщин после ЭКО риск столкнуться с послеродовой депрессией выше, хотя, казалось бы, это совершенно абсурдно звучит. Вроде бы они хотели ребенка — вот он, а им все равно плохо. Так происходит, потому что на пути к материнству женщина сталкивается со множеством трудностей, а ожидания от материнства очень часто расходятся с реальностью», — говорит Уткина.

Кроме того, если у женщины уже были депрессивные эпизоды, если у нее биполярное расстройство, она в группе риска. Но это не значит, что у нее точно будет послеродовая депрессия. «С другой стороны, женщина может быть совершенно здорова психически, может быть супер устойчивой, но пережить настолько травматичный опыт родов, что даже при наличии поддержки риск оказаться в депрессии все равно будет высок», — отметила она.

Иными словами говоря, причиной депрессии бывает совокупность факторов, а не что-то одно. И уж точно не стоит все списывать на гормональный сбой, отмечает психолог. «Гормональную терапию пробовали применять для лечения послеродовой депрессии, и она не сработала», — говорит Уткина.

По словам психиатра- суицидолога Евгения Любова, любое психическое заболевание может привести к суициду, но послеродовая депрессия может унести жизнь еще и ребенка. «Депрессивная мать считает, что она не должна жить, потому что она — плохая мать, а ребенка забирает, считая, что некому будет о нем заботиться. Это называется расширенное самоубийство, и как раз при послеродовой депрессии такое бывает довольно часто», — отметил он.

Как распознать депрессию?

По словам Уткиной, послеродовая депрессия в легкой степени может выражаться в том, что женщине просто очень грустно, но она ухаживает за ребенком, занимается домашними делами, улыбается. Следующая стадия: она заперлась дома, переживает панические атаки, может столкнуться с сильной тревожностью, но тоже более или менее функционирует. В тяжелой степени у женщины появляются суицидальные мысли, то есть, депрессия может достигать психотического уровня.

Но не стоит путать депрессию с послеродовым психозом. «В наших СМИ сейчас сформировалась такая связка: послеродовая депрессия = женщина убила ребенка. Это не так. Большинство женщин в депрессии после родов никого не убивают. А вот с послеродовым психозом, который встречается у одной женщины из тысячи, в 4-5% случаев такое возможно, если не оказать своевременную помощь», — отмечает эксперт.

Пытаться отличить одно от другого «в домашних условиях» не стоит. Если женщина не спит две ночи, плохо ест, постоянно раздражительна или тревожна, жалуется на соматические симптомы, которые врачи никак не могут распознать, все это может служить для близких сигналом о том, что пора обратиться за помощью к психиатру, психотерапевту, психологу — хоть к кому-то.

Можно пройти онлайн-тест по Эдинбургской шкале послеродовой депрессии или тест Бека. Это позволит подтвердить, что проблема не надумана.

Чем могут помочь семья и друзья?

Депрессия — это состояние, в котором у человека мало сил и ресурсов. И более важно потратить их на восстановление, чем на поддержание быта. Близким в такой ситуации важно слышать, слушать и поддерживать, взять на себя быт, обеспечить непрерывный — хотя бы шестичасовой — сон, помочь в поиске специалистов: психолога, психотерапевта, психиатра. Можно обратиться к терапевту, который назначит нужные анализы, ведь иногда послеродовая депрессия может быть связана с анемией, гипотиреозом и кучей других соматических расстройств, которые словами, естественно, не вылечишь. Но и приема «железа» для борьбы с депрессией будет недостаточно. Здесь важен комплексный подход.

«Не выдумывай» или «Поспишь, и все пройдет»

Говоря о том, что нужно делать близким, мы подразумеваем, что они признают наличие проблемы и хотят помочь. Но так бывает далеко не всегда.

В долгосрочной перспективе важно продолжать говорить о послеродовой депрессии, считает Уткина. Но ждать, когда наступит всеобщее просветление, придется долго. Если речь идет о выживании здесь и сейчас, нужно просить помощи. «Не так важно, признают ли родственники наличие депрессии. Куда важнее, готов ли кто-то из близких готовить еду три раза в неделю, гулять с ребенком, помогать с уборкой, ходить в магазин. Если есть — хорошо. Если нет, значит нужно искать помощи на стороне», — считает она.

«Но если женщина одна с ребенком, у нее нет друзей, нет близких, и ее серьезно «накрыло», остается только молиться о том, чтобы психиатр в ее поликлинике оказался адекватным и назначил ей препараты, чтобы нашелся бесплатный психолог или просто неравнодушные люди.

Где получить бесплатную помощь?

Прежде всего — можно обратиться в поликлинику по месту жительства. В некоторых из них, по словам Любарева, есть свои психотерапевты. В противном случае участковый врач выпишет направление к профильному специалисту.

В некоторых роддомах, по словам Уткиной, тоже есть психологи. После родов женщина может пойти в женскую консультацию или в роддом и сказать о своем состоянии. Тогда, теоретически, ее направят к профильному врачу.

Она может обратиться в психиатрический диспансер. Кроме того, есть центры поддержки женщин, где тоже можно получить помощь психолога бесплатно. «Правда, в Москве для этого нужна прописка. Но и без нее помощь там все равно обойдется дешевле, чем в коммерческих клиниках: один сеанс будет стоить порядка тысячи рублей», — отметила Уткина.

По ее словам, большинство психологов, которые приходят работать в госучреждения, особенно роддома и женские консультации, это люди, которые очень хотят помогать женщинам. Конечно, риск нарваться на формальный подход есть, но попробовать в любом случае стоит.

Кроме того, по словам Уткиной, в Facebook есть группа «Бережно к себе», где уже больше шести тысяч женщин делятся друг с другом своими историями, поддерживают и помогают — чем могут. Возможно, для кого-то найдется послеродовая доула (помощница), которая готова на волонтерских началах приехать и помочь. Из этой группы недавно вырос полноценный сайт о ментальном здоровье матерей, который вот-вот заработает.

И, конечно, если женщина «уже на подоконнике», нужно ее удержать и вызывать скорую психиатрическую помощь.

Но стоит признать, что какого-то общего для всех алгоритма действий в ситуации послеродовой депрессии в нашей стране не существует.

Помощь есть, но нет системы

«Мы не говорим о том, что каждой женщине нужно обеспечить бесплатную терапию — это очень дорого и нереально. Но элементарные скрининги и банальное информирование женщин и их родственников о том, что такое может быть — это уже огромная помощь», — считает Уткина.

Но многие врачи, далекие от психиатрии, сами не очень-то верят в существование депрессии. «Достаточно, чтобы информация об этом просто появлялась в информационном поле, потому что когда есть только одна книга на русском о послеродовой депрессии и еще одна о материнском выгорании, о чем тут вообще можно говорить», — отметила Уткина.

Любарев согласился: главная проблема в том, что послеродовую депрессию плохо выявляют и совсем не лечат. «В первую очередь такие женщины оказываются в поле зрения терапевтов, врачей женской консультации. Но в нашей стране непсихиатры не обучены выявлять депрессию», — отметил он. Робкие шаги в этом направлении сейчас предпринимаются, но пока это не похоже на систему.

«Терапевтам, которые за 11 минут должны разобраться с пациентом, осмотреть, выписать бесплатные или платные рецепты, вбить информацию в базу, прямо скажем, особенно не до депрессии. И это тоже проблема — как их обучать и включать в эту работу за ту же зарплату и с той же нагрузкой», — считает психиатр.

При любой, не только послеродовой депрессии, нужно идти к специалисту. Но психиатрия у нас очень стигматизирована, поэтому важно дойти хоть до кого-то: психолога или священника. Однако важно понимать, что выписывает лекарства, если мы говорим про конкретную помощь, только психиатр, не психолог, напомнил Любарев.

«Есть лекарства, которые можно принимать при кормлении. Но если речь идет о жизни и смерти, тут уже не до грудного вскармливания. Нужно подчеркнуть, что свежевыявленная депрессия хорошо поддается медикаментозному лечению. В течение месяца 60% испытывают явное облегчение, а антидепресанты не вызывают никакой зависимости», — заключил психиатр.

Анна Семенец