Posted 25 октября 2023,, 13:53

Published 25 октября 2023,, 13:53

Modified 5 февраля, 07:08

Updated 5 февраля, 07:08

В школах Питера стреляют

25 октября 2023, 13:53
Участившиеся случаи насилия среди детей ставят вопрос о необходимости мирно-патриотического воспитания, направленного на снижение агрессии.

Наверное, никто особо не удивился конфликту школьников со стрельбой в Невском колледже Санкт-Петербурга. Как и тому, что уже по традиции глава СКР Александр Бастрыкин поручил разобраться в случившемся своим подчиненным.

История довольно жуткая: два школьника 14 и 15 лет не поделили вейп, поэтому один открыл по второму стрельбу из пневматического пистолета, а после 12 выстрелов еще и пустил в ход кулаки. Уголовный кодекс позволяет впаять виновнику реальный срок за разбой с применением оружия. И хорошо еще, что жертва каким-то чудом серьезно не пострадала.

Однако подобные проблемы школьного насилия не решить только с помощью Уголовного кодекса и работы Следственного комитета. Такие случаи, которые не укладываются в голове, ясно показывают, что даже в благополучных школах творится что-то не то.

Если раньше депутаты, в том числе и федеральные, били тревогу о проникновении в школы отдаленных регионов криминальной субкультуры (что вызывало недоумение, например, у учителей Москвы и Питера), то на прошлой неделе медиа обошла история, как один пятиклассник в туалете столичной школы «посвятил в петуха» другого. Не буду рассказывать детали — сами догадаетесь или найдете в поисковике. Кстати, это тоже весьма тревожная ситуация: к ребенку применяют сексуализированное насилие — и информация о том, в какой школе это случилось, сразу попадает в открытый доступ. А ведь по ней какие-нибудь злые люди легко могут найти жертву…

При этом замечу, что еще несколько лет назад по сигналам из отдаленных регионов Верховный суд признал экстремистским и запретил «движение АУЕ». Тогда правоведы говорили, что это не движение с членстовм, а субкультура, которую мало просто объявить вне закона. Действительно, довольно странно считать, что тюремная субкультура может быть законной. И вряд ли оболтусу из московской школы, который в пятом классе знает про «петухов», неизвестно, что так поступать нельзя. Конечно, он знает. Но тем не менее поступает. Возможно, регулярно. Потому что понимает: о таких «обрядах» одноклассник не сможет сказать даже родителям.

Но раз криминальная субкультура запрещена, то о ней не станут рассказывать и в школе, чтобы не попасть под ответственность за пропаганду. Зато в интернете, несмотря на запреты, можно будет найти все что угодно, включая словарь терминов, описание «обрядов» и другие интересные детскому мозгу сведения. И вот как учителю объяснить школьникам, что поступать в соответствии с прочитанным нельзя? Тем более что бывают такие родители, которые внушают своим чадам обратное.

Начитались про эту субкультуру и дети мигрантов в Самаре, которые обещали совершить то самое, что в Москве школьник проделал с одноклассником, но уже с губернатором. Знаете, за что? За то, что Дмитрий Азаров призвал привлечь детей мигрантов к ответственности за избиения сверстников. Малолетние агрессоры публично дали понять, что им ничего не будет. И если бы не скандал, то, скорее всего, так оно и случилось бы. Впрочем, это тема для отдельного разговора.

Все эти кейсы показывают одно: школа просто не успевает за реальной жизнью. Мир меняется, в том числе из-за развития интернета, а российская школа остается прежней. Поэтому сейчас усиленная после начала СВО воспитательная работа смотрится как пережиток советского времени. Тогда, действительно, школа давала много информации о подвигах пионеров-героев или о том, как строить межнациональные отношения. Но в ту эпоху были только школа и газета «Пионерская правда», поэтому все думали более или менее одинаково. Случаи, когда кто-то отрывался от коллектива, в каждом классе были единичными.

Теперь же дети не расстаются со смартфонами чуть ли не с пеленок — и многому учатся именно в Сети. Однако школа, во-первых, может верно подать ту информацию, которая детям нужна, но они не будут сами ее искать, а во-вторых, важно учить детей с информацией работать.

В понедельник «Разговоры о важном» были посвящены российскому спецназу. Многие уже написали, что это милитаризация образования. Вот только детям эта тема интересна, они любят читать и смотреть «про войнушку», особенно сейчас, когда по известным причинам тема звучит из каждого утюга. Кого-то папа учит отличать модели танков и снайперских винтовок, кто-то ходит в тир пострелять. Есть, конечно, и те, кому все это не надо, у кого в семье другая обстановка, — но их никакие «Разговоры о важном» записаться в будущем в спецназ не убедят.

При этом всем школьникам надо объяснять, что нельзя курить вейп и уж тем более — стрелять в одноклассников. А для этого нужны авторитетные мнения о том, что конфликты можно решать не силой кулака и пистолета, а силой слова и умением обходить острые углы. Здесь полезным будет приводить примеры, в том числе из русской литературы, показывать отрывки из фильмов или спектаклей. И тогда получится самое настоящее мирно-патриотическое воспитание. Оно крайне важно для детей и для социума. Примеры мирного решения конфликтов не так интересны, как военные подвиги, поэтому дети не будут сами искать сведения о них в интернете. О танковом бое вполне могут, а вот о личном конфликте Андрея Болконского и Пьера Безухова — только если это задано на уроке литературы.

Не менее важно учить детей отличать правду от лжи и добро от зла. Сейчас есть ответственность за фейки про армию, а дети имеют доступ к любым ресурсам, где можно написать свое мнение. И вот кто их учит тому, как оделять достоверную информацию от фейков? Мало просто сказать, что правда — это сводки Минобороны.

Или, если вернуться к тюремной субкультуре, то она зарождается в тех школах, где у половины учеников родители сидели, а у других — сидевших охраняли. Именно таким детям приходится буквально объяснять, что тюрьма — это плохо. И «настоящему мужику» совсем необязательно «надо посидеть», а можно, скажем, стать врачом или музыкантом.

В современном мире школа, конечно, отличается от той, что была во времена юности большинства нынешних педагогов и тем более ответственных за образовательную политику. Сейчас необходимо помогать детям потреблять полезную информацию и давать знания в интересной форме, без официоза. Именно в таком мирно-патриотическом конструкте может заключаться воспитательная миссия школы.

Ведь научиться чему-то в интернете способен каждый, но невежественному человеку это может пойти во вред. Так мы и получаем ситуацию, когда подросток умеет пользоваться пистолетом, но не понимает, что стрелять в одноклассника нельзя. Школа обязана ликвидировать этот пробел.

Кирилл Шулика