«Первый раз меня задержали на глазах у мамы»

Петербург готовится к очередной протестной акции - «Дню России без Путина», основные участники которой - молодежь. Что представляет собой этот пласт петербуржцев и кем они себя видят в будущем, рассказала активистка Наталья Грязневич.


© Фото из архива Натальи Грязневич

Грядущий День России петербургская оппозиция обещает отметить массовой протестной акцией, озаглавленной «День России без Путина». Организаторы надеются, что очередной марш придаст импульс утихающему было протесту и привлечет к нему новых сторонников. Стратегия, как показывает практика, вполне разумная, поскольку именно благодаря уличным акциям в последние годы к оппозиции присоединяются молодые люди. О том, что собой представляет оппозиционная молодежь Петербурга, почему приходит в протестное движение и кем себя видит в будущем, «Росбалту» рассказала член городского отделения «Солидарности» и активистка организации «Гражданская ответственность» Наталья Грязневич.


- Как ты попала в оппозиционное движение? И почему выбрала именно «несистемную» оппозицию?

- Я наблюдала за развитием "Стратегии-31" в Москве и очень хотела в чем-то подобном поучаствовать. У меня даже был порыв поехать в Москву на эту акцию. Потом узнала, что и в Питере проходят акции "Стратегии-31". У меня создалось впечатление, что на Гостинку ходят в основном радикалы и националисты, а на Дворцовую - либералы. Поэтому я выбрала последний вариант. Митинг там мне показался странным: народ собрался, все стоят, но ничего не происходит. Потом задержали Ольгу Курносову. Так все и закончилось.

Тем же вечером я опять стала искать информацию о прошедших акциях "Стратегии-31" в соцсетях, и в одной из групп вышла на активиста "Солидарности" Сергея Кузина. Через него попала на собрание этой организации. Но в это же время меня позвали еще и в "Оборону", утверждая, что эта организация лучше. В итоге, я вступила еще и туда. Пришлось по очереди "активничать" и там, и там. В "Солидарности" я сразу же попала к Курносовой, которая знала моего отца, работающего журналистом. Из-за этого мы быстро нашли общий язык, и по неопытности я к ней "прибилась". После вступления в "Солидарность" едва ли не на следующий день я пошла на пикет за Сергея Мохнаткина, даже не очень зная, кто это такой. Сразу же стала предлагать, как нам улучшить акцию на Дворцовой площади, потому что она была довольно тухлой. Затем оживились ребята из "Обороны",  и я стала ходить еще и на их акции.

- Тебя не пугала политическая активность? Ведь, участвуя в акциях, можно попасть в полицию или получить от правоохранителей дубинкой по голове? Или вообще "вылететь" из университета?

- Может, это просто было по незнанию или глупости, но я не боялась полиции. Помню, 31 августа 2010 года, когда я пришла на Дворцовую, там были задержания. Курносову, например, забрали. А мы пошли к отделению полиции, ждали пока ее выпустят. Меня тогда это поразило, что никто не расходится, все стоят у отделения полиции, ждут, пока людей отпустят.

- "Солидарность" поразила солидарностью...

- Да, я сразу же этим духом прониклась. А спустя пару месяцев - 31 октября - я сама в первый раз попала в отделение полиции. Нас тогда задержали на Дворцовой.

- То есть ты пришла на Дворцовую, потому что эта акция тебе показалась менее радикальной, чем на Гостином дворе, а в итоге именно там тебя первый раз и задержали?

- На самом деле, я тогда почти и не знала, что за акции проходят на Гостинке. А на Дворцовой мы ничего радикального не делали. Просто в тот день был Хэллоуин, и мы устроили театрализованный перфоманс. Я например, была в ярко красном пальто, с какими-то "хэллоуиновскими" атрибутами и с белой повязкой на голове с надписью "Демократия". Задержали меня, когда уже все закончилась. Я, кстати, стояла на Дворцовой рядом с мамой - она преподаватель финского языка, но тоже политически активный человек, поэтому решила прийти на акцию.

- Задержали прямо на глазах у мамы? Как она отреагировала?

- Она у меня не паникерша, поэтому реакция у нее была спокойной. Я тогда три часа провела в отделении полиции. После этого у меня осталось очень много впечатлений: там были разные алкаши, проститутки...

- А девочка из хорошей питерской семьи такого никогда раньше не видела?

- Для меня это было в новинку. Мне сильно тогда нахамил один из сотрудников полиции. Но я очень быстро ко всему приспосабливаюсь. Так что особого шока у меня не было. Я даже тайно могла пользоваться телефоном, писала родным и друзьям смски. Но что понравилось: в этом отделении я была одна, но ребята из "Обороны" и "Солидарности" привезли для меня воду и печенье и ждали пока меня оттуда отпустят.

- Каким наказанием ты тогда отделалась?

- Выписали штраф по двум "протестным" статьям: 19.3 и 20.2 административного кодекса. Я пыталась штраф потом обжаловать, но мне отказали в апелляции.

- Это не остудило твой пыл?

- Наоборот, разожгло! Столкнувшись с произволом, я еще быстрее втянулась в протестное движение. Всего я участвовали примерно в десятке акций "Стратегии-31". Правда, и в полицию я попадала после этого еще дважды.

- У тебя было какое-то направление работы в "Обороне" и "Солидарности"? Выполняла организаторские функции или просто ходила на акции?

- Изначально мне хотелось заниматься какими-то правозащитными вещами. Например, отстаивать право граждан на свободу собраний или бороться за права призывников. Но потом стали больше интересовать политические темы, так как выборы губернатора. В "Обороне" мы пытались делать кампанию за возвращение выборов губернаторов. Но у нас тогда не хватило на это сил и опыта.

- Кстати, что из себя представляет "Оборона" в Петербурге?

- Это молодежное движение, которое менее всего политизировано, потому что там нет единой идеологии. Даже в уставе организации прописано, что мы не можем проводить акции только с одной организацией. Либо общую сразу же с несколькими, либо одни. Атмосфера там очень свободная, всегда было очень много творчества. Многие члены "Обороны" кроме нее состоят еще в каких-то организациях, чтобы там реализовывать свои политические амбиции. А "Оборона" в большей степени - арт-группа. У нас была очень интересная акция у Белорусского консульства, которая называлась "Завтрак для Лукашенко". Когда в Белоруссии были выборы, мы взяли семь банок тушенки, написали на каждой из них фамилию кандидата и выставили их перед консульством. Таким образом мы хотели сравнить Лукашенко с диктатором Бокассой, который съел своих политических оппонентов.

- То есть "Оборона" в большей степени занимается тем, что "кует" кадры для оппозиции?

- Именно так. Туда приходят молодые люди, которые еще не понимают, что такое политика, не имеют своих определенных взглядов. Когда меня в самом начале спросили, какой я либерал - правый или левый, то я вообще не знала, что это такое! Все то время, что я находилась в "Обороне", я наблюдала за другими организациями. Недавно я вышла из "Обороны", потому что поняла, что по-другому вижу свое участие в политике. В это время, на волне протестных зимних митингов в Петербурге появилась организация "Гражданская ответственность", которой я и посвящаю все свое время.

- Из "Солидарности" тоже вышла?

- В "Солидарности" еще состою, но в последний год там не очень активна. В прошлом году пыталась избираться в политсовет организации, но неудачно. Все силы были брошены на то, чтобы "скинуть" Курносову.

- Это, насколько я помню, удалось...

- Ее исключили тогда из политсовета, а потом выгнали из организации совсем. Я же сейчас больше занята проектами "Гражданской ответственности".

- Что это вообще за организация? Чем она отличается от тех же "Обороны", "Солидарности", "Парнаса", РНДС?

- "Гражданская ответственность" появилась в январе как объединение людей, схожих по видению как протеста, так и будущего страны в целом. Все они пришли из разных организаций, в том числе и не политических. На одном из первых собраний, мы решили выработать платформу для реализации различных гражданских инициатив. Причем не только наших, но и других людей. Просто мы
уже более опытные в этих вопросах: есть связи в СМИ, опыт проведения публичных акций, есть свой офис, можем попробовать под какие-то проекты деньги привлечь. Поэтому можем помогать тем, у кого этой инфраструктуры нет, но есть какие-то идеи. У нас и у самих, безусловно, есть идеи. Сейчас, например, собираемся реализовать проект муниципальных выборов. Будем готовить депутатов для участия в них.

- Уже сейчас хотите начинать готовить кандидатов в депутаты к выборам, которые пройдут через два года?

- Сейчас у нас простая задача: собрать команду из людей, которые реально готовы быть депутатами. Потому что избираться есть смысл только, если на округ идет сразу же несколько депутатов. Действующие муниципальные парламентарии признавались мне, что один депутат сможет сделать только самый минимум. С какой-то более или менее серьезной жалобой от жителей он уже справиться не сможет. В июле мы собираемся проводить конференцию, на которой хотим анонсировать этот проект.

- Сама себя видишь в качестве депутата какого-либо уровня: муниципального или регионального?

- Да, думаю, что для меня это тоже было бы интересно. Но только одна я, безусловно, не хочу идти в депутаты, мне интереснее работать в команде.

- Нынешнюю "уличную" оппозицию часто критикуют как раз за то, что ее участники протестуют, но ничего конкретного не предлагают. Какие еще, кроме муниципальных выборов, у "Гражданской ответственности" есть проекты или предложения?

- Люди, которые к нам приходят, приносят какие-то конкретные идеи. Сейчас есть много тех, кому что-то в нашей политической системе не нравится, и у них есть предложения, но они не хотят связывать себя ни с какой политической организацией. Просто не хотят, чтобы их эксплуатировали. А мы позиционируем себя именно как не политическая организация. Этакая "взрослая" "Оборона". И мы ищем инициативных людей с предложениями. У ребят внутри "Гражданской ответственности" есть разница во взглядах, но мы сходимся в главном - необходимо контролировать действия властей и развивать общественную жизнь в стране.

- Считается, что на волне зимнего протеста в оппозиционное движение Москвы и Петербурга пришло очень много новых людей. Ты сама этот приток свежих сил наблюдаешь? Причем не просто людей, которые пришли потусоваться на митинге, а таких, кто готов участвовать в каких-то иных акциях и проектах?

- В последнее время я вообще очень много новых людей увидела в оппозиции. После декабря 2011-го года граждане действительно активизировались. Правда, выясняется, что они раньше где-то что-то уже делали, а тут просто все "выплыли" после выборов. Интересно, что после поездки в Москву на "Марш миллионов", которую мы организовали, мне часто стали звонить незнакомые люди, которые спрашивают о дальнейших акциях протеста уже в Петербурге.  

Беседовал Константин Петров