Бизнес-фавориты Смольным позабыты?

Девелоперы недовольны темпами выделения земель под застройку, а Смольный молчит. Власть как бы демонстрирует, что интересы безоговорочного фаворита Валентины Матвиенко значат не больше, чем гнев каких-нибудь ларечников.

Ворчание девелоперов, недовольных темпами выделения пятен под застройку, стало публичным и просочилось в СМИ. Смольный в ответ безмолвствует, как бы демонстрируя тем самым, что интересы строителей — безоговорочного фаворита прежних городских администраций — для него значат не больше, чем гнев каких-нибудь ларечников.

Городская власть de facto перестала выставлять на торги привлекательные для освоения земельные участки. Больнее всего это ударило по инвесторам, в фокусе внимания которых — комплексное освоение территорий (менее крупные компании пока способны перебиваться пятнами, закупаемыми на вторичном рынке). Вот краткое резюме жалоб строителей, которые в начале сентября появились сразу в нескольких местных СМИ.

Безо всяких сомнений это можно назвать одним из главных событий петербургской политической осени. И вовсе не потому, что до сих пор у девелоперов с городским начальством отношения складывались в формате медового месяца. Вовсе нет: поводов для недовольства хватало, и касались они каждого из хозяев Смольного без исключения. Однако до сих пор застройщики старались доносить свои жалобы и предложения начальству без привлечения общественного внимания, предпочитая взаимодействовать с видными чиновниками города на Неве исключительно «под ковром». Так что такой публичный залп — это, бесспорно, повод задуматься.

В первую очередь о том, что же именно сломалось в доселе надежном механизме строительной обратной связи. Впрочем, биномом Ньютона этот вопрос можно полагать едва ли, ибо нынешние хозяева Смольного вообще не считают взаимодействие с обществом и самими разнообразными его ячейками чем-то принципиальным для себя.

В этом стиле поведения можно без труда сыскать немалую логику. Полтавченко — первый петербургский губернатор, не прошедший горнило выборов и избавленный благодаря этому от всяких электоральных благоглупостей (даже Матвиенко, на второй срок назначенная в 2006 году, до самого конца своей петербургской карьеры не могла избавиться от целого ряда привычек, выработанных участием в двух губернаторских кампаниях). Единственный избиратель нынешнего хозяина Смольного (и, по занятному совпадению, один из главных доноров городской казны) постоянно проживает в Москве. Именно туда острием и направлен вектор внимания "смольнинцев", все же прочие интересанты закономерно остаются на периферии.

На этом месте поклонникам нынешней администрации самое время возмущенно прервать эти рассуждения и напомнить про следующие выборы, в которых Георгий Полтавченко (по собственным неоднократным признаниям) вполне может поучаствовать. А, значит, без электората ему явно не обойтись.

Однако мне этот аргумент весомым не кажется. Во-первых, до следующей кампании (если она состоится в отведенный Уставом срок) еще целых четыре года. Во-вторых, градоначальнику на тот момент будет уже 63 года. В-третьих, если выборы пройдут в жанре свободной конкурентной борьбы, ему все равно победить будет неимоверно тяжело. А все прочие сценарии опять-таки предусматривают единоличного главного избирателя из Кремля. В общем, получается, нам остается признать выбранную "смольнинцами" линию поведения единственно верной?

В общем, да — за одним только «но». Строители (не в пример представителям других бизнес-отраслей современного Петербурга) являются весомыми лоббистами. И если с хозяевами Желтого дома договорится так и не получится, они вполне могут обратиться с челобитными в Первопрестольную. Тем более, что там сегодня работает немало их горячих (в недавнем прошлом) заступников.

Фактор? Безусловный. Однако исторический опыт играет не на стороне девелоперов: в новейшей петербургской истории никому из фаворитов предшествующей властной эпохи не удавалось сохранить свои позиции при новом режиме.

Судите сами: при Анатолии Собчаке на коне были финансовые и торговые институции, ориентированные в первую очередь во внешний мир. При Владимире Яковлеве их влияние заметно потускнело, а флагман эпохи — компания «БМП» — к этому времени и вовсе был разгромлен. У нового Смольного появились свои фавориты, в первую очередь компании из дорожно-строительной и тепло-энергетической сфер. Вместе с расцветом этих областей бизнеса все ярче становились и слухи о масштабах заинтересованности хозяев Смольного в конкретных коммерческих начинаниях. И если Собчака в роковом для него 1996-м обвиняли лишь в махинациях с жилплощадью, то к семье Владимира Яковлева вопросов у медиа было уже куда больше. Супругу губернатора, в частности, укоряли в слишком тесном общении с производителями тротуарной плитки и телевизионных продуктов, а сына — в участии в бизнесе по отоплению петербургских пригородов.

К супругу Валентины Матвиенко — по понятным причинам — у СМИ вопросов не было, зато ее сын обладал весьма непростой репутацией: его следы искали не только в банковском бизнесе, но и в строительной и телекоммуникационной сферах. Официально же городская власть в середине нулевых годов особенно горячо полюбила строителей и автопроизводителей. Эту симпатию команда Матвиенко пронесла через все ее правление и — в полном соответствии с формирующейся городской традицией — не сумела сберечь при передаче преемникам.

За первый год правления команда Георгия Полтавченко не была замечена в особых симпатиях к конкретным бизнес-отраслям: определенные наметки, конечно, есть, но на ярко выраженную тенденцию они пока не тянут. Впрочем, в этом случае все еще явно впереди: таков уж, видимо, воздух в Смольном — фаворит обязательно появится. Если и не в начальственных инструкциях, то в общественном сознании совершенно точно.

Артемий Смирнов