"Великий город, но не простой"

Как сделать театр прибыльным и какой баланс между постановками должен соблюдать грамотный менеджер? Об этом рассказал генеральный директор Театра музкомедии и первый заместитель художественного руководителя Мариинского театра Юрий Шварцкопф.


© Фото предоставлено литчастью СПб театра Музыкальной комедии им. Акимова

"Росбалт" продолжает проект "Петербургский авангард", посвященный горожанам, которые находятся впереди, в авангарде культуры и искусства. В данный топ-список уже попали яркие деятели арт-сцены Петербурга, чьи достижения выходят за рамки города, часто находя признание в Европе, минуя всероссийскую известность. Новый герой "Росбалта" — Юрий Шварцкопф, генеральный директор Театра музыкальной комедии, первый заместитель художественного руководителя, директора Мариинского театра.

Юрий Шварцкопф принадлежит к породе театральных менеджеров, самым ярким представителем которой был Сергей Дягилев. С великим импресарио его роднит то, что он не просто придумывает и осуществляет проекты, соединяет идеи и деньги, добивается творческого и коммерческого успеха, — он в эти проекты по-настоящему влюблен. А любовь дает смелость и азарт, заставляет рисковать — но за это Юрий Алексеевич сейчас пьет заслуженное шампанское.

Фото предоставлено литчастью Театра музкомедии им. Акимова

— В прошлом году, объявляя о начале репетиций на сцене Театра музкомедии мюзикла Романа Поланского «Бал вампиров», вы говорили: «Я ввязался в эту авантюру». Премьера имела оглушительный успех. Как сейчас дела у спектакля?

— В сентябре мы сыграли его в сотый раз. Средняя заполняемость зала 95%, хотя билеты недешевы — при аншлаге сбор с этого спектакля почти в 6 раз больше, чем с обычной оперетты из нашей афиши (хотя нужно заметить, что на Бродвее стоимость билета на мюзиклы выше на порядок). Но мы варьируем цены: те, кто хочет сидеть в первых рядах, платят немаленькие деньги, однако есть и не очень дорогие билеты, которые дают возможность прийти представителям всех слоев: и немолодым небогатым людям, и студентам.

— Вы ведь взяли огромный кредит, значит, бизнес-план был составлен правильно?

— Не огромный — нормальный кредит. Хотя, конечно, для государственного городского театра стоимость проекта была фантастическая: около 1,5 млн. евро. Сегодня долгов по этому спектаклю у нас нет, более того, при нашем скудном финансировании он в какой-то степени помогает театру выкручиваться.

— Как вам кажется, какие результаты, кроме финансовых, дал «Бал вампиров»?

— Сейчас понятно, что такой проект был просто необходим. Он доказал, что наш театр может работать в этом жанре на уровне самых высоких современных мировых стандартов. Мы не были уверены, что наша публика будет ходить на спектакль, идущий блоками по 10-15 раз подряд, как это принято во всем мире, но эти опасения не подтвердились.

— Говорят, в Москве туроператоры продают специальные туры в Петербург на «Бал вампиров»…

— Петербургу нужен постоянно идущий высококачественный мюзикл. Мне кажется, сегодня ни один крупный город, позиционирующий себя как пространство культурного многообразия, не может жить без этого жанра. Потому что он предельно демократичен, интересен всем социальным и возрастным слоям публики. И он популяризирует театр вообще — так было в Будапеште, так случилось и у нас: люди, придя на мюзикл, становятся фанами тех или иных исполнителей, приходят снова — и попутно узнают, что вообще есть такой театр — музыкальной комедии.
Кстати, я знаю довольно большую группу людей, которые были на «Бале вампиров» по несколько раз, в том числе — вице-губернатор Петербурга Игорь Метельский с семьей.

Но появление этого спектакля создало для театра и ряд проблем. Пока идет такой блок — труппа Музкомедии не работает (кроме тех ее членов, кто прошел жесткий кастинг в «Бал вампиров»). Играть наш обычный репертуар на другой площадке не позволит постановочная часть — она вся занята на «Вампирах» и после каждого спектакля харкает кровью: там только перемен около 100! Я поставил вопрос перед руководством города и комитета по культуре: с нами и дальше хотят работать серьезные правообладатели, но чтобы поднимать проекты такого масштаба, мы должны иметь вторую площадку для проката мюзиклов.

— На «Бал вампиров» получена лицензия у VBW (Австрия), его делала международная постановочная бригада, добившись соответствия оригиналу до миллиметра. Я в рецензии написал по поводу неудачных попыток создать отечественный мюзикл: чем пытаться улучшить «Жигули», купите «Мерседес».

— Стопроцентно под этим подписываюсь. Знаю только одного человека в нашей стране, который в этом жанре работал на суперуровне, — это Владимир Воробьев, главный режиссер ленинградского Театра музкомедии в 70—80-е. Его знаменитые спектакли «Свадьба Кречинского», «Дело», «Труффальдино» — для меня эталон. Может быть, это мой плохой вкус, но то, что сейчас у нас пытаются делать в области мюзикла, для меня неприемлемо. А делать хуже, чем было у Воробьева, — любой скажет: что ж вы пыжитесь? Хотя сейчас наш театр начал подготовительную работу с композитором, драматургом, режиссером над мюзиклом «Горе от ума». Может быть, сыграем премьеру в 14-м или 15-м году.

— Назовите фамилии.

— Не хотелось бы, потому что мы договорились: если почувствуем, что результат не соответствует тому уровню, который мы себе задали, — спектакля не будет. Ставить ширпотреб, а потом еще пытаться получать за него «Золотые маски», мне неинтересно.

— Будете снова покупать готовые проверенные продукты?

— Следующий проект, не такой сложный, как «Вампиры», но тоже масштабный — «Аладдин» Алана Менкена. Я недавно был в Нью-Йорке, мы окончательно договорились о лицензионном соглашении, ставить будет бригада из польского театра «Roma», где этот спектакль одобрен правообладателем — компанией «Дисней».

Вообще есть то, что хотелось бы ставить, есть на это силы, но нет площадки. Я сейчас посмотрел на Бродвее «Мери Поппинс», и один мало известный у нас мюзикл Гершвина, и мюзикл, посвященный жизни Чарли Чаплина, — фантастические спектакли! Но, кстати, «Чаплин» совсем не дорогой, такой же, как в нашем театре «Чикаго», — а грамотный менеджер должен соблюдать баланс между постановками вроде диснеевской «Русалочки» с бюджетом 6 млн евро (причем туда не входит реконструкция театра под этот спектакль) и проектами за 100—300 тысяч.

Ближайшая наша премьера в ноябре на Малой сцене — венгр Силард Шамодь ставит известный мюзикл Стэна Дэниэлса «Там же, тогда же». Можно по-разному относиться к советской оперетте, но она учила играть человеческие взаимоотношения, элементарные чувства. А сейчас выросла целая генерация актеров, которые этого не умеют. Поэтому нашему театру был полезен «Севастопольский вальс» в постановке Игоря Коняева. Он знает, как работать с артистами, но он мучился, добиваясь от них того, что раньше было стандартом. Поэтому же важно осваивать такой сложный драматургический материал, как пьесу Бернарда Слейда «Там же, тогда же».

— Дмитрий Месхиев, недолгое время находившийся на посту председателя Комитета по культуре, рассказывая о свей стратегии, говорил, что в Петербурге академическая культура в порядке, а вот молодежная в загоне — нет новых имен, нет бурления. Вы согласны?

— Конечно. Театру надо за сезон выпустить 3-5 новых спектаклей, был год, когда мы выпустили 7 премьер. А денег нам дают на одну полноценную премьеру. Будет театр в такой ситуации рисковать, доверяя постановку начинающему? Конечно, нет. Если бы, например, Комитет по культуре сказал: бери молодого режиссера, мы даем деньги на этот проект, а театр пусть разделяет финансовую ответственность с комитетом, — мы могли бы себе позволить риск. Но этого не происходит! Хотя все-таки молодые у нас работают — выпускница Консерватории Анна Осипенко успешно поставила детский мюзикл Сергея Баневича «Таинственный сад», два гала-концерта, сейчас много ставит по стране, хотя пока я не решаюсь дать ей большой спектакль. Второй молодой режиссер — Настя Удалова, тоже из Консерватории, работает с детской студией. Кстати, хотя детская студия у нас участвует в «Марице», «Оливер» целиком на ней, в следующей премьере она будет плотно занята, нам на нее не дают ни рубля. И Даша Жолнерова, молодая выпускница нашей консерватории, — второй режиссер на «Бале вампиров», ей я тоже пока не доверю самостоятельную большую работу.

— То есть когда Мариинский театр приглашает ставить даже огромные сложные оперы начинающим, а то и вовсе дебютантам, это свидетельство не только творческой смелости, но и того, что у него есть деньги рисковать?

— Безусловно. Это личная заслуга Валерия Абисаловича Гергиева. Мариинский и Большой театры существуют по своим законам, это вообще отдельная строка в жизни государства. Но кроме величия бренда многое зависит того, кто стоит во главе этого бренда, в какие кабинеты он может входить и на каком уровне решать проблемы своего театра.

— Сергей Капков получил предложение возглавить департамент культуры правительства Москвы после того, как он успешно реконструировал парк Горького. И сейчас в Москве активно взялись за организацию публичных городских пространств. Как вы относитесь к этому опыту?

— Культура городской среды — часть общего понятия «культура». У нас на Невском только-только отреставрируют какой-нибудь прекрасный фасад — и он уже весь исписан. Это же видеть нельзя! Или когда все водосточные трубы сплошь облеплены самодельной рекламой, причем на такой высоте, что туда просто так не дотянуться, надо на стремянку залезть, — значит, это целый процесс, которым расклейщики занимаются в течение какого-то времени, и до которого никому нет дела. Ладно реклама кредитов или хостелов, но вот, например, я ставлю машину возле Цирка и иду в театр мимо нескольких афишных щитов. И там прямо на афишах Филармонии, Капеллы посередине приклеены листки — сделанный на ксероксе анонс концерта в Доме актера. Может быть, это хороший пианист, но его объявление налеплено на афиши его коллег-музыкантов — это культура города? Мы все время решаем глобальные проблемы, всей страной впадаем в какие-то дискуссии, но кто-то ведь должен заниматься и такими мелочами из каждодневной жизни.

— Что для вас Петербург?

— Великий город, но непростой. В смысле работы. Немножко мы тут покрываемся каким-то равнодушием. Все-таки современная жизнь должна быть более неспокойной. Надо, чтобы в каждом театре происходили громкие события — не важно, единодушно признанные или спорные, расколовшие всех на два лагеря, но такие, чтобы о них говорили. Вот этому нужно помогать.

Дмитрий Циликин

Проект реализован на средства гранта Санкт-Петербурга