Страна прогрессирующей глухоты

Петербургские телеканалы отказываются от сурдоперевода, считая его портящим картинку пережитком прошлого. Теперь глухим и слабослышащим людям будет гораздо сложнее учить русский жестовый язык.

Некоторые говорят, что «Россия — страна возможностей». Вот только люди, чьи физические возможности ограничены, вряд ли с этим согласятся. Не так давно петербургские колясочники вышли на Марсово поле, чтобы напомнить власти и обществу о своих проблемах. А тем временем новые трудности появляются у глухих и слабослышащих.

С 1 июля на телеканале «Санкт-Петербург» были отменены две передачи с использованием русского жестового языка (РЖЯ).

По словам генерального директора канала Сергея Боярского, раньше «Санкт-Петербург» осуществлял сурдоперевод по госконтракту, однако срок его действия завершился в конце июня этого года. «Мы должны были принять решение, необходим ли нам сурдоперевод в новом периоде, учитывая, что в новости была введена бегущая строка. Для решения этого вопроса ранее состоялась встреча с Олегом Дуркиным, председателем Санкт-Петербургского отделения «Всероссийского общества глухих» (СПб ВОГ), на которой мы договорились, что для телевидения сурдоперевод уходит в прошлое, вследствие чего он и был снят. Однако по выходным мы будем давать самостоятельно сурдоперевод к художественным фильмам. Посмотрим, как мы переживем эти полгода без сурдоперевода. Если будет необходимость в его возврате, мы рассмотрим такой вопрос. Но, в целом, конечно, современное телевидение не предполагает сурдоперевод - картинка получается не самая «смотрибельная» для тех, кто в нем не нуждается», - пояснил Боярский.

Идеи о том, что сурдоперевод - пережиток прошлого, придерживается и телеканал «100ТВ». «Язык сурдоперевода был актуальным, когда не было технологий выдачи бегущей строки. Сейчас у нас есть мощные компьютеры для этого. Читать все равно лучше, ведь жестовый язык не такой гибкий, как язык текста», - успокоили меня в редакции телеканала.

Однако специалисты настроены не столь оптимистично. «Тенденция к уменьшению сурдоперевода сильно расстраивает. Ведь для чего нужен сурдоперевод на телеэкране? Помимо того, что глухие узнают новости, они приучаются к правильному, грамотному РЖЯ. Это и жесты, и чтение по губам...», - отмечает Ольга Новоселова, в течение многих лет возглавлявшая СПб ВОГ.

Дело в том, что традиционный язык глухих — жестовый язык (ЖЯ) — не считается с правилами русского синтаксиса. И поэтому он существует как бы в отрыве от живой русской речи. В рамках петербургской школы упор делается на изучение именно русского жестового языка, который основан на звучащей речи. «В ЖЯ предложения строятся так, как мы, слышащие люди, их не строим, - поясняет Новоселова. - Поэтому надо изменить эту ситуацию. Надо, чтобы глухие говорили так же, как все остальные люди: подлежащее, сказуемое, затем – второстепенные члены. Поэтому язык и назван не просто «жестовым», а именно «русским жестовым языком». Наша цель – учить грамотности инвалидов по слуху и адаптировать их к полноценной жизни. Следовательно, и предложения для них нужно строить по правилам обычного русского языка. Язык – это ведь воспитывающее средство. И вы посмотрите на грамотность наших петербургских глухих! Она намного выше, чем в других российских городах».

Именно поэтому важно не просто сохранить на ТВ сурдоперевод, но выстроить его по канонам РЖЯ. Между тем, число сурдопереводчиков неуклонно сокращается. В 1990-е гг. в стране работали около 5800 специалистов. К 2000-м их осталось всего 500 — было урезано финансирование. Сейчас есть регионы, где можно найти лишь двух-трех сурдопереводчиков: Карелия, Дальний Восток и др. «В советскую эпоху на предприятиях, где работали больше 24 глухих сотрудников, обязательно был сурдопереводчик. В Ленинграде было 48 таких предприятий. Сейчас - всего четыре», - отмечает Новоселова. А с групповым сурдопереводом, который необходим на экскурсиях, собраниях, культурно-массовых мероприятиях — и вовсе «глухо»...

Правда, в индивидуальном порядке каждый инвалид по слуху имеет право на 40 часов сурдоперевода. Но получить их могут только те люди, у которых есть индивидуальная программа реабилитации. Стать ее обладателем довольно трудно. Для начала нужно пройти лорврача, который выдает направление в сурдоцентр. Очереди там очень длинные, в них можно стоять по несколько месяцев. После этого необходимо пройти медико-социальную экспертизу (МСЭ), которая и решает - действительно ли глухой человек нуждается в сурдопереводе. «Раньше МСЭ зачастую отказывала в нем, - рассказывает Ольга Новоселова. - Но после нескольких конфликтных случаев ситуация изменилась к лучшему. А так… выдавали слуховой аппарат и говорили, что никакой сурдоперевод не нужен. Но это полнейшая глупость! Слуховой аппарат никогда не вернет стопроцентный слух. А если нужно в суд или нотариат? В таких местах без сурдопереводчика не обойтись...»

Сегодня в Петербурге примерно 60% глухих и слабослышащих не имеют индивидуальной программы реабилитации. Но если даже человеку удалось ее выхлопотать, заявки на индивидуальный сурдоперевод все равно нужно подавать за 3-4 дня.

Между тем, в конце 2012 года РЖЯ был признан официальным языком (Ст.14 ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации»). По сути, это означает, что каждый неслышащий человек, придя в какое-либо государственное учреждение, может потребовать предоставления услуг сурдопереводчика. «Но пока закон о том, что на местах должны быть сурдопереводчики, еще не вступил в силу, - отмечает Новоселова. - И хотя несколько банков уже обратились с тем, что они хотели бы иметь в своем штате по одному сурдопереводчику, который ездил бы по отделениям и обслуживал глухих, - пока это все еще в стадии развития. Главное изменение на данный момент – это то, что из «просителей с протянутой рукой» ВОГ превратилось в силу, которая может хоть что-то требовать уверенным голосом. Тем не менее, мы столкнулись с тем, что новый закон, к сожалению, не читали даже многие чиновники. Когда я говорю им про него, они в удивлении таращат глаза...».

Впрочем, не все проблемы людей с ограниченными слуховыми возможностями проистекают от «глухоты» чиновников. Ответственность за бездушие и невнимательность лежит и на самом обществе, а также на его «законных представителях» - депутатах. «Есть предубеждение, что глухой человек не является полноценным, - поясняет Ольга Новоселова. - Так, Государственная дума чуть было не приняла поправки о том, что нужно запретить глухим людям водить транспорт. И этот вопрос до сих пор обсуждается! Хотя по статистике у инвалидов по слуху нарушений и попаданий в аварийные ситуации в процентном отношении намного меньше, чем у слышащих людей. Потому что у инвалидов по слуху обостренное внимание и зрение. Именно из-за этого среди глухих людей так много художников. Потенциал человека с нарушениями слуха - очень большой».

Однако реализовать свои таланты неслышащим людям в современной России очень непросто. Буквально на днях по сети «ВКонтакте» 7,5 тысячами репостов всего за неделю разошелся отчаянный пост матери, просящей о помощи в поисках работы для глухого сына: «Парню 19 лет, закончил школу глухих и профессиональный лицей. Уже год сидит дома, поскольку трудоустройство молодых инвалидов - головная боль родителей, через официальные службы занятости это сделать почти невозможно».

Прекрасно, конечно, что язык глухих теперь официально признан. Но тех, кто на нем говорит, в России пока не готовы слышать - и воспринимать как полноценных членов общества.

Светлана Абросимова, студентка СПБГУ