«Самое главное — быть человеком»

Дмитрий Скрыпников ушел из журналистики, чтобы стать волонтером. Уже около года он помогает молодым людям с инвалидностью из психоневрологического интерната.


© Фото «Перспектив»

О том, почему он решился на такой шаг, с какими трудностями столкнулся на своем пути и что понял, будучи волонтером, рассказал Дмитрий Скрыпников.

 — Я с 18 лет я занимался журналистикой. Со временем все чаще стал задаваться вопросом, приношу ли я пользу обществу, и задумался над тем, что хочу помогать людям.

Подруга детства тогда рассказала мне, что была волонтером в Петергофском психоневрологическом интернате, которому помогают «Перспективы». Я подумал, какой же внутренней силой надо обладать, чтобы заниматься подобными вещами. И задался вопросом о том, смогу ли я также. Потом в моей жизни произошло еще одно событие — я стал очевидцем землетрясения в Непале. Я попал в лагерь, куда эвакуировали туристов. Двое суток помогал готовить еду для них. Когда все закончилось и я вернулся в Петербург, то понял, что готов попробовать свои силы в работе с подопечными из интерната.

— У тебя уже был опыт общения с людьми с инвалидностью до того, как ты пришел в «Перспективы»?

 — Я общался с дочерью моих друзей, она — инвалид. Сейчас девочке семь лет. У нее такой тип множественных нарушений, как у ребят, которым помогают «Перспективы». На тот момент это был единственный такой опыт.

До того как я пришел в «Перспективы», я хотел помогать людям с особенностями, но боялся того, с чем могу столкнуться. Я не мог представить, как буду с ними общаться. Но очень хотел преодолеть это отчуждение, ведь я понимал, что такого просто не должно быть.

— Как к твоему решению отнеслись друзья, родные?

 — К сожалению, даже у моих самых близких друзей создается представление, что это гуманитарная миссия. То есть ты приходишь, чтобы совершить акт милосердия, по христианским или еще по каким-то причинам — и все. Они не могут понять, что жизнь с ограничениями по здоровью — это тоже жизнь, только совсем другая.

— Можешь вспомнить первый день, когда ты пришел в психоневрологический интернат?

 — Мы поехали с ребятами на экскурсию, и я чувствовал себя как на поле боя. Это было сражение с самим собой. Признаюсь, в первый раз было тяжело все это видеть…

— Как ты готовился к работе в волонтерском штабе? Тебе кто-то помогал?

 — Я пытался подготовиться к тому, с чем мне предстоит столкнуться — читал специальную литературу. А когда начал работать, то был в одной команде с педагогом ребят и еще одним волонтером. Мне помогали все, к кому я обращался. Даже самые глупые вопросы не оставались без ответа.

Конечно, интернат — это совершенно особая среда, в которой все существует по своим законам. Это касается и жизни самих ребят, их сообщества, и того, как организована работа в учреждении. Навыки, которые я приобрел, работая журналистом, — адаптироваться к любой среде, уметь общаться с разными людьми — мне здесь очень помогли.

Фото

— Расскажи, что входит в обязанности волонтера?

 — Самая главная обязанность волонтера — быть человеком. Это не мои слова, но я полностью с ними согласен.

Каждый волонтер отвечает за группу подопечных. Среди моих ребят ни у кого нет ментальной инвалидности — группа довольно сильная. Но у всех жителей интерната особенности, которые проявились, потому что они находятся в закрытой среде, им не хватает впечатлений и источников для интеллектуального развития. Я пытаюсь этот пробел восполнить.

У четверых из семи моих подопечных — серьезные проблемы с физической активностью. Например, мой ровесник Коля (имя изменено — «Росбалт») — просто уникальный человек, но у него сильно поражены органы движения. Кроме подбородка, у него нет других «рабочих инструментов», которыми бы он мог пользоваться. Ни руки, ни ноги нормально не функционируют… Чтобы вся его жизнь не проходила в кровати, ему помогают волонтеры.

— Как проходит твой день в интернате?

 — Утром я помогаю ребятам умыться, почистить зубы. Например, Колю нужно поднять с кровати, одеть, пересадить в кресло и отвезти — это занимает достаточно много времени. Некоторые ребята справляются без посторонней помощи. Дальше зависит от расписания. Кто-то идет на занятия, с кем-то мы отправляемся гулять. Можем все вместе куда-то поехать. У ребят всегда миллион вопросов — я стараюсь на все ответить. Их очень интересует мое мнение о жизни, например, как я считаю, есть ли судьба, в чем смысл нашего существования. Расспрашивают о быте, еще о каких-то вещах. Вообще мне всегда кажется, что основная моя задача — помочь ребятам самим найти основания для того, чтобы жить, а не существовать.

— С какими трудностями ты столкнулся при общении с подопечными?

 — Начнем с того, что у каждого из ребят свои особенности. Например, у кого-то проблемы с речью, кто-то вообще не может говорить. Чтобы приспособиться и начать понимать такого человека, надо запастись терпением и временем.

Не так просто найти подход к ребятам. Они раскрываются не сразу. Подчас у них достаточно сложные характеры. Ну и конечно у каждого свои слабости и в определенный момент они проявляются.

Жизнь в интернате очень странная, и отсюда у ребят возникают все эти представления и впечатления о том, кто они в этом мире. Из-за того, что они изолированы, у ребят очень искаженное видение реальности. Если бы у них не было возможности пользоваться интернетом, то это разделение было бы еще больше.

— Ты работаешь волонтером уже почти год. Поменялось ли что-то в твоем отношении к волонтерской деятельности за этот период?

 — Да. Исчез идеализм. Мне кажется, очень многие люди, которые приходят работать в интернат, думают, что все ребята «белые и пушистые». Потом оказывается, что они бывают очень даже сложными и «колючими». Это просто люди, которые живут в обособленном мире. Это не значит, что я стал их меньше любить или меньше о них заботиться. Нет. Просто я научился принимать их такими, какие они есть.

— То есть общение с ребятами изменило и тебя самого?

 — Для меня это обернулось более ясным пониманием того, что все люди между собой братья и сестры. Ребята очень открытые, у них нет такого эгоизма, как у людей из внешнего мира, и общение с ними меня действительно изменило.

— Сможешь назвать качества, которыми должен обладать человек, который хочет стать волонтером?

 — Терпение, сострадание, желание искренне участвовать в жизни незнакомого тебе человека, который сильно отличается от тебя по разным параметрам. Еще, мне кажется, должно быть желание встретиться с другой реальностью, возможно, более жестокой, не всегда приятной. Быть готовым столкнуться с правдой о жизни, которую от нас скрывают.

— Что ты порекомендуешь людям, которые хотели бы стать волонтерами, но в силу разных обстоятельств пока опасаются этого?

 — Каждый человек в какой-то момент жизни задается вопросами, на которые он не может ответить. Он пытается разобраться в себе и понимает, что понять себя можно только через другого человека. Когда ты узнаешь о проблемах ребят, видишь, с чем им приходится жить, то начинаешь смотреть на мир другими глазами, воспринимаешь свою жизнь иначе. Так происходит взросление и становление личности. Ведь, чтобы узнать, стоит ли вообще бояться, надо пойти и посмотреть, как все обстоит на самом деле. Нужно просто с чего-то начать.

Беседовала Ольга Атаева

«Росбалт» представляет проект «Все включены!», призванный показать, что инвалидность — это проблема, которая касается каждого из нас. И нравственное состояние общества определяется тем, как оно относится к людям с особенностями в развитии.
 
Проект реализован на средства гранта Санкт-Петербурга.

Иллюстрация ИА «Росбалт»