Маннергейм не выдержал гнева

Власти изначально совершили ошибку, установив в Петербурге доску финскому маршалу Маннергейму. Но сняв памятный знак и отправив его в царскосельский музей, они показали свою трусость и бессилие.


© Фото ИА «Росбалт», Александр Калинин
В Петербурге завершилась четырехмесячная эпопея с установкой и демонтажем мемориальной доски финскому маршалу Карлу Маннергейму. Поздним вечером 13 октября памятный знак был снят с фасада здания Военной академии материально-технического обеспечения имени генерала армии Хрулева и перевезен в Пушкин.
 
Новым пристанищем доски стал Музей Первой мировой войны «Ратная палата», входящий в систему ГМЗ «Царское Село». Российское военно-историческое общество, председателем которого является министр культуры Владимир Мединский, наконец-то признало себя владельцем доски. РВИО решило подарить табличку царскосельскому музею в качестве экспоната. При этом реставрировать доску, пережившую несколько атак вандалов, не будут. Это сделано специально: доска должна стать «символом исторических споров в современном российском обществе».
 
Споры вокруг доски Маннергейма велись и до ее установки, и после. Торжественное открытие знака состоялось 16 июня во время 20-го Петербургского международного экономического форума. Маннергейма на Захарьевской улице чествовали на тот момент руководитель администрации президента Сергей Иванов, министр культуры Владимир Мединский, вице-губернатор Петербурга Александр Говорунов, экс-председатель Центральной избирательной комиссии Владимир Чуров. Уже через три дня доска была облита краской. Затем памятный знак по ночам регулярно забрасывали шариками с красной краской. Его обливали кислотой, сверлили в нем дыры и даже рубили топором. Ответственность за проведение большинства акций брали на себя представители незарегистрированной партии «Другая Россия», но были и нападавшие на доску инкогнито. В результате в десятых числах октября знак финскому военачальнику представлял довольно жалкое зрелище.
 
Изначально против появления в Петербурге памятной доски Маннергейму выступала известный психолог, профессор СПбГУ Рада Грановская. Во время ленинградской блокады Грановской было 12-13 лет. По ее словам, установка такого знака в городе, пережившем блокаду, стала большим позором. «Очень хорошо, что эту доску наконец-то демонтировали. Пусть она и остается в музее Царского Села. В городе ей делать нечего», — убеждена Грозовская.
 
«Другороссы», узнав о демонтаже, сообщили о второй знаковой победе над Смольным. Первая, по их мнению, была одержана, когда городская администрация и «Газпром» отказались строить небоскреб в форме кукурузины на Охтинском мысу.
 
На волне успеха активисты уже заявили, что готовы атаковать также доску адмиралу и лидеру Белого движения Александру Колчаку. Этот памятный знак только планируют открыть на одном из домов Петроградской стороны в конце октября.
 
С такой позицией не согласен известный петербургский писатель и историк Лев Лурье. По его словам, власти изначально допустили ошибку, решив установить доску Маннергейму в Петербурге. В обществе действительно нет консенсуса по этой противоречивой исторической личности. Вопрос установки не был согласован с петербуржцами. Но раз памятную табличку все-таки повесили, то следовало до конца ее защищать.
 
«Если решение было принято, если открывать доску приехал министр культуры и глава администрации президента, если военное училище предоставило свой фасад, если господин Георгий Полтавченко по этому поводу не возражал, то следите за доской! Поставьте рядом с ней полицейского, ловите злоумышленников. Иначе в нашем обществе, как любят выражаться публицисты, творится «беспредел». Если кому-то не нравится Медный всадник, значит можно организовывать группы молодых людей, которые будут плевать в рожу коню? Хорошо ли это? Власти проявляют удивительную трусость. Это общая характеристика Смольного», — заявил Лурье.
 
Специалист по истории Финской войны, директор Военного музея Карельского перешейка Баир Иринчеев, который после нападок вандалов предлагал передать доску финской стороне, видит несколько причин произошедшего. Во-первых, в России до сих пор не очень хорошо знают историю Финляндии, плохо представляют все сложности ее взаимоотношений с Россией после 1917 года. А во-вторых, известна симпатия Российского военно-исторического общества к имперскому периоду и Белому движению. При этом в РВИО есть определенные антипатии к советскому периоду и Красной армии.
 
Иринчеев считает, что если и увековечивать память финна, который верно служил императору и России, то таким человеком должен был стать генерал Георгий Рамзай — уроженец Выборга, участник Русско-турецкой войны 1877-1878 годов.
 
Однако специалист отметил в конфликте с доской Маннергейму и положительную сторону: события продемонстрировали, что в Петербурге есть интерес к истории.
 
«Единственное — очень много искажений истории. Причем с обеих сторон. И в советское время допущено много искажений, и в перестроечное время нарублено огромное количество дров. В общественное сознание было имплантировано множество мифов, которые сейчас нужно искоренять. Советская пропаганда сменилась антисоветской. Ну и что? Пропаганда же не является историческим знанием», — подчеркнул Иринчеев.
 
Известный публицист и журналист Александр Невзоров абсолютно не понимает, почему четыре месяца в Петербурге обсуждали доску Маннергейму. Он вообще считает, что память военных людей не стоит увековечивать.
 
«Здесь я для себя не вижу абсолютно никакой проблемы. Не знаю, почему по этому поводу так беспокоятся патриоты. Любые солдафоны прошлого и настоящего мне в равной степени неинтересны. И Маннергейм  в том числе. Кто это вообще такой? Человек с какими-то лампасами. Вот пусть им интересуются курсанты военных училищ. А я предлагаю лучше что-нибудь узнать из жизни Галилея, Паскаля, Хокинга. Никакого смысла в сохранении памяти о солдафонах нет. Мне все равно, где будет висеть такая доска, хоть в сортире, хоть на Дворцовой площади», — заявил Невзоров.
 
Зато новые владельцы доски считают, что скандальный знак привлечет в Музей Первой Мировой войны дополнительных посетителей. Уже 15 октября посмотреть на доску сможет каждый посетитель «Ратной палаты».
 
«Доска установлена в закрытом дворе. Ее можно будет увидеть в рамках экскурсий. Чтобы это сделать, надо только попросить экскурсовода — даны соответствующие указания персоналу. А летом никаких проблем с просмотром доски вообще не будет. При летнем режиме работы, когда посетителям не нужен гардероб, этот двор открыт. Через него посетители покидают экспозицию», — рассказала директор музея-заповедника «Царское Село» Ольга Таратынова.
 
В музее не будут увиливать меры охраны в связи с появлением скандального экспоната. Система охраны в «Ратной палате» останется стандартной.
 
Впрочем, организаторы прошлых нападок не собираются атаковать доску в Царском Селе. Им понравилась идея оставить Маннергейма в его современном виде, без проведения реставрационных работ.
 
Александр Калинин