Как депутаты подрались за Исаакий

Передача собора в ведение РПЦ довела парламентариев до потасовки. Единороссы окружили «яблочника» Амосова и попытались вынести из зала заседаний.


Последняя драка в ЗакСе происходила в 2006 году. © Фото с сайта assembly.spb.ru

У петербургских депутатов наконец-то нашелся стоящий повод для выяснения отношений. Передача Исаакиевского собора в ведение РПЦ довела парламентариев до потасовки прямо во время пленарного заседания.

Ситуация с Исаакиевским собором будоражит Петербург не первый день. Либералы возмущены, провластные деятели картинно ликуют. Но во всей этой сутолоке мнений городской парламент не играет абсолютно никакой роли. Собор принадлежит городу, и по закону распоряжается им городская администрация, то есть губернатор. Депутаты, по сути, могут лишь пассивно наблюдать за происходящим, не имея возможности повлиять на процесс.

Однако такая роль народных избранников не устроила. Оппозиционеры в лице Бориса Вишневского, Алексея Ковалева и Максима Резника принялись поднимать протест. Митинги, возмущенные комментарии, угроза судами. Депутаты снова вспоминают об истории с «Охта-центром», когда власти под напором общественности отступились от задуманного. Но о ней же они вспоминали и перед тем, как мост в Петербурге назвали в честь Ахмата Кадырова. И перед тем, как Смольный в очередной раз увеличил смету «Зенит-Арены». Давно уже была та история, и времена сейчас другие.

В «Единой России» тоже не захотели оставаться в стороне. Сначала пресс-служба партии завалила СМИ ворохом релизов, повествующих о том, как депутаты рьяно поддерживают передачу Исаакия церкви. Под напором подобострастия высказались даже те, кто ни разу еще не проронил ни слова с трибуны. Однако этой горячей и единодушной поддержки оказалось мало. К первому в новом году заседанию парламента единороссы и представители ЛДПР подготовили обращение к министру культуры Владимиру Мединскому с просьбой «оказать содействие в скорейшем завершении процесса передачи Исаакиевского собора в безвозмездное пользование РПЦ». Похоже, в желании прогнуться провластные парламентарии решили идти до победного конца.

По иронии судьбы, прямо перед рассмотрением обращения к Мединскому парламентское большинство отклонило запрос к губернатору от оппозиционеров. Те хотели спросить, почему еще в 2015 году Смольный был против передачи Исаакия в ведение церкви, ссылаясь на успешную работу собора в статусе музея, а теперь точка зрения диаметрально поменялась. Понятно, что запрос был чисто имиджевым, ведь решения такого уровня на самом деле принимает даже не губернатор. Это вопрос из сферы взаимоотношений патриарха и президента, а петербургские чиновники (даже уровня главы города) выступают послушными пешками в игре. Сказали, что нужно поменять позицию, он и поменял. 

Узнав об обращении к Мединскому, оппозиционеры, в свою очередь, выступили с гневными речами. Один за одним приводя доводы против передачи собора. Но и единороссы не стали молчать — упомянули сомнительные финансовые отчеты, слишком большую зарплату директора музея «Исаакиевский собор» Николая Бурова и якобы огромные очереди в кассы вкупе с завышенными ценами на билеты.

При этом в обращении к Мединскому передачу памятника архитектуры церкви назвали «знаменательным событием, которое поддержали миллионы россиян». Также там отмечалось, что «ежегодно тысячи прихожан участвуют в божественных литургиях в Исаакиевском соборе». Сотрудники музея подобную статистику опровергают, но ссылок на конкретные источники своей информации депутаты не делали.

Заключительное слово взял спикер ЗакСа Вячеслав Макаров. Больше всего его возмутило, что оппозиционеры пригрозили властям эскалацией конфликта. «Здесь, как в деревенских драках, не мы первые начали провоцировать и призывать», — нашел оправдание для своей резкой реакции Макаров. Спикер заявил, что в Исаакии после передачи в ведение церкви «все будет бесплатным» для всех. И после пассажа о том, что церковь объединила Россию, а вопрос передачи собора имеет символическое значение, объявил голосование по вопросу.

В первом чтении за проект обращения к министру проголосовали 42 из 50 депутатов. После спикер сразу предложил принять документ в целом. Времени на положенные регламентом поправки (в таких случаях берутся формальные пять секунд) выделено не было. Эта ситуация возмутила «яблочника» Михаила Амосова.

«Поправки, Вячеслав Серафимович! Это безобразие! Почему вы не дали времени? Нарушают права депутатов!» — начал без перерыва выкрикивать оппозиционер.

Известный своей военной выучкой спикер почему-то предпочел игнорировать коллегу и не пресек конфликт на корню. Заседание продолжилось, но Амосов все еще возмущался. Он встал с кресла, вышел на середину зала и попытался обратиться к коллегам, перекрикивая микрофон. Первым с просьбой «успокоиться» к оппозиционеру подошел единоросс Андрей Анохин. Через минуту «яблочник» оказался в кольце идеологических врагов. Его окружили единороссы Анатолий Дроздов, Денис Четырбок, Александр Тетердинко, Юрий Бочков, Сергей Купченко и Константин Чебыкин.

Внезапно на радикальный шаг решился Бочков. Он схватил Амосова за руку и потянул к выходу из зала. Оппозиционер вырвался. Тут терпение спикера наконец-то лопнуло, и он начал кричать в микрофон: «Все присели! Присели все!»

Депутаты понуро разошлись по местам. А журналисты начали строчить новости про «стычку», «потасовку» и даже «драку» парламентариев. 
 
Между тем последнее подобие драки в парламенте Петербурга произошло еще в 2006 году. Тогда в ЗакС удалось проникнуть кучке нацболов, одного из которых тогда депутат Вадим Лопатников, по сведениям СМИ, «уложил лицом в пол». Еще раньше, в 1999 году, повздорили Сергей Никешин и Анатолий Кривенченко. В борьбе за штепсель, отключающий систему голосования, Никешин не только оттолкнул своего коллегу, но и ударил того между ног. В этот же раз до руко- и ного-прикладства не дошло. После заседания Амосов и Макаров мирно смеялись. 
 
Спикер заявил, что самолично «взял на поправки пять секунд» (возможно, в уме). Более того, в его понимании случившееся было «конструктивной дискуссией». «Главное — чтобы не переходили на личности. Это нормальная рабочая ситуация. Но в связи с тем, что градус напряжения зашкаливал, было несколько громче, чем всегда», — пояснил Макаров. 
 
Амосов тоже предпочел дистанцироваться от ситуации. «Была попытка ограничить дискуссию, и это удалось. Но жаловаться я никуда не буду. Мы поговорили с Макаровым, и я объяснил ему, что он не прав», — отметил «яблочник». При этом Амосов особо указал на то, что лично не поднял руку ни на кого из оппонентов. Иначе бы тем не поздоровилось. С грустью вспомнилось время, когда в ЗакСе заседал Григорий Явлинский, в юношеские времена бывший чемпионом по боксу. Он бы тоже мог дать единороссам достойный отпор.
 
Но письмо Мединскому, как и последующий конфликт, в итоге оказались бессмысленными. В Минкульте поспешили сообщить, что никак не влияют на процесс и сроки передачи Исаакия РПЦ, поскольку собор входит в состав музея, а последний является учреждением культуры Петербурга. «Решение вопроса о возможности и условиях передачи РПЦ указанных памятников архитектуры находится в ведении органов власти города», — отметили в министерстве. 

Софья Мохова


Ранее на тему Музей уходит в монастырь?

РПЦ хочет заполучить Херсонес Таврический

Защитники Исаакия подали иск в Василеостровский суд