Депутатский занос

В коррупционном деле экс-депутата петербургского ЗакСа Вячеслава Нотяга спустя полтора года после его ареста прозвучала новая фамилия. И принадлежит она тоже политику.


Вячеслав Нотяг в бытность депутатом встал на сторону противников застройки Ульянки. © Фото Заксобрания Петербурга, assembly.spb.ru

На второй этаж Кировского райсуда Петербурга с трудом поднимается мужчина в костюме с красным галстуком. Всего полтора года назад поднимались к нему — в кабинет на Исаакиевской площади. Дверь с табличкой «Нотяг Вячеслав Онуфриевич» располагалась на третьем этаже Мариинского дворца. Но в один день все круто поменялось.

21 апреля 2016 года депутата Нотяга задержали в клубе «Звезда» в доме 27 на улице Лени Голикова. СК утверждал, что парламентарий с ноября 2014 года по апрель 2016 предложил генеральному директору строительной компании «Воин-В» Олегу Глущенко ежеквартально передавать ему взятку не менее 300 тыс. рублей. В обмен на это депутат якобы обязался не препятствовать строительству в Кировском районе города.

Речь идет о квартале «Ульянка», где несколько лет назад развязалось противостояние местных жителей с той самой компанией. Недовольство людей вызывала, в том числе, уплотнительная застройка. На их сторону встали трое депутатов петербургского ЗакСа: Максим Резник, Сергей Никешин и Вячеслав Нотяг. Последний, если верить версии следствия, оказался самым активным и потребовал денег от Глущенко. Тот сначала согласился и исправно платил. Но затем отдавать кровно заработанные деньги ему надоело, и он обратился в ФСБ. После этого Нотяга задержали.

Год с лишним, прошедший с момента задержания, для депутата был стремительным: задержание, арест, тяжелая болезнь и несколько дней в больнице, после чего его поместили под домашний арест. Чувства юмора, он, кажется, не растерял.

 — Я вам дам интервью, но только за деньги, — говорил он телевизионщикам в коридоре суда.

Фото Ильи Давлятчина, ИА «Росбалт»

В другом помещении находился Олег Глущенко, гендиректор «Воина-В». Два оппонента встретились глазами в зале судьи Ирины Гнездиловой, после чего предприниматель начал свой рассказ, регулярно откашливаясь.

«Компания „Воин-В“ создана в 1995 году, с 1997 я ее директор. В 2009 году правительством Санкт-Петербурга был принят закон о застройке жилых территорий, в соответствии с которым предполагалось строительство новых домов и расселение жителей хрущевок в эти дома. В конечном счете четыре первых участка нам были предоставлены в 2011 году, в 2012-м мы получили разрешение на первые работы и приступили к исполнению обязательств», — вспоминал Глущенко.

Однако, по словам свидетеля, с самого первого дня компания столкнулась с группой из троих человек, которая противостояла строительству. Были случаи поджога техники и история с захоронением красноармейцев на одном из участков. Глущенко отмечает, что застройщику пришлось вызывать поисковые отряды, вести раскопки, но в итоге выяснилось, что всех солдат уже перезахоронили на проспекте Народного ополчения. И этой группе, отчеканил свидетель, помогали депутаты: Резник, Нотяг и Никешин.

«Нотяг организовывал митинги. Во время Петербургского международного экономического форума он призывал перекрыть проспект Стачек, чтобы остановить программу строительства. Знаете, хотя у нас компания и называется „Воин-В“, мы не воины, а обычные строители, и не знали, как вести себя в данной ситуации», — пожал он плечами.

Бесконечная схема противодействия застройке, по словам Глущенко, заключалась в веерной рассылке запросов депутатам и членам правительства, а также в оспаривании всевозможных документов через суд.

В итоге свидетель решил вступить с несогласными в переговоры, и первым, на кого пал выбор, стал Нотяг. Глущенко объяснил свой выбор тем, что одно время последний состоял в партии «Гражданская платформа», которой когда-то руководил Михаил Прохоров. А Глущенко, в свою очередь, знал руководителя регионального отделения — Николая Мусолина.

«Однажды я встретился с ним и попросил его поговорить с Нотягом. (Позднее) он приехал ко мне в офис и сказал, что депутат Нотяг согласен на сотрудничество и не будет инициировать митинги. Но за это я буду платить 300 тыс. рублей в квартал. Я передал Николаю Мусолину конверт. Затем еще раз», — рассказывал Глущенко.

В зале переглянулись. Фамилия Мусолина как возможного посредника при передаче взятки до этого не звучала нигде. Но, как утверждает Глущенко, встреча с Мусолиным происходила не единожды. Сам же Нотяг якобы подтверждал, что лидер региональной «Гражданской платформы» передавал ему деньги.

Была личная встреча с Нотягом — в том самом кабинете на третьем этаже Мариинского дворца. По версии обвинения, в тот момент были переданы еще 300 тыс. рублей.

Наступило время платить очередной раз, но Глущенко не понимал, как себя вести. Мол, с одной стороны он пообещал взятку, но с другой — запросы не исчезли совсем. И хоть писал их не Нотяг, но его друзья. Все же деньги были переданы — на улице у Смольного.

В итоге терпение бизнесмена лопнуло, и 12 апреля 2016 года он написал заявление в ФСБ. Сотрудники службы безопасности дали ему записывающее видеоустройство, получили одобрение на прослушку телефона и предложили вновь встретиться с депутатом, чтобы передать очередную сумму и погасить долг. Однако 17 апреля Нотяг позвонил сам с вопросом — куда тот, мол, пропал? Два дня спустя Глущенко предложил встретиться. Место выбирали долго, но в итоге договорились встретиться кафе на улице Лени Голикова.

«До этого мне при понятых выдали деньги с номерами и установили записывающую аппаратуру. Я пришел в кафе, заказал нарезку и салаты», — припомнил Глущенко.

Дальнейшее известно — Нотяга задержали с поличным, при нем был обнаружен конверт с мечеными 600 тыс. рублей.

 — Свидетель, вы можете уточнить — к Мусолину вы с какой просьбой обратились? — спросил адвокат подсудимого Андрей Зюзин.

 — Я попросил помочь с ним связаться. Мне было все равно, главное — конечный результат. Я передал Мусолину дважды по 300 тыс. рублей, — вновь заявил свидетель.

«Росбалт» обратился за комментарием непосредственно к Николаю Мусолину, однако тот слова Глущенко опроверг.

«Такого не было. Абсолютно», — сказал собеседник агентства.

Изначально ГСУ СК по Петербургу заявляло, что депутат получил «не менее 900 тыс. рублей». Однако, как сообщил «Росбалту» адвокат Нотяга Андрей Зюзин, в окончательном обвинении фигурирует цифра в 1,2 млн рублей.

«По мнению следствия, эти деньги переданы в ЗакСе, у Смольного и непосредственно в кафе на Лени Голикова. Эпизодов с Мусолиным, о которых рассказывал Глущенко, в обвинении нет», — добавил собеседник агентства.

Сам Нотяг после заседания объяснил журналистам, что просто просил деньги у Глущенко, но предназначались они «на нужды партии». Правда, не уточнил — какой.

Илья Давлятчин