«Музеи должны рассказывать истории»

В Шереметевском дворце открывается выставка даров и приобретений за последние 10 лет. Об экспозиции, созданной немецкими дизайнерами, рассказывает директор фонда «Про Арте» Елена Коловская.


© Фото предоставлено организаторами

К своему 110-летнему юбилею Санкт-Петербургский музей театрального и музыкального искусства открывает в Шереметевском дворце выставку «100+10». Парад даров и приобретений музея за последние 10 лет превращают в эффектную экспозицию немецкие дизайнеры Уве Брюкнер и Ульрике Шлемм. Совместный проект российского музея и западных звезд музейного дизайна стал возможен благодаря Фонду «Про Арте», который в рамках 3-й Петербургской биеннале музейного дизайна работает продюсером, и даже соавтором сразу нескольких выставочных проектов в Петербурге. О том, как это получается и зачем это нужно, рассказывает директор Фонда «Про Арте» Елена Коловская.

 — Зачем Фонду «Про Арте» — традиционные музеи, а музеям — Фонд и его иностранные дизайнеры?

 — Фонд занимается просвещением в области современного искусства, и в том числе дизайна, почти 20 лет. Несколько лет назад ко мне постоянно обращались директора разных петербургских музеев и спрашивали, нет ли у нас хорошего дизайнера, который поможет оформить выставку? В советское время в штате музея обычно был художник, который рисовал красивые афиши и этикетки, музейщики-кураторы выставляли свои богатства в витринах, писали экспликации, и на этом оформление выставок заканчивалось. Для разговора с современным зрителем этого недостаточно. В век новых технологий, когда ты можешь увидеть что угодно, просто вынув телефон из кармана, приходится захватывать внимание публики новыми способами. Это могут быть те же технологии — видео, компьютерные презентации, интерактивные формы, но не только. Сейчас во всем мире музеи пришли к тому, что нужно рассказывать истории. У выставок и экспозиций появляются сценарии, театральные сюжеты, связные рассказы, которые ведут посетителя по выставке, не давая ему отвлечься. Мы часто сталкиваемся с музейными суперспециалистами, которые знают о своих экспонатах все, но не представляют, как увлекательно рассказать о них. Информация, сведения и факты не сложатся в яркую историю просто так. Ее надо придумать, это высший пилотаж. За содержанием идет форма. Историю нужно разместить в музейном пространстве так, чтобы она была понятной, эффектной, но не мешала музею, а наоборот — высвечивала его. Для этого и нужны приглашенные дизайнеры.

Фото предоставлено организаторами

 — Как музеи учат рассказывать истории и облекать их в яркую форму?

 — Мы считаем себя «модераторами». Профессии музейного дизайнера у нас не учат, оформлением выставок часто занимаются театральные художники, графические дизайнеры, иногда архитекторы. В 2014 году мы провели первую Биеннале музейного дизайна, в рамках которой приглашали специалистов поработать с петербургскими музеями. Кстати, в Биеннале участвуют не только иностранные дизайнеры, но и российские тоже. Ну, а музеи только рады, ведь обычно у них нет возможности сотрудничать с профессиональными дизайнерами. Мы находим ведущих специалистов, ищем гранты на проекты и продюсируем их — от перевода с иностранных языков и технического обеспечения до помощи в сочинении концепций.

Фото предоставлено организаторами

 — Как проходит работа над тем или иным проектом, например, над выставкой Музея театрального и музыкального искусства «100+10»?

 — Несколько лет назад известнейший немецкий дизайнер Уве Брюкнер приезжал к нам с лекцией. Обычно мы так и делаем: сначала зовем звезду прочитать общедоступную лекцию или дать мастер-класс для профессионалов-художников, а потом приглашаем на масштабный проект. Уве согласился участвовать в Биеннале, этой весной приехал в Петербург, мы познакомили его с директором музея Натальей Метелицей и хранителями, вместе с сотрудниками обошли весь Шереметевский дворец, показали будущие экспонаты в фондах. Доставая графику из коллекции Нины и Никиты Лобановых-Ростовских, хранители расстраивались: что ни эскиз — то шедевр, работ очень много, а выставить все — невозможно. Уве сказал: выставлять надо по максимуму, все же эта коллекция — настоящая жемчужина, выводящая выставку и музей на мировой уровень. Потом Уве уехал думать. У него два образования — архитектурное и театральное, и свою работу он предпочитает называть сценографией. Каждую выставку Уве оформляет как театральное произведение, в котором есть интригующее начало, кульминация и развязка.

Фото предоставлено организаторами

 — Но вот вопрос вопросов: как превратить в театр выставку новых поступлений, у которой по природе не может быть стройной концепции, ведь она состоит из коллекций, архивов, разнородных экспонатов, которые попадали в музей по разным причинам?

 — Решено было задействовать не только выставочные залы, но и залы постоянной экспозиции, и объединить все цветом. Глубокой синий цвет впервые является посетителю на афише выставки, потом на гигантском баннере, который встречает его на лестнице. В первом зале парадной анфилады зазвучит старинный граммофон — музыка играет важную роль и на выставке. Синим затянуты ниши, в которых висят старинные портреты, синий фон — в витринах, полы в залах, где проходит выставка, тоже синие… Какие-то ходы предложили дизайнеры самого музея, и это для нас самое важное: когда есть взаимопонимание — результат будет хорошим.

Точка кипения выставки — это зал с коллекцией русского театрально-декорационного искусства Никиты и Нины Лобановых-Ростовских. Шпалерная развеска на синем фоне шедевров Бакста, Бенуа, Гончаровой, Ларионова, Добужинского превращает комнату в драгоценную шкатулку. В центре будет специальная конструкция, на которой можно сидеть и разглядывать всю эту красоту. Соседний зал — самое большое выставочное пространство музея — драматически отличается от всех предыдущих. Это воздушная, легкая бальная зала с зеркалами по обе стороны подиума, на котором расположатся театральные и балетные костюмы Майи Плисецкой, Дианы Вишневой… В конце зала будет видеоинсталляция — разумеется, с балетными сценами. Уве очарован русским балетом, и это на выставке очень заметно. Наконец, в финальном зале зрителя провожает музыка, раздающаяся из трех патефонов. Музыки вообще много — можно будет послушать, как звучат музыкальные инструменты, а из коллекции свистулек мы создаем сложную светозвуковую инсталляцию.

Фото предоставлено организаторами

 — И ведь это только один музей из семи, с которыми Биеннале музейного дизайна делает выставки в этом году. Зачем вы лично взваливаете на себя такой тяжкий и нервный труд?

 — Потому что это интересно. Биеннале — это некоммерческий, просветительский проект. С одной стороны, наша цель — показать в Петербурге, какие тенденции музейного дизайна существуют в мире. С другой стороны, нам важно, что в Биеннале участвуют молодые российские дизайнеры и работают над выставками в музеях наравне с западными звездами. Мы придумываем идеи, сами находим средства и сами воплощаем, полностью контролируя процесс, потому что нам очень важно качество. Наша сила — в прочных связях с музеями, и в том, что нам доверяют.

Беседовал Иван Петров

Глобальные вызовы, с которыми столкнулась в последние десятилетия человеческая цивилизация, заставляют общество все больше прислушиваться к мнению ученых, мыслителей, философов, деятелей общественных наук. Проект «Квартирник» представляет петербургских интеллектуалов, которые ищут объяснения проблемам XXI века.

Проект реализован на средства гранта Санкт-Петербурга.