«Народ повалил на российские фильмы»

Отечественное кино не может конкурировать с западным, поэтому отодвигать премьеры американских блокбастеров — нормально. Так считает режиссер Алексей Учитель.


© Фото Александры Полукеевой, ИА «Росбалт»

В Петербурге завершился 28-й фестиваль документальных, короткометражных игровых и анимационных фильмов «Послание к человеку», который посетили именитые деятели киноискусства со всего мира. О популярности отечественных фильмов, недоброжелательности коллег и «оскаровских» симпатиях корреспонденту «Росбалта» рассказал режиссер, президент фестиваля Алексей Учитель.

 — Со дня выхода «Матильды» на экраны прошел почти год. Скажите, та ситуация с предпремьерным скандалом как-то вас изменила? Вы стали осторожнее в творческих порывах?

 — Нет, я же берусь за фильм про Виктора Цоя, а это настолько популярная фигура, что, думаю, протестующих будет много. Но всем угодить невозможно. Так что творчески та ситуация на меня никак не повлияла, а вот опыта и мудрости добавила безусловно.

— Только в июле прошла премьера фильма «Лето» Кирилла Серебренникова, о желании снять фильм о Цое заявил участник группы «Кино» Алексей Рыбин, а ваш фильм тоже должен выйти довольно скоро — в 2020 году. Откуда этот внезапный общий интерес к одному музыканту?

 — Знаете, прошло ведь уже немало лет — а слава Цоя не утихает, он жив в умах и сердцах людей самых разных возрастов. То, что он до сих пор современен, актуален, эмоционален и понимаем — загадка, которую которую я с помощью своей картины попытаюсь разгадать. Это будет не байопик, не буквальный рассказ о Цое, а скорее фильм-притча о водителе автобуса, в который врезался Виктор, и о близких людях музыканта, приехавших в городок Тукумс, где случилась трагедия.

— Есть ли сейчас подобные Цою фигуры в русской музыке, или время таких героев ушло?

 — Мне кажется, личностей такого уровня в рок-музыке сейчас не найти, но не потому что нет талантливых музыкантов. А потому что тогда было время колоссальных перемен в стране, происходила ломка привычных устоев. Рок-музыка ведь всегда и везде была протестной: не только в нашей стране, но и там, где она зародилась, на Западе. Сейчас все немного иначе, но интересные исполнители тоже есть. Только уже не в рок-направлении, а в рэпе, например.

— Ваш проект о Цое получит господдержку. Вы сами не раз говорили, что русскому кино, особенно дебютному, не выжить без денег от государства. Но все ли хорошо в нынешней системе распределения средств? Не так давно даже Фонд кино признал, что бывают ошибки, «неудачные эксперименты», например, с фильмом «Взломать блогеров».

 — Я не слышал о каких-то перегибах. Финансирование же выделяется не просто так. Если говорить про Фонд кино, то необходимо пройти экспертный совет — сначала сценарный, потом общий, где продюсер и режиссер защищают свой проект. Далее решение принимает еще и попечительский совет Фонда. То есть, по сути, действует тройной кордон. Бывают какие-то просчеты, но, скорее, не Фонда кино, а тех людей, кто реализует эти проекты. Кроме того, финансовые нарушения могут происходить уже во время создания фильма. Огромным плюсом госфинансирования является то, что оно снижает нагрузку на студию и продюсеров, поэтому получить его стремятся все, даже если часть средств потом придется вернуть. Но я лично считаю бессмысленным только получать деньги от государства и ничего не зарабатывать.

— С 1 ноября Минкульт вводит новый запрет — нельзя будет показывать ретроспективы в кинотеатрах без прокатного удостоверения…

 — Не только ретроспективы, но и фестивальные фильмы. Такой порядок уже устанавливался несколько лет назад, но потом его отменили. На мой взгляд, неправильно его снова вводить. Судите сами: к нам на кинофестиваль «Послание к человеку», который только что завершился в Петербурге, пришло почти 300 фильмов. Чтобы получить на каждый из них прокатное удостоверение, нужно было бы полгода заниматься только оформлением бумаг. Это нереально. И речь при этом идет не о полноценном прокате, а об одном-двух показах. Другое дело, если фестиваль возьмет фильм, в котором нарушаются законы нашего государства. Тогда это просто преступление, за которое необходимо наказывать. В остальном же, учитывая количество разных фестивалей, я не вижу смысла в этих ограничениях. Это ведь еще и огромная нагрузка на сам Минкульт — только для того, чтобы отсмотреть все эти фильмы, нужно нанимать огромный штат сотрудников.

— Минкульт вообще все ограничивает и максимально усложняет. Я в том числе говорю о постоянных попытках повлиять на кинотеатры и заставить их показывать меньше иностранных фильмов.

 — В этом смысле идет, на мой взгляд, правильная попытка продвижения российского кино. Так делают во многих странах. Особенно активно во Франции, где существует целая система поощрения отечественных картин. Это нормально. Действительно, в последние годы народ повалил на российские фильмы. Освобождать даты в календаре, отодвигать премьеры американских блокбастеров, чтобы они не пересекались с нашими лучшими фильмами, — это вполне резонная политика, которая позволяет нашему кино выйти на определенные позиции. Конечно, в идеале должна быть равная конкуренция. Но для ее достижения какой-то этап должен быть переходным.

— То есть в принципе вы поддерживаете идею с квотами на российские фильмы?

 — Нет, я против квот. Кинотеатры и прокатные организации категорически не поддерживают эту идею. Но нужно доказать, что российское кино может приносить не меньше денег, чем американские блокбастеры — в этом состоит задача. Тогда мы начнем соперничать на равных, и прокатчики с удовольствием будут брать наши фильмы. На самом деле, сделано в этом направлении немало, но теперь надо закрепиться. И тогда уже не придется какие-то премьеры отодвигать, освобождать даты и так далее.

— Вы говорили, что в России мало очень хорошего кино и мало очень плохого, а нормальных средних фильмов нет вообще.

 — Сейчас это изменилось. Думаю, что как раз за последние два года средний уровень того, что выходит на экран, резко повысился. Появились и квалифицированные режиссеры, и операторы, которые создают в хорошем смысле «средние» фильмы. Именно они должны составлять основу не киноискусства, а киноиндустрии.

— Какие это фильмы?

 — Все они на слуху: «Последний богатырь», «Лед», «Я худею», «Движение вверх», «Легенда № 17». Эти картины доказали, что они могут соперничать с иностранным кино и приносить деньги.

— Кстати о соперничестве. Вы отмечали, что россияне активно болеют за спортсменов, а за отечественное кино, в том числе во время номинации на различные премии, — нет. А вы сами за «Собибор» на «Оскаре» будете болеть?

 — Болеть буду безусловно. Даже при том, что лично меня может не все удовлетворять в этом фильме. И я, будучи членом российской оскаровской комиссии, голосовал за другую картину — фильм Алексея Германа-младшего «Довлатов». Но и «Собибор» — достойный выбор, искренне за него переживаю и желаю ему, как минимум, попасть в шорт-лист. 

— Стоит какому-то актеру или режиссеру сказать что-то критическое, как его готовы занести в список неблагонадежных. Так было, например, после высказываний Алексея Серебрякова и Константина Райкина. Чувствуете ли вы в какой-то раскол в творческом сообществе, деление на два лагеря?

 — Я против таких списков. Но вообще разобщенность в творческом и киносообществе, к сожалению, существует. Мы не умеем объединяться в нужный момент и поддерживать друг друга. Часто привожу в пример наши премии «Золотой Орел» и «Ника», где аплодисменты всегда вялые, нет какой-то радости за то, что человек сделал хороший фильм. Интересные картины нужно приветствовать, а не сидеть, закусив губу. Не говорю, что это массово, но иногда присутствуют оттенки недоброжелательности и зависти. А что касается критики, то это уже личное дело каждого. Я всегда слежу за тем, что происходит в России — в кино и не только — и считаю, что мы должны отстаивать наши интересы, потому что переживаю за свою страну и хочу, чтобы она становилась только лучше.

Беседовала Софья Мохова


Ранее на тему Глава Фонда кино объявил о своей отставке

Ленту «Собибор» включили в лонг-лист «Оскара»