«Раньше у меня никого не было, а теперь есть вы»

Творчество и специальные выставки позволяют художникам из психоневрологических интернатов выйти в обычный мир из своего «гетто».


© фото Максима Бойкова

Для художника его творчество — возможность разнообразить свое общение с реальным миром. Насколько сознательно он ее реализует — другой вопрос. Но если против своей воли живешь в замкнутом пространстве, созидание зачастую становится компенсацией тех сфер реальности, от которых ты отрезан.

Все это можно сказать об авторах, чьи работы представлены в Семеновской библиотеке на Малодетскосельском проспекте. Вадим Дерман, Юрий Козлов, Сергей Чубаров, Алена Мазур и Александр Ильяшенко постоянно проживают в одном из психоневрологических интернатов (ПНИ). Выставка неслучайно носит название «Мне сегодня приснился сон». Рассказы Вадима Дермана о своих сновидениях, записанные с его слов и вывешенные в виде коротких текстов, стали неким связующим элементом всей экспозиции.

Выставка организована проектом «Широта и долгота», поддерживающим непрофессиональных художников с ментальными особенностями, которые живут в ПНИ и других социальных учреждениях. Куратором выставки стала одна из основательниц «Широты и долготы» искусствовед Наталья Петухова, а также вышеупомянутый Вадим Дерман. Вместе с Натальей он отбирал работы для демонстрации, а концептуальная часть выставки построена на его восприятии реальности.

фото Максима Бойкова

Все представленные произведения можно отнести к направлению, называемому ар-брют или аутсайдер-арт. Некоторые специалисты разделяют эти понятия, а кто-то даже называет их дискриминационными. Эти термины в общем и целом обозначают создаваемое вне академической традиции искусство, условно примитивистское и часто отображающее в том или ином материале неожиданные психические выбросы из глубин сознания. Подобные выставки имеют мощный социальный подтекст — иначе не было бы никакой необходимости заявлять на афишах о статусе и жизненных обстоятельствах художников.

В психоневрологических интернатах в последнее время стали появляться различные художественные студии. Для многих из тех, кто туда приходит, искусство становится отдушиной, терапией. Здесь процесс важнее результата. Но когда же мы называем рисующего художником, акцент смещается с процесса на результат.

Попав на выставку «Мне сегодня приснился сон», вы вправе задаться вопросом, имеет ли смысл в данном случае вообще говорить об искусстве. Технически некоторые из рисунков мог бы создать самый обычный пятилетний ребенок. Наверное, стоит сказать, что волонтеры из «Широты и долготы» из гуманистических соображений устроили для некоторых подопечных ПНИ своего рода игру: в ней они художники, у которых как бы проходят настоящие выставки. Это своего рода возможность хоть ненадолго вывести этих людей в обычный мир из гетто, каковым по факту является ПНИ.

фото Максима Бойкова

Наталья Петухова не считает, что в данном случае нужно противопоставлять художественный и социальный посылы.
«Выставки дают возможность познакомиться со зрителями. Они необходимы, чтобы рисование не становилось каким-то отчужденным трудом. Благодаря им авторы понимают, зачем они это делают и что их работы кому-то интересны. Одним словом, такие проекты ведут к художественному развитию и организации социальных связей», — отмечает она.

Но это искусство или все-таки арт-терапия? Чем данные картины принципиально отличаются от того, что рисуют почти все дети дошкольного возраста?

«Этот вопрос актуален, начиная с эпохи импрессионистов. На протяжении всего ХХ века его задавали Хуану Миро, Пабло Пикассо, Саю Томбли и многим другим. Сегодня ничего не изменилось. Искусство художников из психоневрологических интернатов пытаются обвинить в неумелости и незнании канонов. Но их творчество абсолютно органично современным направлениям, — уверена Петухова. — Понятное дело, в интернатах живет много людей, и не любой, кто что-то рисует — художник. Но в работах тех авторов, которых поддерживает „Широта и Долгота“, нет никакой исключенности из общего культурного процесса, какую ожидают увидеть. У проекта есть кураторский отбор, иначе нам самим было бы не интересно заниматься этим. Конкретно на выставке „Мне сегодня приснился сон“ есть крайне сильные работы, которые сразу бросаются в глаза и впечатляют. А есть произведения очень тонкие, которые можно увидеть, если у зрителя есть определенная подготовка. Или, по крайней мере, готовность воспринимать. Для этого проекта важно говорить про художественный аспект, который в экспонируемых работах, на наш взгляд, сильнее социального».

Однако не получается ли, что устроители таких выставок внушают художникам ложные надежды? Ведь внимание к таким работам у большинства людей возникает в первую очередь благодаря обстоятельствам жизни их авторов. В «Широте и долготе» уверены, что это не так.

«Есть люди, которые черпают вдохновение или откровенно заимствуют приемы из произведений художников из интернатов. Мы получаем высокую оценку деятельности наших авторов от профессиональных кураторов, галеристов, музейщиков. Недавно в „Новом музее“ прошла выставка „Добрая мина“, организованная известными кураторами Глебом Ершовым и Лерой Лернер. Наравне с известными деятелями арт-сообществ Санкт-Петербурга в ней участвовали четыре человека от нашего проекта. Хочу заметить, что никакой информации об авторах не было указано. Только имена. Многие зрители так и не смогли определить, кто из художников живет в психоневрологическом интернате, а кто работает в своей мастерской и востребован коллекционерами», — говорит Петухова.

Но все-таки как меняется жизнь художников из ПНИ, чьи работы выставляются в городском пространстве? Здесь все просто — у людей возникают новые социальные связи вне стен учреждения, их мир становится более похожим на мир обычного человека. Проще говоря, вне интернатов у них появляются друзья или, во всяком случае, люди, неравнодушные не только к их творчеству, но и к ним самим.

Одинокий человек очень уязвим. Пропади он — некому будет хватиться. В интернатах живет немало людей, и до каждого из них никому нет дела из внешнего мира. В обстановке, где права человека нарушаются регулярно, этот фактор выглядит особенно пугающим. Сам Вадим Дерман говорит участникам проекта «Широта и долгота»: «Раньше у меня никого не было, а теперь есть вы».

Игорь Лунев

«Росбалт» представляет проект «Все включены!», призванный показать, что инвалидность — это проблема, которая касается каждого из нас. И нравственное состояние общества определяется тем, как оно относится к людям с особенностями в развитии.


Ранее на тему Заболевание, при котором не бывает хэппи-энда

В Петербурге прошла премьера фильма «Дом на воле»