Вандализм или искусство?

В Петербурге готовится к принятию новый закон, который поможет сохранить на зданиях города стрит-арт. Но останутся ли граффити средством социального протеста?


Эксперты считают, что можно определить разрешенные для рисунков места, но нельзя ограничивать тематику. © Фото ЦВЗ «Манеж»

Вандализм, глупый «арт», искусство? В культурной столице до сих пор ведутся споры о том, что такое стрит-арт и нужен ли он городу. Одни требуют от коммунальщиков вооружиться валиками и заняться «нормальной» реанимацией фасадов, другие сетуют на то, что Петербург безнадежно отстал от мировых мегаполисов, где культура граффити давно превратилась в часть туристического имиджа. 

Сможет ли стрит-арт Северной столицы выжить в условиях ожесточенной борьбы со службами ЖКХ? Останется ли он искусством протеста, если поместить его в рамки закона? Эти и другие вопросы обсудили на пресс-конференции в «Росбалте». 

«Разрисовать бока и лбы городов» 

Фото предоставил Олег Лукьянов

Впервые вывести живопись на российские улицы попытались футуристы в 1918 году: опубликовав декрет с призывом «взять горшки с красками и кистями своего мастерства иллюминовать, разрисовать все бока, лбы и груди городов, вокзалов и вечно бегущих стай железнодорожных вагонов». На деле же статус стрит-арта в России начал меняться только в последние 10 лет, когда прошли первые фестивали и выставки и состоялась I Московская биеннале уличного искусства «Артмоссфера». 

В большинстве мегаполисов мира граффити давно перестало быть орудием одних маргиналов — стереотип «если стены чистые, значит, район хороший» уже преодолен. Так, власти китайских городов периодически отдают художникам «на роспись» различные неиспользуемые здания. Галерея стрит-арта под открытым небом есть в Берлине: Пренцлауэр Берг, Нойкельн, Фридрихсхайн, Кройцберг, Грюневальд — несколько кварталов города уже превратились в обязательный пункт посещения для туристов. Одной из главных мировых столиц стрит-арта считают Майами, где для уличных художников выделили район Wynwood Art District. Колыбелью неформального искусства стал лондонский район Шордич. 

В Петербурге пока есть лишь одна локация, где уличные художники могут свободно творить — это музей стрит-арта на шоссе Революции. Граффити в других местах коммунальщики безжалостно уничтожают. 

Арт-жертвы ЖКХ

За прошедшие месяцы в Петербурге появилось немало ярких граффити, которые, недолго порадовав прохожих, оказались под несколькими слоями безликой краски.  Большинство работ сотрудники жилконтор уничтожили после появления анонимных жалоб на портале «Наш Петербург». 

Так, жертвой ЖКХ стал эпизод из советской комедии «Иван Васильевич меняет профессию», появившийся на трансформаторной будке на Литейном проспекте. На Малой Охте под краской оказалось граффити, посвященное победе в Великой Отечественной войне. Со Стремянной улицы исчезла стрит-арт репродукция картины итальянского художника Франческо Айеца «Поцелуй».  

Тяжело жители восприняли уничтожение галереи в переулке Радищева, где художник Олег Лукьянов воссоздал репродукции картин Сандро Боттичелли. 

«Галерея в переулке Радищева появилась как реакция на мерзость и запустение, обвалившуюся штукатурку и заплеванные стены», — сказал Олег Лукьянов. У художника в запасе целая стопка эскизов урбан-фресок, которые могут украсить безликие торцы и фасады домов в Петербурге. 

Очередным толчком к обсуждению проблемы стрит-арта стала петиция петербуржцев в защиту уличного искусства. Запустили ее в октябре, после того как коммунальщики закрасили портрет Арнольда Шварценеггера на железной будке в Александровском саду. 

Мораторий на закрашивание

Фото предоставил Олег Лукьянов

Главный вопрос, волнующий жителей: как сделать так, чтоб появившиеся арт-объекты не уничтожали? Тем более что на их месте появляется так называемый ЖКХ-арт — стена превращается в лоскутное одеяло, ведь коммунальщики закрашивают все подряд в нарушение колористики здания. 

Депутат петербургского ЗакСобрания Денис Четырбок уверен, что ввести мораторий на уничтожение рисунков на законодательном уровне нельзя, так как управляющие компании — это субъекты частного бизнеса с госучастием. 

«По идее профильный вице-губернатор может собрать всех глав районов и поручить им запретить закрашивание, ведь контрольный пакет акций управляющих компаний принадлежит государству. Но такой политической воли  нет. Сейчас по этом вопросу я вижу противодействие и неготовность коллег из Смольного пойти навстречу художникам. Проще, когда все запрещено», — говорит Четырбок. 

На чем творить?  

Законопроект о легализации стрит-арта депутаты петербургского ЗакСобрания приняли в первом чтении еще в феврале. Сейчас спорят о том, где и какие объекты стрит-арта можно разрешить. 

«В число объектов можно включить полузаброшенные здания в собственности города и трансформаторные подстанции в центре, — полагает Денис Четырбок. — В каждом районе города стоит создать опен-эйр пространства с бетонными плитами, которые будут служить холстами. Понятно, что памятники истории и культуры неприкосновенны — это святая святых. Но помимо них у нас есть исторические здания, построенные до 1917 года. Для них можно сделать смягченный регламент».

Юнна Астраханцева, координатор экскурсионных программ в петербургском Музее стрит-арта, предлагает разрешить в центре города только маленькие органичные стрит-арт интервенции. По ее мнению, масштабные изображения уместны лишь в отдаленных районах.

 

Глас несогласных 

Фото ЦВЗ «Манеж»

Сейчас согласовать стрит-арт в комитете по градостроительству и архитектуре крайне сложно — понятие «уличного искусства» в законодательстве отсутствует, и любой порыв художников гасится в неповоротливых шестеренках бюрократической машины. 

«Из-за того что Петербург входит в объект всемирного наследия ЮНЕСКО, почти невозможно ничего согласовать на фасадах. Да и регламента согласования просто нет», — сетует художник Олег Лукьянов. 

В новом законопроекте в зависимости от здания будет действовать различный порядок согласования. Так, если речь об историческом доме, идти художнику придется в КГА или КГИОП. В других случаях можно обойтись районной администрацией. В законе также должен появиться перечень документов, которые нужно принести художнику, четкий срок рассмотрения его заявки и гарантированный период, в течение которого изображение не сотрут. 

Художники надеются на то, что в рабочей группе отсеивать заявки будут не только чиновники, но и искусствоведы. 

Культурный плебисцит

«Эстетическую ценность изображения могли бы оценивать  местные жители, например, путем электронного голосования, — предлагает свою поправку в законопроект Вадим Суходольский, житель МО „Литейный округ“. — В Москве есть сервис „Активный гражданин“, где проводится регулярное голосование по всем значимым городским вопросам. Можно было бы ввести что-то подобное — с верифицированными на сайте „Госуслуги“ аккаунтах». 

Специалисты к предложению относятся скептически. 

«Заигрываться в демократию и спрашивать у каждого жителя мнение по поводу изображения не стоит — и парижане когда-то были против Эйфелевой башни», — уверена Анна Ялова, заместитель директора по развитию ЦВЗ «Манеж». 

Ее поддерживает Юнна Астраханцева, экскурсовод музея стрит-арта:

«Мы уже сто лет как отошли от классического искусства, но многие не принимают это. Абстрактные работы консервативно настроенные горожане подвергнут остракизму. Если же разрешить в рисунках только жанр реализма, только патриотическую тематику — какой смысл в таком стрит-арте?» 

В ежовых рукавицах  

 

И все же увлекаться регулированием стрит-арта не стоит, полагают специалисты: нужно помнить о том, что он зародился как маргинальное, протестное направление в искусстве, чутко реагирующее на социальные изменения. Сам факт согласования рисунков с властями может просто-напросто убить формат уличного искусства.

Фото предоставил Олег Лукьянов

«Здесь зачастую важнее сделать что-то дерзкое, провокационное. Зарегулировать полностью стрит-арт нельзя, но можно определить запрещенное. Выделить понятные критерии: рисунки не должны носить оскорбительный характер, призывать к насилию, аморальным действиям и так далее. Понять, не портит ли работа фасад исторических зданий, не мешает ли жителям», — считает Анна Ялова. 

Чем в итоге успокоится сердце петербургских стрит-арт-художников, коммунальщиков и остальных горожан, пока неясно. Очевидно одно: даже если не все художники согласятся играть по новым правилам, их стоит ввести хотя бы для тех, кто готов к диалогу.

Анжела Новосельцева


Ранее на тему Коммунальщики закрасили знаменитую галерею рисунков в переулке Радищева

Художник Никас Сафронов поддержал требование петербуржцев легализовать стрит-арт

В Петербурге появилась первая «легальная стена» для граффити