«Раковый корпус» в эпоху пандемии

COVID-19 внес коррективы в жизнь онкопациентов. Как на фоне борьбы с коронавирусом не прерывать лечение, от которого зависит жизнь?


© СС0 Public Domain

Раковые больные находятся в группе риска по коронавирусу нового типа. Изоляция с отложенным лечением или срочная госпитализация — непростой выбор, который ежедневно делают медики.

На пресс-конференции ТАСС эксперты рассказали, как COVID-19 повлиял на работу онкоцентров и изменил жизнь пациентов со злокачественными новообразованиями.

Говорящая статистика

В 2018 году на онкоучете в России стояли 3,76 млн человек, то есть 2,6% жителей. При этом опухоли теперь диагностируют чаще на 39,5%, чем десятилетием ранее. Это всего лишь цифры, но они показывают: лечение раковых больных — вопрос не только медицинский, но и социально значимый. А в условиях пандемии проблема стоит наиболее остро.

Глава отделения химиотерапии и инновационных технологий НМИЦ онкологии им. Н.Н. Петрова Светлана Проценко привела некоторые данные. Гипотеза подтвердилась: раковых больных отнесли в группу риска по коронавирусу. Смертность пациентов с таким диагнозом составляет 7,6%. Выше только у гипертоников, диабетиков, людей с респираторными и сердечно-сосудистыми заболеваниями.

Пандемия изменила жизнь людей с опухолью. Режим изоляции снизил контакты с врачами и рядовыми гражданами. Онкобольницы свели к минимуму визиты пациентов, применяют «высокие технологии», например, телемедицину.

Подробности рассказал директор НМИЦ онкологии им. Н. Н. Петрова Алексей Беляев.

В ожидании невидимого врага

Больницы в России активно перепрофилируют. Главная цель — обеспечить койки для пациентов с COVID-19 на будущее. Онкоцентры пока остаются в стороне. Угроза развития рака подчас сильнее, и не всякую госпитализацию откладывают. Впрочем, изменения затронули и эту отрасль.

«Лечение онкологических больных — это, по большей части, неотлагательные меры. Мы должны продолжить свою работу даже в условиях пандемии», — отметил Беляев.

По его словам, 20—30% медиков подхватывают COVID-19, что фактически парализует работу медучреждений. В итоге сейчас перед больницами стоят две цели — защитить пациентов от коронавируса и не допустить заражения врачей.

К переменам можно отнести то, что сотрудники теперь реже пересекаются. В учреждении открывают новые ординаторские, чтобы персонал не собирался в одном месте. Конференции и совещания проводят в онлайн-формате.

Маски, перчатки, спецкостюмы — главные помощники в борьбе с инфекцией. На дефицит средств индивидуальной защиты Беляев почти не жалуется.

«В нашем учреждении, если работать в существующем режиме, их хватит более чем на полгода», — предположил медик.

Он, впрочем, добавил, что ситуация может измениться. Поэтому новые изделия закупают про запас.

А вот с защитными костюмами проблема. Как отметил Беляев, в России повсюду наблюдают их дефицит. Медики в НМИЦ онкологии им. Н. Н. Петрова решились на эксперимент: «сымпровизировали» и сами сделали 50 изделий.

Речь идет о плотных одноразовых костюмах, закрывающих тело и голову, с очками, перчатками и бахилами. Не полноценная экиперовка, но что есть.

Перемены в жизни пациентов

Правила доступа в онкоучреждения изменились. Теперь визитеров проверяют у входа на симптомы COVID-19. Перемены застигли и тех, кто собирается лечь в больницу.

«Пациенты при себе должны иметь отрицательный тест на COVID-инфекцию. Наша служба делает звонок за день до госпитализации, выясняя ситуацию, нет ли заболевания, не было ли контактов с больными», — раскрыл подробности онколог Беляев.

Как он отметил, плановые операции отложены на неопределенный срок. Лечат только тех пациентов, для которых отсрочка станет роковой.

«Исключили профилактическое направление в амбулаторию, реабилитацию, диспансерное наблюдение за нашими больными, паллиативное лечение», — добавил медик.

Он признался, что тест-систем на COVID-19 в учреждении не хватает. Во всяком случае, для потоковых исследований. Проверяют не всех, а пациентов с симптомами коронавируса.

Таким образом, в теории инфекция может проникнуть в больницу.

«Любой пациент, который попадает к нам в стационар, имеет больший риск заболеть COVID-19, чем находясь в самоизоляции. Это понятно, потому что увеличиваются контакты с другими людьми. Пациентов предупреждают об этом», — рассказал медик.

Ситуация в учреждениях пока не критическая. В Петербурге, например, карантин объявили только в детском отделении городского онкоцентра в Песочном. Тем не менее, отметил Беляев, планы по переводу больниц в статус инфекционных уже прорабатываются. Такой исход возможен, если ситуация с пандемией станет значительно хуже.

Пандемия диктует новые правила

Российская медицина только накапливает опыт в борьбе с COVID-19. Рекомендации профильных ведомств обновляются постоянно. Представитель НМИЦ онкологии им. Н. Н. Петрова Светлана Проценко рассказала, как действуют теперь врачи.

В основе лечения — индивидуальный подход при коллективном обсуждении. Медики решают, что рискованнее: отложить борьбу с опухолью или допустить возможность заражения COVID-19. Вопрос согласованно обсуждают различные специалисты, от хирурга до химиотерапевта.

Изменилась и методика лечения. При терапии выбирают менее токсичные режимы и сокращают число процедур. Операции же — только самые необходимые. Поэтому под нож ради диагностики вряд ли положат.

«Для большинства онкологических пациентов лечение основного заболевания остается более значимым в сравнении с гипотетической угрозой заражения новым вирусом», — заключила Проценко.

Онкобольные дети

На пресс-конференции много говорили об отдельных группах онкобольных. Среди прочих, в поле зрения медиков попали несовершеннолетние.

Выяснилось, что детей среди пациентов с COVID-19 не так много: всего по 1% в группах 0—9 и 10—19 лет. Симптомы у них катаральные, то есть связаны с воспалением слизистых. Осложнения наблюдают редко, а врачи борются, по большей части, с симптомами.

«Что же происходит с нашими детьми, иммунокомпрометированными на фоне химиотерапии, раннего периода после химиотерапии, лучевой терапии? Имеет значение возраст ребенка. — отметила заведующая отделением детской онкологии НМИЦ онкологии им. Н. Н. Петрова Светлана Кулева. — Дети до трех лет наиболее уязвимы к переносу коронавирусной инфекции. К сожалению, усугубляет течение заболевания злокачественное поражение легких».

Большие дозы лекарств, наличие сопутствующих инфекций, облучение — факторы, которые влияют на прогрессирование COVID-19.

Как только коронавирус дал о себе знать, полихимиотерапию ставят на паузу. Медики выбирают новые методы лечения.

Угроза 60+

Больше всего не повезло «возрастным» больным. Как отметила заведующая отделением краткосрочной химиотерапии Елена Ткаченко, «пожилые и онкологические — это дважды напуганные». Действительно, летальный исход для таких пациентов более вероятен.

Пенсионеров теперь чаще лечат на дому. Иногда врачи прерывают медицинское вмешательство, если это возможно. В онкоцентры отправляют только «кризисных» больных, но с максимальным сокращением сроков госпитализации.

«Хотя я верю, что эта группа „пожилые плюс онкологические“ — более дисциплинированная. Во время перехода на пенсию они пережили первичный шок, что же дальше делать — то, что пугает сейчас большую часть молодого населения. Мало того, наши онкологические пациенты уже миновали фазу отрицания заболевания. Поэтому их сейчас нужно просто научить приспособиться к ситуации», — отметила Ткаченко.

По ее мнению, лучшее средство в борьбе с COVID-19 — изоляция с соблюдением правил личной гигиены. О них мы рассказывали ранее.

Никита Строгов

«Росбалт» представляет проект «Не бойся!». Помни, что рак не приговор, а диагноз. Главное — вовремя обратиться к врачу.


Читайте также Биолог заверил в победе над COVID-19 и предостерег: Природные зоонозные вирусы никуда не денутся

Патологоанатом: Легкие при коронавирусе не являются мишенью № 1

Профессор рассказала о серьезных последствиях COVID-2019 для переболевших