Россия не пойдет на поправку

Вносимые в Конституцию изменения — дымовая завеса, причем низкого юридического качества. Нас ждет крупнейшая спецоперация по мистификации за всю постсоветскую историю голосования.


«Смысл всего голосования — это политическая аккламация, выражение лояльности лидеру» © Коллаж ИА «Росбалт»

Неделя общероссийского голосования по поправкам в Конституцию стартовала 25 июня. Россиянам предлагается не мудрствуя лукаво принять пакетом 206 поправок самого разного свойства — от защиты детей и животных, веры в бога до территориальной целостности и, конечно, той самой «космической» поправки, которая позволит нынешнему президенту оставаться у власти аж до 2036 года. 

За что на самом деле будут голосовать граждане России? Что представляет собой процедура голосования? Почему она проводится сейчас, невзирая на то, что количество активных носителей COVID-19 в стране не падает ниже 200 тысяч? Корреспондент «Росбалта» задал эти вопросы политологам, депутатам и социологам. 

Лев Шлосберг, депутат Псковского областного Собрания депутатов:

Фото с сайта shlosberg.ru

«Нас ждет процедура, через которую страна не проходила никогда. Это не выборы, не референдум, не всенародное голосование, предусмотренное процедурой принятия Конституции. Строго говоря, это даже не плебисцит. 

Это чем-то похоже на организацию голосования в Крыму в 2014 году — некое общественное действие, при котором процедура не просто не важна, она демонстративно игнорируется.  Думаю, нас ждет самая крупная спецоперация по мистификации результатов за всю постсоветскую историю голосования в России.

Все эти нарушения связаны с политическим заданием — статистически показать всенародный приступ обожания Путина. Речь не об отдельных поправках в Конституцию, а о том, чтобы разрешить ему пожизненное правление. Все остальное, что помещается в Конституцию — законодательный мусор, который в чем-то может испортить людям жизнь, а в чем-то нет. Потому что 90% поправок — предмет регулирования федеральных законов, в Конституции они не нужны. Это дымовая завеса, причем низкого юридического качества. 

Зачем спешат с голосованием? В том числе затем, чтобы конвертировать те подачки, которые сейчас раздают народу, в какой-то политический результат. Но очевидна паническая установка власти на достижение «нужных» результатов голосования любой ценой.

Начальники сейчас пойдут на любые преступления, чтобы нарисовать нужные цифры — никто не узнает, сколько напечатано бюллетеней на самом деле и что шесть суток досрочного голосования будет происходить по ночам, когда наблюдатели будут уходить домой… 

А мы видим, сколько придуманных условий делают реальное наблюдение невозможным — голосовать можно в беседке во дворе, дома, на улице. Смертельно больному коронавирусом дадут возможность опустить бюллетень в специальную урну.

Это голосование — попытка абсолютной консервации совершенно устаревшего, не отвечающего ничьим ожиданиям и требованиям жизни способа государственного правления. 

Идти на голосование или нет? Если бы не было смертельно опасной эпидемии — не только для пожилых, но для всех — несмотря на весь беспредел, при котором организуется эта процедура, я бы призвал идти и голосовать «против». В надежде, что сфальсифицируют не все, но — главное — вы сможете сказать себе, родным, знакомым и друзьям, что сделали все, что могли, проголосовали против.

Но сегодня каждый избирательный участок становится местом повышенной опасности для людей, в том числе для членов комиссий, через которых пройдут тысячи людей. Государство, которое приглашает людей на голосование, после которого они могут умереть, — бессовестное государство. 

Думаю, каждый должен принять это решение сам, отвечая за здоровье своей семьи и близких. И если вы все-таки вы хотите проголосовать, сделайте это только 1 июля — потому что на досрочном голосовании украдены могут быть абсолютно все голоса «против»».

Владимир Гельман, профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге и университета Хельсинки: 

«Процесс проведения голосования обеспечивается всей административной машиной государства: президентская администрация дает указания губернаторам. Не знаю, какие контрольные цифры закладываются по тем или иным регионам, но думаю, они будут сильно варьироваться от одного к другому. И нет сомнений в том, что администрация очень заинтересована в высокой явке и в том, чтобы как можно больше избирателей проголосовали «за».

И понятно, что цель эта будет достигаться всеми доступными методами. Начиная с давления на работников госпредприятий, бюджетных учреждений и заканчивая банальными методами подтасовки итогов голосования. Методы давления в принципе играют большую роль — ведь значительная часть граждан сильно зависима от своего начальства, и если им дадут указание явиться на избирательный участок, им сложно ослушаться. Мы же помним о том, что у большинства бюджетников есть оклады и надбавки, объем которых обусловлен тем, выполняют люди указания начальства или нет? И перспектива лишиться заработка в случае неправильного поведения — довольно пугающая…

Кроме того, на этом голосовании возможности избирателей будут сильно ограничены, а сама процедура — крайне непрозрачна. Так, в Москве и Нижегородской области голосовать будут по интернету — это серьезный повод для беспокойства. В целом же наблюдатели играют огромную роль в избирательном процессе: так, после думских выборов 2011 года в Москве провели исследование, которое показало, что на тех участках, где наблюдатели присутствовали, голосов за «Единую Россию» было на 11% меньше чем там, где их не было. То есть простое присутствие наблюдателя служит ограничителем. 

Исходя из всего этого, уверен, что результаты голосования по поправкам отражать предпочтения людей не будут». 

Мария Мацкевич, сотрудник Социологического института РАН:

Фото из личного архива Марии Мацкевич

«Голосование по Конституции в любом государстве — это важный символический акт. Опросы ВЦИОМ и независимых социологических организаций показывают интересную тенденцию: те, кто собираются голосовать «за», в основном, идут на выборы, те, кто «против» — остаются дома.

Так, в отношении Москвы, которая традиционно считается оппозиционной, прогнозируют такие результаты: около 60% «за», около 40% «против». По стране ВЦИОМ дает прогноз немного более двух третей «за» (67-71%), чуть менее трети — «против» (28-32%). Данные по стране, скорее всего, будут отличаться, но очевидно одно: сторонники поправок гораздо более мобилизованы, чем противники.

Почему противники поправок предпочтут остаться дома? Здесь разный спектр причин: кто-то принципиально не ходит на выборы, кто-то бойкотирует именно эти, кто-то боится коронавируса. 

Кстати, судя по данным опросов, среди противников поправок много тех, кто очень серьезно воспринимает угрозу заражения и строже соблюдает меры безопасности. То есть для них это дополнительный аргумент, чтобы не идти».

Сергей Цыпляев, декан юридического факультета Северо-Западного Института Управления РАНХиГС: 

Фото Игоря Акимова

«Конституция — это стратегический документ с нормами, которые действуют десятилетиями, и поэтому никакой спешки в принятии поправок быть не должно. Очевидно, что в связи с пандемией голосование лучше было бы перенести подальше, потратить лишние полгода на обсуждение. Мы двадцать шесть лет прожили при этой Конституции, подождали бы еще немного. В мире, кстати, действует практика принятия поправок в течение нескольких лет, это нормально.

Почему голосование решили проводить именно сейчас? Думаю, у власти есть опасения, что экономическая ситуация дальше будет только ухудшаться, пандемия ударила по экономике всех стран, и Россия вряд ли останется островом стабильности. А еще вокруг поправок была запущена программа общественно-политической мобилизации граждан и, как я понимаю, ее достаточно тяжело остановить. 

К слову, те самые артисты театра и кино, которые помогают власти мобилизовать людей — например, Сергей Безруков, — по сути, вводят их в заблуждение. Так, Безруков говорит о защите русского языка, хотя в поправках к Конституции об этом речи нет — сказано лишь то, что это язык государствообразующего народа, то есть поправка определяет статус народа, а не языка. 

И тут ситуация неоднозначная — другие народы что, не образуют наше государство? Это разделение наших народов укрепит положение русского языка? По телевизору и на плакатах часто ведется разговор о том, чего нет в поправках. 

Конституционная повестка далека от граждан, у них обычно стандартные установки: поддерживать власть или нет, участвовать в выборах или нет. Как правило, статистика показывает, что власть стабильно поддерживает треть населения, которая считает, что наверху знают, как лучше, и им не нужно мешать. Думаю, в этот раз будет примерно так же. В любом случае, дело не в поддержке именно поправок — в них разбирается немного людей, большинство до конца не дочитали новый документ. 

Да и во время пандемии у людей больше забот о том, как не потерять работу и прокормить семью, чем об изменениях в Конституцию. Голосование просто будет выражать поддержку власти или ее отсутствие».

Григорий Юдин, профессор московской Высшей школы социальных и экономических наук: 

Стоп-кадр видео

«Есть факторы, которые играют на снижение и на повышение явки. Снизит ее слабый интерес людей к самому событию, ощущение, что решение уже принято. Отрицательно повлияет на явку и то, что голосование проходит в летний сезон, а в стране — пандемия. Администрация пытается повысить ее: проводит процедуру в течение целой недели, предлагает самые разные форматы голосования — онлайн и дистанционно, через прикрепление к другим участкам. Используются дополнительные инструменты — подарочные сертификаты, лотереи, призы на избирательных участках. Ну, а самый главный фактор, играющий на повышение явки — массовое принуждение, которое мы видим по всей стране.

Сегодня мы наблюдаем беспрецедентное давление на электорат. Да, есть категории, которые к нему уже привыкли, но даже с ними это происходит все чаще, в последний раз — два года назад, во время президентских выборов. Но есть также и большая категория граждан, для которых столь массированное принуждение и в такой форме — что-то новое. Это работники крупных компаний, а также те бюджетники, от которых сегодня требуют пригнать на голосование еще троих или четверых человек. Ведь администрации сегодня нужно решать более тяжелые задачи в сложных стартовых условиях — уровень поддержки Путина сильно просел за эти два года, и людей на процедуру голосования приходится буквально мобилизовывать. 

Итоговый результат несложно предсказать. Понятно, что администрация колеблется между двумя вариантами: умеренный — явка 50-52%, из них — 65% «за». Второй вариант радикальный, который хотелось бы видеть президенту — явка 60-70% и больше 65% «за» (это должно дать абсолютное большинство» от всех избирателей, как выразился Путин). Но реальный результат, думаю, будет где-то между — второй вариант слишком амбициозный, и может снизить саму легитимность процедуры.

В целом же смысл всего голосования — это политическая аккламация, выражение лояльности лидеру. Однако мы видим здесь двуличную и противоречивую позицию — несмотря на то, что всерьез идет речь о том, чтобы дать Владимиру Путину мандат на пожизненное правление с сильно расширенными полномочиями, это камуфлируется через 205 других поправок. Все потому, что идея очень непопулярна, и есть риск нарваться на протесты».

Анжела Новосельцева

Истории о том, как вы пытались получить помощь от российского государства в условиях коронакризиса и что из этого вышло, присылайте на адрес COVID-19@rosbalt.ru


Читайте также Минздрав уточнил, как именно дети болеют коронавирусом

Росстату призвали вернуть независимость

Елена Лукьянова. Это — не провокация