Война с раком: от древности до наших дней

Долгое время рак считался неизлечимым, но с развитием биологии и медицины ученые находили все больше способов его победить.


От рака человек страдал еще до того, как стал человеком. © Фото предоставлено пресс-службой Елизаветинской больницы

Онкологические заболевания сопровождали человечество всю историю: самой древней человеческой опухоли около 1,7 млн лет. Долгое время рак считался неизлечимым, но с развитием биологии и медицины ученые находили все больше способов его победить. Как называл опухоль Гиппократ? Чем лечили рак в Средневековье? Что стало первым прорывом в лечении? Разбирался корреспондент «Росбалта».

Древние опухоли

Ученые выяснили: от рака человек страдал еще до того, как, строго говоря,стал человеком. Так, в ходе раскопок в Южной Африке археологи обнаружили на левой ноге гоминида следы опухоли, которая явно мешала ему ходить. А первые письменные упоминания онкологии исследователи встретили в древнеегипетском папирусе: там описывается рак молочной железы, который без успеха пытались лечить прижиганием.

Древнегреческий целитель Гиппократ обнаружил, что опухоль, разрастаясь, становится похожа на клешни рака, и назвал ее carcinos и carcinoma — наименования позже трансформировались в «рак» или cancer. Древний врач придерживался теории о том, что в теле человека есть четыре жидкости или гумора — кровь, слизь, желтая и черная желчь. Причину опухолей он видел в скоплении черной желчи в одном из человеческих органов. Гиппократ также считал, что без врачевания пациенты живут дольше, так как желчь уже разлилась по организму. Эта мысль о распространении рака по организму была правильной — позже ученые установят, что раковые клетки способны давать метастазы, хотя ни с какой черной желчью это, конечно, не связано.

Средневековые операции

Доктора придерживались гуморальной теории больше 1300 лет, потому исследование рака никак не двигалось. Кроме того, в средневековом теоцентрическом обществе вскрытие человеческого тела было запрещено церковью, и это также ограничивало изучение опухолей. Хотя лечить рак пытались: опухоли прижигали, пускали кровь и проводили различные обряды. Целители того времени широко использовали ртуть, серу и мышьяк, травяные настои, экстракты тканей экзотических животных, змеиный и пчелиный яд. Однако никакого положительного эффекта эти меры не давали.

Первый шажок в сторону изучения рака удалось сделать после отмены запрета на вскрытия в XVI веке. Голландский анатом Андреас Везалий создал первый анатомический справочник, а спустя век британский врач Мэтью Бейли описал строение различных патологий. Гуморальная теория потерпела крах, и в XVII веке начали делать первые операции. Правда, скоро врачи осознали, что после хирургического вмешательства новообразование возвращается, а больные умирают — либо от потери крови, либо от ее заражения.

В том же столетии голландский хирург Адриан Гельвеций впервые провел мастэктомию, полностью удалив у женщины пораженную раком молочную железу, после чего она выздоровела. С тех пор врачи придерживались метода радикальной хирургии, пытаясь вырезать как можно больше тканей вокруг опухоли. И только в 1970-е годы стало ясно, что точечная хирургия при онкологии молочной железы не менее действенна, чем радикальная мастэктомия.

В 1846 году, наконец, был открыт наркоз, позволивший пациентам не терпеть боль во время операций. Вскоре также выяснилось, что мазь на основе карболовой кислоты заживляет раны и убивает бактерии — появление антисептика сделало операции более эффективными.

На заре лучевой терапии

По-настоящему понимать принцип разрастания раковой опухоли врачи стали только после труда «Клеточная патология» немецкого ученого Рудольфа Вирхова, который в середине XIX столетия обнаружил, что клетки в злокачественных образованиях делятся бесконтрольно.

В конце этого века зародилась лучевая терапия: ученые открыли рентгеновские лучи. Американский врач Эмиль Груббеобратил внимание, что кожа и ногти у людей, работавших с излучением, разрушаются, и предположил, что лучи уничтожают и раковые клетки. Вскоре в Европе и США заработали клиники, предлагающие пациентам пройти лучевую терапию, и она действительно давала эффект, если опухоль еще не пустила метастазы. Однако пациенты сталкивались с другими проблемами: поток излучения был неоднороден, большая часть дозы приходилась на здоровые ткани, что приводило к мутациям в клетках и, как результат, к новым опухолям.

В начале XX века французские ученые Пьер и Мария Кюри обнаружили, что радий проникает намного глубже, чем рентгеновские лучи, и начали использовать его в лечении. Настоящим прорывом стал бетатрон, который в 1940 году собрал американский физик Дональд Керст. Этот аппарат испускает частицы с высокой энергией и проникающей способностью, благодаря чему возникает мало рассеянных лучей. Еще через 11 лет шведский нейрохирург Ларс Лекселл представил миру аппарат «Гамма-нож» с рядом источников излучения радиоактивного кобальта, который давал однородный пучок большой энергии. Бетатрон и гамма-нож активно используют для лечения рака и по сей день.

Химоружие против рака

Метод химиотерапии был открыт только в XX веке, и этому способствовала разработка химоружия во время Первой и Второй мировых войн. Так, во время Первой мировой войны врачи обнаружили у солдат, отравленных ипритом, аномально низкий уровень лейкоцитов. На основе иприта ученые синтезировали целый ряд веществ, что стало толчком к развитию противоопухолевых препаратов на основе алкилирующих агентов.

Уже через 20 лет удалось разработать 3 тысячи таких лекарств, нацеленных на уничтожение всех быстро растущих клеток — именно поэтому у пациентов выпадали волосы, брови и ресницы. Сегодня онкологи также используют противоопухолевые препараты этой группы при лечении лимфомы Ходжкина, миеломной болезни, рака яичника и других видов рака.

Еще один подход к химиотерапии — заслуга бостонского ученого Сидни Фарбера, открывшего аминоптерин — антиметаболит фолиевой кислоты, который мешает синтезу ДНК. В качестве эксперимента он вводил инъекции ребенку с лейкемией, и в результате тот вошел в ремиссию. Так появилась эндокринная терапия, которую сегодня назначают больным с гормонозависимыми опухолями (щитовидки, поджелудочной, простаты, яичников и пр.). Открытие антибиотиков также имело огромное значение в химиотерапии: больше всего онкологам пригодились антрациклины — противоопухолевые антибиотики с широким спектром действия.

Такхимиотерапия рака стала третьим методом лечения в онкологии наряду с хирургией и лучевой терапией. Кстати, сами хирургические вмешательства тоже изменились: сегодня, благодаря мини-видеокамерам стали возможны малоинвазивные операции. Развивается также лазерная хирургия икриохирургия, которая ликвидирует раковые клетки жидким азотом.

«На протяжении последних десятилетий удалось достичь очень значимых результатов, — отмечает Федор Моисеенко, заведующий химиотерапевтическим отделением Санкт-Петербургского онкоцентра, профессор кафедры онкологии. — За счет совершенствования хирургического пособия и применения комбинированных подходов выросло число излеченных больных — например, раком молочной железы и толстой кишки. Для многих опухолей при применении современных методов продолжительность жизни измеряется годами, даже в случае наличия отдаленных метастазов — дольше живут люди с никоторыми видами рака легкого, почки, меланомой, раком толстой кишки и молочной железы».

Таргетнаяи иммунотерапия — альтернатива «химии»

Последнее слово в лечении рака —таргетные лекарства, работающие с конкретными «мишенями». Так, одни препараты доставляют убивающее раковые клетки вещество прямо в опухоль, другие блокируют сигнал, который получает клетка перед началом бесконтрольного деления. А третьи блокируют образование сосудов в новообразовании, чтобы опухоли было нечем «питаться».

«Однако высокие ожидания от таргетных препаратов пока оправдались лишь у небольшой доли пациентов. Большинству такая терапия, которая по-прежнему имеет очень высокую стоимость, либо не нужна, либо лишь немного улучшает результаты химиотерапии», — уточняет Федор Моисенко.

Настоящий прорыв в медицине совершила иммунотерапия: сегодня ясно, что онкология провоцируется мутациями в ДНК, которые в течение жизни накапливаются в клетках. Так, если клетка накопила токсины, в здоровом организме иммунитет ее видит и ликвидирует. Опухоль же начинает расти тогда, когда одна из клеток ведет себя неадекватно, бесконечно делится, а иммунная система это игнорирует. Иммунотерапия же предполагает, что иммунитет сам бросит все свои силы для борьбы с раком. И в новом методе лечения используют генетически модифицированные клетки, которые остаются в крови человека и формируют ему пожизненный иммунитет от онкологии. По сути, это индивидуально разработанное оружие против опухоли в конкретном организме.

Этот новый метод лечения уже помог больше 90% смертельно больных людей достичь ремиссии — пациенты участвовали в клинических испытаниях. Однако пока врачи не знают, как долго сохранится эффект от такой иммунотерапии. Увы, полная персонализация таргетного и иммунного лечения каждого больного войдет в рутинную практику онкоцентров совсем не скоро.

«Недавно появились ингибиторы контрольных точек иммунного ответа— группа современных препаратов, действие которых направлено на восстановление нормального противоопухолевого иммунного ответа через блокирование ключевых точек иммунитета. Это следующий значимый виток развития противоопухолевого лечения, который даст шанс на излечение или длительную ремиссию существенной доле пациентов — 10-30% в зависимости от вида рака», — объясняет Федор Моисеенко.

Однако, отмечает врач, одного развития медицины мало — нужна профилактика рака, который, как известно, является следствием долгого воздействия канцерогенных факторов. И снизить риск его возникновения можно лишь при хорошей экологии, ведя здоровый образ жизни с активными физическими нагрузками и правильным питанием. А еще важна профилактика вирус-ассоциированных опухолей и регулярные обследования, которые помогут выявить болезнь на ранней стадии. Только сочетание этих мер вместе с новыми медицинскими прорывами поможет в итоге победить коварную болезнь.

Анжела Новосельцева

«Росбалт» представляет проект «Не бойся!». Помни, что рак не приговор, а диагноз. Главное — вовремя обратиться к врачу.




Читайте также «Бывших» онкобольных не бывает

Врач рассказал, как онкобольному выбрать курорт без ущерба для здоровья

«Лучше б он пил!»: интервью Дегтярева Шнурову набирает дизлайки