Новое в старом: как преодолеть границы исторического центра

Огромная акватория и дефицит площадей в Северной столице влекут за собой проблемы создания общественных пространств.


Один из главных трендов — развитие «внутрь» © Фото предоставлено проектом Temple of Deer

Петербург — город с самым большим историческим центром в Европе. Его площадь около 5.8 тыс. гектаров и включает более 4000 памятников архитектуры. Многие из них — не только наше, но и мировое культурное достояние, а сам исторический центр еще на XIV сессии ЮНЕСКО был целиком включен в список объектов Всемирного культурного наследия. Но столь почетный статус влечет за собой и немалый груз проблем.

И очередной темой в поисках «новых гениев старых мест» в рамках спецпроекта «Росбалта» стали последние проекты развития старых кварталов.

«Запретный» город

Рекорды Северной столицы площадью исторического центра и числом памятников не заканчиваются — Петербург еще и самый крупный северный мегаполис мира. В то же время неширокие улицы в центре, множество набережных и мостов, которые летом еще и разводятся, создают «нерешаемые» транспортные проблемы. Свободных пространств практически нет, а охранный статус памятников и фанатичная любовь жителей к своему городу почти всегда приводят к противостоянию властей и населения по поводу любого нового проекта в историческом центре.

Но если протесты против башни Газпрома в центре закончились появлением современного ансамбля с «Лахта-центром», стадионом, силуэтом ЗСД и заливом, то, например, с Новой сценой Мариинского театра «что-то пошло не так», и результатом протестов вкупе с отсталостью советских СНИПов и бюрократическими препонами стал отказ от уникального проекта, победившего в конкурсе с участием всемирно известных зодчих.

И теперь над узким Крюковым каналом вместо изящного силуэта, задуманного Домиником Перро как «расшитая золотом мантия» для исторического здания Мариинки, нависает монструозный прямоугольный «кирпич», брошенный в центр старинного квартала.

Время расти изнутри

Куда удачнее сложилась судьба нового Концертного зала Мариинки, созданного в стенах бывших декорационных мастерских тоже французом Ксавье Фабром. Современный фасад красиво оформил кирпичное здание, упрочив моду на реабилитацию закрытых производственных и складских помещений, которых в центре немало.

И если поначалу из них в основном делали бизнес-центры, в то время как в новых районах с нуля возводились десятки ТРК с магазинами, кинотеатрами, фитнес-центрами и фудкортами, то по мере насыщения города офисами и торговыми площадями, власти и бизнес все чаще задумывались о культурных и гастрономических направлениях реновации старых зданий в центре.

Но каким бы ни был новый проект, он всегда требовал множества согласований и больших инвестиций в инженерию и логистику. Что, с учетом охранного статуса многих фасадов и отдельных элементов промышленного интерьера, оказалось совсем непросто.

Зато новым целям отвечала выгодная локация многих объектов: когда-то фабрики и заводы строили вдоль главных транспортных артерий, одной из которых была Нева и ее притоки, и теперь из многих зданий открывается прекрасный вид на воду. Да и к тем объектам, что располагались «на суше», почти всегда имеется удобный подъезд.

Распределение контрактов — процедура не всегда прозрачная. По многим зданиям особых тендеров не проводилось, бюджеты проектов оглашались далеко не всегда, а уж конечные цифры вложений и подавно оказывались тайной за семью печатями.

Известно, например, что создание Buddha Bar в здании бывшей текстильной мануфактуры на Синопской набережной обошлось в десятки миллионов евро. Для сравнения: строительство нового отдельно стоящего здания для другого ресторана той же группы стоило на четверть дешевле.

Зато Buddha Bar показал пример трепетного отношения к ценным деталям исторического промышленного интерьера: выкрашенные в золотой цвет металлические заводские колонны, на которых сохранились старинные клейма предприятия, нисколько не противоречат «китайской» дворцовой роскоши интерьера и даже стали его украшением.

И зрелищ, и хлеба

Как бы то ни было, новый тренд — создание новых музыкальных, арт- и гастрономических пространств в старых промышленных зданиях — не остановила даже пандемия.

Только за последние год-два Северная столица приросла сразу несколькими «новыми старыми», в числе которых и новое музейно-гастрономическое «крыло» Новой Голландии — «Дом 12».

© Фото ИА «Росбалт»

В любовно обновленное угловое здание на Адмиралтейском канале наискосок от площади Труда, переехал знаменитый ресторан Матильды Шнуровой СоСоСо, образовав в новых стенах сразу два заведения одного гениального шефа Игоря Гричечкина — демократичное CoCoCo bistro и вечерний гастрономический Сococouture.

Фото ИА "Росбалт"

В последнем восхищает не только качество работы реставраторов, отчистивших во всем здании уникальные кирпичные своды и кладку, но и изысканный дизайн интерьера ресторана с расписными фризами и великолепным освещением.

Резидентами «Дома 12» стали также Музей современного искусства «Гараж» и Центр цифровой трансформации «Газпром нефти» «Цифергауз», а подступы к новому объекту превращены в прекрасный образчик садово-паркового искусства.

Продолжают развиваться и прирастать новыми подразделениями и уже популярные «Севкабель порт» в Гавани и мультифункциональное пространство Ленполиграфмаша на Карповке, ставшие настоящими культурно-просветительскими кластерами с офисами, коворкингами, технопарками, ресторанами и общественными пространствами.

С жилым строительством в историческом центре Петербурга дела обстоят куда хуже: найти свободные и даже относительно свободные большие территории почти нереально.

Исключение представляют бывшие промзоны и бывшие дачные пригороды, ныне примыкающие к историческому центру — Петровская коса и, конечно же, Крестовский остров, хотя их география не позволяет позиционировать их как внутренние ресурсы исторических районов.

Единственной полноценной жилой застройкой является выросший в непосредственной близости от Ленполиграфмаша на Аптекарском острове новый квартал вокруг телебашни и проспекта Медиков. Помимо интересной архитектуры жилых зданий, среди которых есть и настоящие шедевры современных архитекторов, любопытно внутреннее устройство дворов и общественных пространств — например, «контейнерные» блоки различного назначения во дворе торгового и офисного центра River House.

© Фото ИА «Росбалт»

Новейшие гении старых мест

Из последних городских удач хотелось бы отметить два недавно открытых крупных объекта, расположенных в бывших промышленных зданиях — новый мультифункциональный центр Temple of Deer в помещении бывшего завода «Арсенал» на Арсенальной набережной и ресторан «Огниво» на Малом проспекте В.О., 57.

Temple of Deer поражает своим размахом — 25 тыс. квадратных метров, поделенные на крупные «лофты», предназначенные под разнообразные культурные и музыкальные события, а также концертная площадка в 1100 кв. м на двух уровнях и с новейшим звуковым оборудованием для приема артистов со всего мира.

© Фото ИА «Росбалт»

Интерьер — пример «щадящей» реновации с сохранением исторических элементов. В ходе работ был обнаружен подземный ход, ведущий к Неве, что открывает новые возможности для создания собственного пирса и дополнительного водного сообщения.

© Фото ИА «Росбалт»

Возможно также развитие проекта «внутрь» квартала в сторону улицы Комсомола. Но все это пока только в планах — в то время как основные помещения «Храма Оленя» уже готовы к приему гостей.

Единое двухуровневое пространство нового ресторана «Огниво» площадью около 1200 кв.м в здании бывшего завода Посселя на Васильевском удивляет непривычным сочетанием большого объема и уюта.

Новый ресторанный проект Андрея Перцева — пример талантливого зонирования больших пространств, где в центре — открытая кухня с печью для пиццы и большим грилем, а по периметру зала «растут» столетние оливы, привезенные с Сицилии. Для них создана система полива в виде «тропических душей», расположенных непосредственно над каждым деревом.

Оливы отделяют основной зал от боковой «галереи» с окнами в пол, выходящими во внутренний двор с фонтаном, куда летом планируется вынести часть столиков.

Вообще для этого места Васильевского поблизости от Смоленского кладбища и еще не освоенных промышленных зданий в состоянии полураспада успех ресторана неожиданен — и уникальность его интерьера сыграла в этом не последнюю роль, пусть даже его комфортная итальянская кухня пока только стремится к гастрономическому совершенству.

Остров неосвоенных сокровищ

Васильевский остров с точки зрения еще неиспользованных «внутренних ресурсов» вообще настоящее Эльдорадо. Совсем недалеко от «Огнива» и рядом с музеем «Эрарта» (тоже образцом удачной реабилитации старого сталинского здания) уже ждет своей очереди на внутренний ренессанс шедевр конструктивизма — ДК им. Кирова, а в полутора километрах от него продолжается поэтапное освоение Кожевенной линии.

© Фото ИА «Росбалт»

В добавление к кластеру «Севкабеля» (Кожевенная, 40) здесь скоро появится новое концептуальное общественное пространство MoRe (Roof Place) на Кожевенной, 30, где слоганом станут «музыка & more».

Концерты будут проводиться на берегу Финского залива (и первые из них уже состоялись), планируется открытие двенадцати баров и двух «серьезных» ресторанов, а пространство в целом должно стать новым творческим кварталом с театральной площадкой и собственным музеем.

© Фото ИА «Росбалт»

Здесь уже прекрасно сосуществуют полностью обновленный кожевенный завод 1893 года, где и расположатся заведения общепита, и контейнерная архитектура соседнего с ним бара «К30». В ближайших планах — дальнейшее освоение береговой линии и понтонный пляж. Ждать осталось недолго.

© Компьютерная модель Кожевенной, 30

Главное — успеть обо всем написать…

Тамара Иванова-Исаева

«Росбалт представляет проект «Гений места», посвященный людям, которые в новых районах Северной столицы создают места, достойные называться «петербургскими».

Партнер проекта «Гений места» — отель «Введенский», продолжающий традиции петербургского гостеприимства.


Читайте также Депутат потребовал отказаться от нового небоскреба, угрожающего исказить «небесную линию» Петербурга

Депутат Госдумы Макаров: Из-за дворцов в Петербурге не видно «Лахту»

Диетолог назвал неожиданное свойство редиса