Адвокат шайтана

Ультиматум московского юриста о необходимости введения в Москве шариатского суда стал большим подарком для разного рода националистов. Мусульмане же называют его "безумцем", "провокатором" и "врагом ислама".

Генеральная прокуратура поручила прокурору Москвы проверить высказывания адвоката Дагира Хасавова о «мертвом озере в Москве» на предмет наличия в них экстремизма. Сам юрист, по утверждению сына, скрывается на «конспиративной квартире», откуда грозит судом телеканалу «Рен ТВ». Тем временем общество пытается понять – что это было?

Заявление московского адвоката, безусловно, стало большим подарком для любителей поразжигать межнациональную и межрелигиозную рознь. Торжествующие ультраправые на своих ресурсах утверждают, что Хасавов сказал то, что держат в головах многие кавказские мусульмане, но не говорят открыто. «Он сделал для разжигания межнациональной розни в России больше, чем все националисты – и русские, и остальные - вместе взятые», – констатировал экс-лидер запрещенного «Славянского союза» Дмитрий Демушкин.

Те общественные деятели, которые приложили немало сил, чтобы представить ислам цивилизованным в глазах россиян, понимают, что заявлениями Хасавова этим усилиям нанесен серьезный удар. «Выглядит это как провокация. Эти слова наносят страшный удар по исламу и, в принципе, являются акцией, враждебной исламу», –  констатировал председатель Исламского комитета России Гейдар Джемаль. Правда, лидер Исламкома предположил, что Хасавова могли «недопонять» и исказить его слова.

Бывший член Общественной палаты РФ Максим Шевченко, которого иногда называют «исламофилом», не стал оправдывать Хасавова. «Такие слова мог сказать или провокатор, или сумасшедший. Я считаю, что этот человек, видимо, сумасшедший», –  отметил Шевченко в интервью корреспонденту «Росбалта».

Резко отреагировали на эскападу Дагира Хасавова и в Совете муфтиев России (СМР). Заместитель председателя СМР Рушан хазрат Аббясов назвал высказывания  Хасавова провокацией и проявлением «весеннего обострения». По его словам, адвокат и ранее был известен своими заявлениями, дискредитирующими ислам и мусульманских лидеров, его целью является привлечение внимания к своей персоне. Впрочем, иного от СМР ожидать и не стоило: у Хасавова и Совета муфтиев – давняя вражда. Московский адвокат был среди тех, кто обвинял СМР в «вандализме» из-за сноса старого здания столичной соборной мечети, а также интересовался подробностями финансовых трат лидеров СМР.

Парадоксальным во всей этой ситуации выглядит то, что фактически в поддержку требований Хасавова ввести шариатские суды в Москве высказался председатель синодального отдела по взаимоотношениям церкви и общества РПЦ Всеволод Чаплин. «Не стоит ограничивать исламскую общину в возможности жить по своим правилам. Именно такой путь, я думаю, актуален в будущем и для России, и для Западной Европы. Но очевидно, что нельзя навязывать эти правила другим, вне своей общины», – сказал Чаплин.

«Заявление безумного чеченского адвоката о том, что мусульмане зальют Москву кровью, если им будут мешать создавать шариатские суды, вызвавшее бурю возмущения у всех нормальных людей, нашло понимание в Русской православной церкви. Господин Чаплин уже успел заявить, что не видит ничего плохого в шариатских судах. Надо полагать, Чаплин сразу же сообразил, что под это дело можно и церковные суды создать. Они, скажем, могли бы рассматривать дела о кощунстве и богохульстве. Как было бы здорово сжечь девушек из Pussy Riot на законном основании. И как бы быстро тогда пошел процесс воцерковления России», – прокомментировал высказывание Чаплина в своем блоге лидер сетевого клуба «7 ноября» Дмитрий Якушев.

Однако попытки представителей православия бежать впереди мусульманского паровоза выглядят еще более курьезными в связи с тем, что исламское духовенство вовсе не жаждет учреждения неких «шариатских судов». К рекомендательным нормам шариата мусульмане могут обращаться и без сомнительных «судов». «Есть вопросы семейного права, разводов, права наследия – по этим вопросам мусульмане часто обращаются и в духовное управление, и к имамам, и те объясняют им на основе шариата. Это повседневная практика. Вопрос создания шариатских судов сегодня не стоит абсолютно», – разъяснил верховный муфтий Талгат Таджуддин.

С идеей создания «шариатских судов» носятся весьма подозрительные личности. Тот же Дагир Хасавов, критикуя «официальное» духовенство, намеревался создать «Мусульманский союз», который, по его мысли, и должен был творить суд и расправу по шариатскому праву. По сути, идею «шариатских судов» пытаются раздуть деятели, которые под маркой «шариата» желают создания политических органов, параллельных светской власти и традиционным религиозным структурам.

Не горит желанием попасть под юрисдикцию «шариатских судов» и большинство мусульман. Обращение к шариатскому праву даже на Северном Кавказе не имеет массового распространения, рассказал корреспонденту «Росбалта» завкафедрой политологии и социологии Кабардино-Балкарского госуниверситета, кандидат юридических наук Тимур Тенов. «Когда и одна сторона, и другая согласны на рассмотрение дела местным имамом или каким духовным лицом, то такие случаи урегулирования вопросов бывают. Это касается в большей степени семейно-правовых отношений, то есть того, что не в полной мере практикуется судами общей юрисдикции. Но говорить о том, что это происходит массово, нельзя», – уточнил Тимур Тенов.

«Общество создало и постоянно совершенствует светские законы, которые в основе своей, так или иначе, базируются на религиозных заповедях, которые в предельно ясном и конкретном изложении охватывают основные правила поведения человека любой веры и национальности», – написал ингушский блогер Аслан. Он же высказал мнение, что «шариатский суд» окажется не менее коррумпированным и пристрастным, чем суд светский.

Основной вопрос сторонникам «шариата», который задают критики: а что будет, если постановления «шариатского суда» войдут в противоречие со светскими законами? Блогер Аслан, отвечая на этот вопрос, рассказал пример из жизни, свидетелем которого он стал: некий местный житель похитил нефть из трубопровода. Похитителя нашли правоохранители, но попытка отобрать украденное не увенчалась успехом – тот обратился к местному имаму. «Имам был выше всякого совершенства. Он сказал: нефть эта не ваша и не его. Земля ее дала, и земля ее заберет!». По итогам «шариатского разбирательства» нефть осталась у похитителя. Проявилась ли здесь какая-то «пристрастность» имама или он судил «по справедливости» – история умалчивает. Но то, что «шариатское» решение не согласовывается с российским законодательством, – очевидно.

В связи со всем этим псевдорелигиозным скандалом хочется вспомнить знаменитую библейскую фразу, ставшую пословицей: «Богу – богово, а кесарю – кесарево». И не надо смешивать религию и судебное право, а тем более – замещать одно другим.

Дмитрий Ремизов