Бандитский Новосибирск глазами очевидца

Начался процесс по делу вице-мэра Новосибирска Александра Солодкина и его отца - экс-советника губернатора Виктора Толоконского. Об обстоятельствах дела рассказывает потерпевший Фрунзик Хачатрян.


© noev-kovcheg.ru

В Новосибирском областном суде начался процесс по делу вице-мэра Александра Солодкина и его отца Александра Солодкина, являвшегося в свое время советником губернатора Виктора Толоконского, ныне занимающего пост полпреда президента в Сибирском федеральном округе. Они обвиняются в участии в организованном преступном сообществе (ОПС), действовавшем в регионе с начала 1990-х годов и занимавшемся убийствами, вымогательствами и мошенничествами. Солодкины, по версии следствия, курировали в этой банде взаимоотношения с представителями власти, которые, впрочем, перед служителями Фемиды не предстанут. О том, почему это произошло, как оценивать результаты расследования, какие чиновники помогали «авторитетам» и как проходило становление ОПС в регионе, корреспонденту «Росбалта» рассказал потерпевший по этому делу - председатель армянской национально-культурной автономии в Новосибирской области Фрунзик Хачатрян, которого, как считает следствие, в 1999 году киллеры пытались расстрелять по приказу Солодкина-старшего.

- Фрунзик Кярамович, расскажите, как и когда судьба свела вас с Солодкиным-старшим?

- Я познакомился с Солодкиным-старшим еще в 1980-е годы. После Перестройки у меня появился большой бизнес, а он тогда был «челноком» - привозил какие-то куртки и продавал их на рынке. У нас были общие знакомые, поэтому мы с Солодкиным зачастую оказывались в одних компаниях. Серьезно его мало кто тогда воспринимал. Он был эдаким балагуром, все время шутил, травил анекдоты, старался всем понравиться.

В 1995-96 годах я уже знал его как человека, близкого к Виктору Толоконскому (Толоконский тогда был вице-мэром, а потом и мэром Новосибирска – «Росбалт»). Да и сам Толоконский говорил: это член моей команды. Насколько я знаю, их связывает давняя дружба. Солодкин в свое время был судьей и тренером по баскетболу, Толоконский играл в его любительской команде. Когда последний был избран мэром, Солодкин стал у него советником по спорту.

При этом уже тогда было известно, что Солодкин-старший - член «труновской» ОПС. Он сам мне говорил, что дружит с ее лидером Александром Труновым и они являются «дольщиками» по ряду объектов. На тот момент «труновские» были одним и самых мощных ОПС в регионе, в него входило более 200 бандитов, занимавшихся вымогательством. Как я выяснил уже сейчас, при ознакомлении с материалами дела, Солодкин, будучи советником мэра, искал объекты, которые могли быть интересны ОПС, поддерживал связи с чиновниками и т.д. Мэрия даже наградила Трунова орденом. Мне рассказывали, что на некоторых торжествах членов ОПС бывал и Толоконский.

- Как складывались ваши отношения с непосредственным начальником Солодкина Виктором Толоконским?

- В Новосибирске работает муниципальный рынок, где торгуют одеждой, обувью и т.д. Он занимает где-то 15-16 га. Официально «труновские» никакого отношения к этому рынку не имели. Однако на деле они фактически являлись одними из его хозяев. Мэрия под руководством Толоконского создала тогда такие условия, что в казну поступали копейки, а основная прибыль от рынка шла напрямую ОПС Александра Трунова. В 1998 году я по соседству открыл свой небольшой частный рынок на 0,5 га.

Как следует из материалов дела, уже вскоре Трунов провел совещание, во время которого объявил, что после появления моего рынка уменьшилась прибыль его ОПС от деятельности муниципального рынка. На этом совещании Александру Солодкину было дано поручение решить эту проблему с мэром Толоконским, а «авторитету» Корниенко по кличке Студент - привлечь к ситуации представителей правоохранительных органов. Во время следствия члены ОПС дали показания, что на работу с мэром было выделено $25 тыс. Их получил Солодкин.

У нас как раз в 1998 году истекал срок аренды участка земли, на котором находился рынок, и Толоконский решает его не продлевать. Я тогда был об этом не в курсе и обратился в мэрию за продлением договора. Толоконский находился в отпуске, а его заместитель Владимир Городецкий (сейчас мэр Новосибирска – «Росбалт») без проблем подписал все документы. Через неделю Толоконский вышел из отпуска и аннулировал решение Городецкого. Опять же меня никто не поставил в курс об отмене постановления вице-мэра, поэтому рынок продолжал спокойно работать. Неожиданно приехали бойцы местного РУБОП во главе с майором Никитиным, который сейчас уже генерал МВД РФ, и рынок закрыли. Два месяца рынок находился под контролем милиционеров, мы развернули в судах тяжбу и с РУБОП, и с мэрией. Их действия были признаны незаконными, после чего люди в масках с рынка уехали.

Вскоре после этого меня к себе в кабинет пригласил Толоконский. Он доверительно сообщил, что «маски-шоу» на рынке устроили милицейские группировки, которые положили глаз на этот участок земли, и отступать они не намерены. Мэр предложил с ними не ссориться, оставить территорию милиционерам, а под мой рынок пообещал выдать другой участок земли, в гораздо худшем месте. Я вынужден был согласиться и открыл новый маленький рынок.

Уже из материалов дела я узнал, что к тому моменту «труновские» по решению Солодкина «вели» меня, прослушивали мои телефоны. У них во время обысков изъяли весьма богатый аудиоархив. Оказалось, что в разное время члены этой ОПС прослушивали также и основных конкурентов Толоконского на выборах мэра и губернатора, в частности экс-главу региона Виталия Муху и Ивана Старикова, который потом работал замминистра экономики РФ и был членом Совета Федерации. Их допрашивали по этому поводу.

- Какие события предшествовали покушению на вас, совершенному в 1999 году, в котором сейчас обвиняются Солодкины?

- Вскоре после того как заработал новый рынок, мне позвонил Солодкин и пригласил в свой служебный кабинет советника мэра. Когда я пришел туда, то увидел, что там проходит настоящая бандитская сходка. За столом сидели около десяти членов различных преступных группировок: «первомайской», «сметанковской», «успенской», ну и, конечно, «труновской». Все эти ОПГ имели отношение к муниципальному рынку и получали прибыль от его деятельности.

Один из подручных Трунова Анатолий Радченко заявил мне, что если я хочу нормально дальше работать, то необходимо платить деньги в «общак». Я отказался. Тогда меня отозвал в сторону Солодкин. Начал говорить, что по дружбе мне советует платить им, они опасные люди. Я развернулся и ушел.

Из материалов дела мне стало известно, что когда представители других группировок ушли, а в кабинете остались только «труновские», Солодкин сказал: «Кярамович неконтролируемый, его надо ликвидировать». Он поручил Радченко организовать работу по моему устранению и поставить об этом в известность Александра Трунова. В качестве исполнителя они выбрали Дмитрия Буоля, выдали ему оружие.

Я тогда проживал на загородной даче, и местом преступления бандиты выбрали дорогу, ведущую от моего дома к Новосибирску. На повороте к джипу, в котором находился я вместе с телохранителями, подбежал киллер и открыл огонь из автомата. Всего он выпустил 16 пуль. Каким-то чудом я успел наклониться и получил ранение в тело. Также был ранен один из охранников. Телохранители открыли ответный огонь, водитель ударил по газам, и машина уехала из зоны обстрела.

- После случившегося вы догадывались, что за нападением может стоять Солодкин?

- Нет, не догадывался. После покушения он приехал ко мне, сочувствовал, сокрушался, говорил, каким Новосибирск стал бандитским городом, и т.д. Солодкин на каждом углу заявлял, что я его близкий друг. О том, что «заказчиком» нападения является Солодкин, я узнал только в 2009 году.

К тому времени между «труновскими» произошел конфликт, они начали убивать друг друга. В частности был застрелен связник ОПС с милицией Корниенко. После этого прошло совещание с участием руководителей местных ГУВД, СК, УФСБ, на котором было принято решение провести задержания членов «труновской» ОПС. В материалах дела говорится, что Радченко об этом сразу узнал. Он заявил участникам своей бригады киллеров, что сам уедет за границу, а им надо оставаться в Новосибирске. Их задержат, но уже есть договоренности, что через три дня отпустят. Так и произошло. Через три дня после задержания начальник следственного управления СК РФ по Новосибирской области Телегин принял решение киллеров выпустить из-под стражи.

Я написал жалобу главе СК РФ Александру Бастрыкину, после чего дело передали уже в следственное управление по Сибирскому федеральному округу. Членов ОПС снова отправили в СИЗО, Радченко продолжает скрываться, он объявлен в международный розыск. Окружные следователи очень серьезно подошли к расследованию. В частности они допросили милиционера Никитина, губернатора Толоконского. Он всячески защищал Солодкина-старшего, заявлял, что не верит в его виновность, на его советника наговаривают. Мне тогда следователи говорили, что у них уже есть доказательства по 22 убийствам, совершенным членами ОПС Трунова и Солодкиных. А всего они подозреваются в 100 убийствах. Однако потом расследование неожиданно застопорилось.

- С чем вы связываете «угасание» интереса правоохранительных органов к данному делу?

- Толоконский был назначен полномочным представителем президента в Сибирском федеральном округе. После этого начальник окружного следственного управления Усов был снят с должности, также уволили руководителя следственной группы Цыганкова, ряд следователей. После этого общее дело разделили на несколько отдельных, число фигурирующих там убийств сократилось с 22 до 4, о допросах каких-то высокопоставленных чиновников речи больше не шло.

- Вы удовлетворены результатами расследования по делу этой ОПС?

- Нет, не удовлетворен. Следствие откровенно буксует, ничего нового в материалах дела не появляется уже два года. Руководителей следственной группы постоянно меняют. Складывается мнение, что принято решение – выше Солодкиных никого не трогать. Однако очевидно, что они далеко не единственные чиновники, способствовавшие деятельности этого ОПС. В приговоре киллеру Буолю (он был осужден за покушение на Хачатряна и другие преступления на 17 лет – «Росбалт») прямо сказано, что в 1998 году членам «труновского» ОПС удалось закрыть мой рынок, используя «подкуп должностных лиц правоохранительных органов и органов местного самоуправления». Это как раз тогда, когда Толоконский отменил решение о продлении срока аренды земли, а сотрудники РУБОП во главе с Никитиным блокировали рынок.

Трунов и Солодкин - это только ветки мощного дерева новосибирской мафии. Другие его ветки – сотрудники правоохранительных органов, работавшие вместе с ОПС. А ствол этого дерева – чиновники, которые по-прежнему занимают высокие посты. На суде над Солодкиными, где свидетелями будут выступать Толоконский и Никитин, я как потерпевший намерен задать им немало вопросов. Кроме того, я написал открытое письмо Владимиру Путину (смотреть здесь - "Росбалт"), в котором прошу президента обеспечить объективное расследование данного дела и выявить всех виновных в том, что в Новосибирской области процветала мафия.

Беседовал Александр Шварев

Истории о том, как вы пытались получить помощь от российского государства в условиях коронакризиса и что из этого вышло, присылайте на адрес COVID-19@rosbalt.ru