Главные новости
В России - все новости
15 сентября 2020, 16:18
5056

Эксперт объяснил, почему Кремль упорно называет Навального «берлинским пациентом»

«Привет, это Навальный» © Фото Instagram/navalny

Представители Кремля в публичных заявлениях не называют Алексея Навального по имени, предпочитая формулировку «берлинский пациент». Какие ассоциации с отравленным политиком у российской аудитории пытаются вызвать Дмитрий Песков, Сергей Лавров и другие официальные лица, корреспонденту «Росбалта» объяснил доцент кафедры политической психологии факультета психологии СПбГУ Александр Конфисахор.

«Представители властной верхушки действительно принципиально избегают называть Навального по имени и фамилии, и это сложно объяснить — ведь если в диалоге или монологе речь идет о конкретном человек из плоти и крови, его принято называть так, как окрестили отец и мать. Так положено в любом культурном обществе. Сейчас же представители Кремля пытаются сделать так, чтобы в публичном инфополе Навальный ассоциировался только с немецкими врачами, их нынешними оппонентами, а не российскими специалистами», — отметил эксперт.

Кроме того, выражение «берлинский пациент» долгое время употреблялось в мире только в отношении Тимоти Брауна, первого американца, излечившегося от ВИЧ, заметил психолог. «Здесь тоже есть некая попытка навязать некорректный ярлык, дискредитировать Навального, как-то ударить по его авторитету. А эту связку с немецкими врачами можно трактовать в духе „‚берлинский пациент‘ — это не московский здоровый человек, который вылечился в наших прекрасно оборудованных клиниках под надзором российских врачей, а тот, кто лечится на загнивающем Западе“», — предположил Александр Конфисахор.

Эксперт отмечает, что представители Кремля еще чаще используют в официальных заявлениях формулировку «болезнь» вместо «отравление», пытаясь настоять на том, что у Навального все же «упал сахар» и все, что ему требовалось — «вовремя съесть „рафаэлку“».

Напомним, что во вторник Навальный опубликовал первый пост после того, как ему стало плохо в самолете Томск — Москва и пребывания в клинике Омска и Берлина.