Голос из прекрасного далека

Евгений Крылатов написал музыку к более чем 140 художественным картинам и мультфильмам. «Прекрасное далеко, не будь ко мне жестоко...» и многие другие всенародно любимые хиты звучат на его мелодии. 23 февраля композитору исполнилось 80 лет.


© Стоп-кадр видео

«Прекрасное далеко, не будь ко мне жестоко...»,  «Сережка ольховая, легкая, будто пуховая…», «Умчи меня, олень, в свою страну оленью…», «Крылатые качели летят, летят, летят…», «Вжик, вжик, уноси готовенького…», «Три белых коня, три белых коня – декабрь, январь и февраль…» - все эти всенародно любимые хиты звучат на мелодии композитора Евгения Крылатова. Он написал музыку к трилогии «Трое из Простоквашино», фильмам «Достояние республики», «Ох уж эта Настя», «Не болит голова у дятла», «Приключения Электроника», «И это все о нем», «Гостья из будущего», «Умке» - всего более чем к 140-ка художественным картинам и мультфильмам. 23 февраля ему исполнилось 80 лет.

Корреспондент «Росбалта» встретился с Евгением Крылатовым у него дома, в просторной московской квартире на улице Чаянова, недалеко от Тверской. Кстати, в том же здании располагается и Союз композиторов России.

Есть какая то-тайна, прекрасная недосказанность  в том, почему выходец из уральской рабочей семьи, сын слесаря вдруг стал композитором. Крылатов родился в городе Лысьва под Пермью — там на металлургическом заводе его дед работал сталеваром. Прадед по отцовской линии жил при церкви и пел на клиросе. «Клирос — значит «крыло», - поясняет сам Крылатов. - На Урале же говорят «крылос», отсюда и моя фамилия». Отец был слесарем, а затем мастером на Мотовилихинском заводе. Мать в 15 лет перебралась в город из деревни и тоже пошла на завод.

Уже в зрелом возрасте Крылатов пытался понять, почему же именно его, единственного из всей рабочей династии, повернуло на путь творчества? Может быть, потому, что мама пела ему народные песни, а отец любил классику? Еще подростком, в 1924 году, он на первую получку купил себе скрипку - редкий для тех мест инструмент немецкого мастера с резной головкой грифа в виде льва - и сам нашел преподавателя. «До сих пор этот факт биографии отца приводит меня в трепет, – говорит Крылатов. - А еще он неплохо играл на рояле и пел тенорком. Есть снимок: я сижу на стуле в матроске, а отец за фортепиано. Он часто наигрывал «Чардаш» Монти».

Они жили в рабочем районе, удобства - на улице, до ближайшего колодца - 2 километра по непролазной грязи. В доме после войны хоть шаром покати, однако отец на последние деньги покупал пластинки с записями Шопена и Бетховена. Глядя на отца, увлекся музыкой и маленький Женя - слушал патефон, пробовал танцевать и не отходил от черной радиотарелки на стене. В 7 лет сам попросил у родителей, чтобы записали во Дворец пионеров учиться игре на фортепиано. А чтобы продолжать занятия дома в отсутствие собственного пианино, вырезал из самоучителя схему клавиатуры и часами «играл» на ней в полной тишине. Вот тогда в нем и родился композитор: он начал сочинять первые музыкальные пьески.

В 1950-х он приехал в Москву на учебу в Консерватории. Самое тяжелое время настало после ее окончания – у Крылатова и его жены не было прописки и жилья, они обременяли знакомых, снимали на окраинах углы с печным отоплением и удобствами на дворе. Родились дети. Безденежье и неопределенность преследовали их. И тут произошло чудо: Тихон Хренников помог им получить квартиру в новостройках. «Это был первый вздох облегчения - я перестал бояться милиции, - вспоминает Крылатов. - А до этого чувствовал себя изгоем, все думал, донесут в участок. Поэтому когда мы с женой впервые вошли в новую квартиру, еще пустую, без мебели, то были потрясены. Постелили газету на пахнущий свежим лаком паркетный пол, легли на нее навзничь и долго так лежали, обнявшись…».

Он поздно пробился: слишком много сил и времени - целых 10 лет - ушло на выживание в Москве. Лез, как росток из-под асфальта. Первые успехи в музыке пришли в 36 лет. В 1968-м вышел мультик «Умка», в 71–72-м фильмы «Достояние республики», «Ох уж эта Настя!» и «О любви». Крылатов попал в композиторскую «обойму».

В 1986-м после выхода на экраны фильма «Гостья из будущего» в стране стала широко известна песня «Прекрасное далеко» в исполнении Большого детского хора Всесоюзного радио и Центрального телевидения. На самом деле, как считают многие, в том числе и сам Крылатов, это не просто песня, а псалом, чем-то похожий на «Аве, Мария». Как выразился сам автор, «это призыв, молитва, мольба о детях, чтобы они жили лучше, чем мы».

«Не мы выбираем свой жизненный путь, а он сам выбирает нас…»

- Евгений Павлович, вы молодо выглядите, во взгляде блеск. А по голосу в телефоне вам вообще лет 45, не больше…

- А я в душе молод. Думаю, что это связано с той областью деятельности, в которую меня поместила жизнь. Я все время пишу музыку, песни, адресованные молодежи. Потому что и чувствую, и мыслю, как она. Вот и весь мой секрет.

- Что бы вы хотели посоветовать человеку, который только входит жизнь?

- Ничего нет бессмысленней, чем давать советы. Каждый выбирает свой путь самостоятельно, или, точнее, сам жизненный путь выбирает его. Но человек к советам не прислушивается, а когда проживает свою судьбу, говорит: «Да, вот мне давали добрые люди советы, а я дурак был…». А потом сам начинает давать советы, которые никому не нужны…

Еще раз повторюсь: не мы выбираем свой жизненный путь, а он сам выбирает нас. Единственный принцип, который я могу порекомендовать, хотя и понимаю, что это очень сложно -  стараться жить по совести, по душе.

Бывают поступки, которые ты, вроде бы, и не думал совершать, как бы случайные, ты их не осознал тогда или был к ним не готов нравственно. А есть поступки, которые человек планирует и идет на компромисс со своей совестью. Я убежден, что все это тебе все равно потом отыгрывается назад. И гораздо лучше жить, спокойно просыпаясь, зная, что ты никому ничего плохого не сделал.

К сожалению, все соглашаются с этим, а поступают зачастую иначе. Так же, как и с верой в Бога. Мы же знаем, сколько есть бандитов, которые убивают, а потом идут в церковь и молятся там перед крестами и иконами, отмаливают грехи.

- Песня о прекрасном далеко впервые прозвучала в 1985 году. Я думаю, и вы, и Юрий Энтин тогда мечтали о лучшем будущем для себя и для страны. И вот это будущее пришло – спустя почти 30 лет. Как сегодня работается творческим людям, лучше или хуже?

- И так, и эдак. Свободы сейчас хоть отбавляй, сами видите. Но если эта свобода безбрежна, ничем не ограничена, то она часто идет во вред, как ни странно.

Раньше была цензура двух видов: идеологическая и творческая, в лице худсоветов. Худсоветы выполняли запретительские функции – того нельзя, этого нельзя, но одновременно смотрели и на художественную сторону произведения.

Так вот, сегодня выяснилось, что одна цензура была действительно очень вредная, а другая, наоборот, полезная. Сейчас нет никакой цензуры вообще. Ну и что? Посмотрите, сколько тогда было шедевров, и в кино, и в музыке. А теперь, вроде все можно, но все-таки не слышно больших откровений.

- Значит, цензура – условие для возникновения шедевров?

- Я бы сказал иначе. У художника должна быть, прежде всего, внутренняя цензура и ответственность перед обществом. Внешняя, государственная цензура в ряде случаев помогает творческой личности сформировать в себе эти внутренние нравственные ограничения. Но не каждый, кто что-то пишет, сочиняет, рисует, является художником. Для этих людей зачастую важно получить результат любой ценой – чтобы получить известность, публичность, деньги…

В послереволюционное столетие появилась целая плеяда композиторов: Прокофьев, Шостакович и огромный круг других больших музыкантов. А сегодня время выносит на поверхность одну пену. Возможно, это общемировая тенденция, а не только у нас в России.

… Я живу в мире звуков, но что-то не слышу о крупных композиторах в Европе и Америке. Во всем мире засилие легкой, попсовой музыки, и лишь изредка попадаются действительно достойные примеры.

«Наверху кто-то все завязывает в узелки…»

- Ради чего стоит жить?

- Ответ тут у каждого свой. Мне кажется, жизнь стоит проживать ради самой жизни. Все-таки, она дарована нам свыше. Жизнь – это такой подарок судьбы. И нужно этот подарок сохранять и приумножать. Не только в плане физического здоровья, делать гимнастику, а в смысле духовном – что если тебе дал тебе Господь жизнь, то ты должен прожить ее достойно и взамен сделать хоть что-нибудь хорошее, не так важно что, хоть дерево посадить. В этом и есть главная радость для человека.

- Вы сказали – «жизнь дарована нам свыше». Что вас в этом убеждает?

- События собственной жизни. Если вдуматься, то, как ни крути, твои цели и твой путь все равно определяет кто-то наверху…

Вот, например я сейчас живу в доме, в котором меня приняли в Союз композиторов в 1961 году. Когда мне было 19, Московская консерватория устроила конкурс учащихся студентов музыкальных училищ, которые что-то сочиняют - смотр сочинений молодых композиторов. Это было в феврале 1953-го, в зимние каникулы. Сюда съехались 20-30 человек со всей России, в том числе и я – с Урала. Мы показали свои сочинения и уехали домой. А позже, когда я уже заканчивал музучилище, то принял решение распределяться на работу в Свердловск. Москву я тогда еще боялся, а в Свердловске был дом, мама. И вдруг из Москвы приходит официальное письмо, где написано, что кафедра сочинения Московской консерватории рекомендует меня для поступления в Московскую консерваторию. И подпись: «профессор Шапорин». А потом оказалось, что этот человек, замечательный советский российский композитор, дирижер и музыкальный педагог Юрий Александрович Шапорин тоже жил в этом самом доме. Мог я тогда представить, что окажусь здесь, буду жить в доме, где жил композитор, который прислал мне вызов в Москву?

Другой случай: однажды, довольно давно, мой коллега, сочиняющий музыку,  сказал мне: «Есть несколько выдающихся музыкальных произведений, посвященных Санкт-Петербургу, и среди них выделяются два: «Гимн великого города» Рейнгольда Глиэра и ваш романс «Маркиза» («Я этим городом храним…») из фильма «Достояние республики». Мне была очень приятна такая оценка, она окрылила меня… Так вот, я живу в пятом подъезде, а в четвертом жил сам Глиэр, и на стене висит его мемориальная доска. Вы мимо нее проходили, когда шли ко мне.

- Но может быть, это лишь совпадения?

- Вроде бы совпадения, а на самом деле наверху кто-то все это завязывает в узелки. В моей жизни такое повторяется без конца.
     
Владимир Юрьев