Пора делить Среднюю Азию

Не успели россияне с облегчением вздохнуть, а эксперты заговорить о последствиях, как МИД РФ опроверг новость о скором введении визового режима с Таджикистаном и Узбекистаном. Но значит ли это, что таких планов нет?


Не успели россияне с облегчением вздохнуть, а эксперты заговорить о далеко идущих последствиях, как МИД РФ опроверг новость о скором введении Россией визового режима с Таджикистаном и Узбекистаном. Но значит ли это, что посол по спецпоручениям МИД России Анвар Азимов такого не говорил?

Недостатка в цитатах, между тем, нет. Причем цитаты эти достаточно длинные. «Об этом заявил наш президент, что на определенный период, по-моему, с 2015 года, мы это сделаем», - сказал Азимов. По его словам, проблема контроля на границе с бывшими советскими республиками обсуждалась на переговорах по отмене визового режима между Россией и ЕС.

«У наших партнеров из Евросоюза было недопонимание, как бы поток узбекской, киргизской, таджикской общин, которые проживают в Москве и Московской области, не хлынул в Европу», - продолжил посол. – Но мы им объясняем, что они не граждане России, и что гражданином России стать очень сложно».

В тот же день МИД РФ поспешил заявить, что посла неправильно поняли. Пресс-службе министерства пришлось изрядно попотеть, рассылая по агентствам объяснения, а лично г-н Азимов был вынужден дать еще несколько хлопотных интервью. Однако никто в дипломатическом ведомстве, включая самого посла, не утверждает, что Азимов такого не говорил, и уж тем более не требует опровержений и не грозится подать на распространившие его слова СМИ в суд. Хотя такой ход со стороны российских дипломатов выглядел бы естественным – если допустить, конечно, что в Москве дорожат «евразийской интеграцией». 

Между тем резонанс, который вызвали в России и Средней Азии цитаты посла, понятен. За все 22 года с момента распада СССР Россия ни разу не подвергала сомнению безвизовые отношения с его бывшими республиками (Прибалтика, вступившая в ЕС, и Туркмения отгородились сами).  Введение Россией визовых отношений с Таджикистаном и Узбекистаном стало бы не просто громким прецедентом – это означало бы отказ России от интеграционных процессов в Средней Азии. Мало того, учитывая, что термин «евразийская интеграция» связывают с Китаем, это было бы свидетельством, что Россия отказывается быть сувереном геополитики и в глобальном противостоянии Пекина и Вашингтона делает выбор в пользу США.

Положа руку на сердце, вероятность такого выбора со стороны Кремля довольно велика, ибо отвечает сокровенным интересам огромного числа российских элитариев, которые связаны с США и Европой. Скандалы вокруг зарубежной собственности российских сенаторов и депутатов, на фоне которых посол Азимов сделал свое «азиатское» заявление, это лишний раз подтверждают. Чего уж там, снять проблему «списков Магнитского», отгородившись от Средней Азии, хотели бы в российских коридорах власти очень многие.

Напомним, что в бытность президентом РФ ее нынешний премьер Дмитрий Медведев на встрече с дипломатическим корпусом призвал, ни много ни мало, сменить ориентацию внешней политики - с интеграции со странами СНГ на евроинтеграцию. Кстати, 14 марта, отрицая наличие планов ввести визы со Средней Азией в пользу их отмены с ЕС, никто из официальных лиц не отрицал, что упомянутое Азимовым "визовое" поручение президента РФ имело место.  Никто, впрочем, также не уточнил, какой именно президент его давал - Медведев или Путин. А уточнить это было бы любопытно.

Любопытно также, что в цитатах, приведенных выше, посол Азимов упоминает «киргизскую общину», способную, в числе прочих, создать иммиграционные проблемы Европе. Не будем подвергать сомнению этот тезис, однако заметим, что Киргизия стоит в ряду прочих азиатских республик несколько особняком. Если проамериканская внешняя политика и амбиции элиты Узбекистана представляют для Москвы откровенную угрозу, а Таджикистан ни с чем, кроме героина, у общественности не ассоциируется, то Киргизия – реальный кандидат на вступление в Таможенный союз. Там расположена российская военная база, Москва заявляет о готовности вложить миллиарды в киргизские ГЭС. Поэтому немалый резонанс новости о «визах» вызвали и в Бишкеке.

Политолог Марс Сариев считает, что заявление о введении визового режима, вероятнее всего, преследует две цели: надавить на бывшие советские республики для ускорения принятия решения о присоединении к интеграционным процессам и одновременно снизить внутри самой России протестные настроения, явно имеющие сегодня «антиазиатскую» направленность. «Невозможно себе представить, чтобы такой важный региональный игрок, как Россия, мог позволить себе подобные кульбиты и резкие смены курса, - говорит он. – Также сложно поверить, что российское руководство откажется от евразийского интеграционного проекта».

Интересно, однако, что большинство экспертов Средней Азии не усомнились в серьезности намерений России ввести визовый режим для своих стран. «Это вызовет раздражение и рост антирусских настроений, нанесет удар по имиджу России в глазах жителей Средней Азии, - говорит политолог Айбек Султангазиев. - Пока симпатии к России сохраняются только благодаря общей памяти поколений, заставших СССР. Но уже выросло новое поколение».

Очевидно, что введение визового режима с Таджикистаном и Узбекистаном привело бы к четкому разграничению двух огромных пространств: Северной Евразии, включающей РФ, Казахстан и Киргизию, и создаваемой конструкторами из Вашингтона "Большой Центральной Азии", которая соединила бы в салафитско-героиновом браке Афганистан и Пакистан с Таджикистаном и Узбекистаном. Хронический водный конфликт между Бишкеком и Ташкентом обрел бы черты геополитического, и самой жаркой точкой на стыке между блоками стала бы Ферганская долина – которая и так уже 20 лет периодически полыхает. 

Нельзя однозначно сказать, что нынешняя Россия от этого бы проиграла. Проблема ассимиляции трудовых мигрантов показывает, что ресурсов для Таджикистана и Узбекистана у нее давно уже нет, и при таких темпах вымирания русских они вряд ли появятся - не атомным же оружием, в конце концов, принуждать новоявленных ханов и басмачей к новому союзу. Сегодня от разделения Средней Азии на "своих" и "чужих" видятся, по меньшей мере, три больших выгоды.

Во-первых, это резко снизило бы демографическое давление на Россию и демпинг на ее рынке труда (населения Узбекистана и Таджикистана в 8 раз больше населения Киргизии). Во-вторых, это резко снизило бы поток афганского героина в РФ. В-третьих, это снизило бы угрозу радикальной исламизации, поскольку в Киргизии пока еще не так много религиозных фанатиков, как у ее соседей с юга. И, наконец, в-четвертых, это позволило бы превратить ОДКБ из дискуссионного клуба стран с противоположными интересами в реально работающий военный блок.

Правда, перед этим России пришлось бы провести масштабную эвакуацию остатков русского населения из Таджикистана и Узбекистана, обеспечив их на своей территории реальным жильем и реальной работой.

Виктор Ядуха, Александр Шахназаров