Соглашение на троих

России, Ирану и Турции по итогам двухдневных переговоров в Астане не удалось примирить представителей Асада и вооруженной оппозиции.


Дипломатический прорыв откладывается как минимум до 8 февраля, когда начнутся межсирийские консультации в Женеве. © Фото с сайта МИД Казахстана

Противники сирийского режима отказались ставить подписи под коммюнике встречи в Астане. Однако переговоры о межсирийском урегулировании, который в понедельник и вторник проводились в столице Казахстана, могут продолжиться и в среду. «Если страны-гаранты скажут, что потребуется дополнительное время, день, то мы согласимся. Мы не приехали сюда просто на два дня, у нас есть цель, которую надо достичь», — цитируют СМИ представителя вооруженной оппозиции Усаму Абу Зейда.

Консультации между официальным Дамаском и вооруженной сирийской оппозицией проводились при посредничестве Москвы, Анкары и Тегерана. При этом страны-гаранты мирного процесса хотя и делают вид, что минимально вмешиваются в ход переговоров, в реальности оказывают на своих (и чужих) «протеже» довольно жесткое давление.

На новостные ленты практически одновременно попадают практически взаимоисключающие сообщения. С одной стороны источник в российской делегации рассказывает журналистам, что с утра вторника идет трехсторонняя встреча России, Ирана и Турции, которые якобы досогласовывают итоговое коммюнике. Параллельно сообщается о телефонных переговорах на ту же тему главы МИД России Сергея Лаврова с его турецким коллегой Мевлютом Чавушоглу, судя по сообщениям — по инициативе последнего.

При этом россияне дают понять, что коммюнике вот-вот будет подписано. Даже спецпосланник генсекретаря ООН по Сирии Стефан де Мистура уверяет, что стороны близки к согласованию итогового документа и он якобы вселяет оптимизм.

С другой стороны, некоторые представители сирийской оппозиции во вторник прямо говорили, что их не устраивают кулуарные соглашения посредников, чьи интересы отнюдь не всегда совпадают с интересами самих сирийцев. Представитель оппозиции на переговорах в Астане Яхья аль-Ариди сообщил журналистам, что его соратники сомневаются в успехе этих переговоров. «Складывается ощущение, что страны-гаранты больше думают о своих интересах, чем о сирийском народе», — цитируют Яхью информагентства.

В итоге договориться о подписании совместного документа представителями сирийского президента Башара Асада и оппозиции, России, Ирану и Турции так и не удалось. Все, что оставалось посредникам, которые могут найти общий язык между собой, но не со своими подопечными, это согласовать коммюнике «на троих» и озвучить его от лица Казахстана в качестве «дорожной карты» для военного урегулирования и продолжения перемирия.

Сделав хорошую мину при плохой игре можно даже изобразить, что правительство Асада и оппозиция одобрили этот документ, взяв его, как говорится российским бюрократическим языком, «за основу». Ведь Ирану, России и Турции удалось хотя бы красиво усадить представителей официального Дамаска и оппозицию за один стол, пусть даже за закрытыми дверями.

Реальность же такова, что главный успех переговоров пока лишь в том, что они продолжаются. Посредничества России, Ирана и Турции, а точнее их давления на стороны сирийского конфликта, судя по всему, недостаточно. Представители оппозиции приглашены в Москву на встречу с Сергеем Лавровым. Что же касается соглашений, то если какие-то по настоящему совместные документы и будут в итоге реально подписаны, то произойдет это не ранее 8 февраля, когда начнутся межсирийские консультации в Женеве.

Причина если не провала, то «ограниченного успеха» встречи в Астане кроется в том, что в реальности в сирийский конфликт давно уже втянуто заметно больше сторон, чем Россия, Турция и Иран. Тем более, что Москва и Тегеран смотрят на ситуацию с весьма сходных позиций. Что касается официальной Анкары, то она явно не представляет на этих переговорах интересы ни Катара и Саудовской Аравии, ни ее партнеров по НАТО в лице США или Франции. Все эти игроки имеют свои интересы в этой войне и без их учета вероятность каких-то глобальных соглашений минимальна. Что, собственно, встреча в Астане и показала.

Иван Преображенский