Военный вариант не исключен

США намекнули Китаю, что если он не сможет договориться с КНДР мирно, возможны некие силовые меры, отмечает востоковед Алексей Маслов.


Пекин и Вашингтон распределили между собой роли «доброго» и «злого» следователей в отношении Пхеньяна. © Фото из личного архива

Очередное испытание ракетных систем в Северной Корее ее лидер Ким Чен Ын сопроводил заявлением, что мир скоро станет свидетелем того, «какое знаменательное событие сегодняшняя великая победа». Между тем, на фоне роста военной активности КНДР Пекин и Вашингтон, отношения между которыми ухудшились после ряда предвыборных заявлений президента США Дональда Трампа, начинают находить новые точки соприкосновения.

Судя по всему, недавний визит госсекретаря Соединенных Штатов Рекса Тиллерсона в Пекин оказался в целом удачным. «Думаю, у нас общая точка зрения и ощущение, что напряженность на Корейском полуострове сейчас достаточно высока, и что ситуация на довольно опасном уровне», — сказал Тиллерсон после переговоров с главой китайского МИД Ван И.

О том, может ли нынешнее обострение обстановки на Дальнем Востоке привести к полномасштабной войне в этом регионе и какой может быть роль Китая в урегулировании северокорейской проблемы, обозревателю «Росбалта» рассказал руководитель Школы востоковедения ВШЭ Алексей Маслов.

— Действительно ли пуски ракет КНДР создают угрозу в этом регионе?

 — На мой взгляд, создают. Но сегодня здесь главный аспект в том, что если раньше все эти испытания были элементом торговли с США, Россией или Китаем — по принципу «прекращение испытаний в обмен на продовольствие», то сейчас этот тезис не поднимается, хотя Северная Корея по-прежнему нуждается во внешней поддержке. Теперь, однако, она перестает увязывать тему прекращения испытаний с финансовой или другой экономической помощью. Вот это очень настораживает, потому что стала непонятна позиция для переговоров.

Пхеньян продолжает настаивать, что единственным условием прекращения испытаний их ракетного и ядерного оружия является полная демилитаризация даже не всего Корейского полуострова, а всей Восточной Азии, включая Китай и Россию, то есть те страны, которые явно, по крайней мере, сейчас, не откажутся от ядерного оружия.

Второй настораживающий момент состоит в том, что КНДР вышла на некий цикл испытаний. Сейчас было пятое, в апреле намечено шестое, приуроченное ко дню рождения «великого лидера» Ким Чен Ира. И это в целом соответствует таким нормальным испытаниям ядерного оружия и средств его доставки.

Третий момент состоит в том, что Северная Корея пока не обладает полным контролем над запусками своих ракет. Недавние испытания закончились, например, падением ракет буквально в 300 километрах от Японии. Это создает угрозу того, что КНДР может (пусть даже случайно) попасть ракетой непосредственно в территориальные воды Японии или другой страны региона, что спровоцирует локальный конфликт. И это крайне опасно, потому что остановить его будет никоим образом невозможно. Это обрушит здесь не только всю систему безопасности, но и систему международной торговли.

— Насколько велика вероятность войны на Корейском полуострове, учитывая активизацию военных учений США и Южной Кореи, а также воинственные заявления всех сторон?

 — Повторю, локальное военное столкновение вполне возможно и в реальности его вероятность возрастает. К сожалению, возрастает и опасность того, что это столкновение может перерасти в полномасштабную войну, в которую будут втянуты и другие страны, в том числе, и Соединенные Штаты.

Вообще, для США есть и некоторая выгода от такой несговорчивости Северной Кореи. Это, например, оправдывает присутствие американских вооруженных сил на территории Южной Кореи, размещение на территории последней новых образцов ПВО и вообще присутствие здесь американцев, как некоего медиатора конфликтов в регионе.

— Может ли произойти потепление американо-китайских отношений, которые последнее время были весьма напряженными, на фоне роста обеспокоенности Пекина и Вашингтона действиями Ким Чен Ына?

 — Да, но тут скорее не потепление, а другая история. США недавно пытались активно давить на Китай, предъявляя ему весь список обвинений, которые никогда вместе не выставлялись. Это и вопрос «одного Китая», и китайская экономическая экспансия во внешний мир, и проблемы в Южно-Китайском море, и так далее. Но сейчас госсекретарь США Тиллерсон предложил Китаю активизировать свою роль как медиатора на Корейском полуострове, понимая, что КНР это единственная страна, у которой есть возможности решения проблемы дипломатическим и политическим путем.

Но, на мой взгляд, Пекин не хочет активно ввязываться в историю, где он не может стать однозначным победителем. Более того, еще до визита Тиллерсона, Китай в лице Ван И заявил, что предлагает Северной Корее подписать договор о демилитаризации и о введении моратория на проведение испытаний. С одной стороны, это хорошее предложение, а с другой, попытка перевести решение вопроса на двустороннюю основу. Так, конечно, лучше, чем никак, но в любом случае, это игнорирование международных институтов, которые работают по этой линии.

— Что ответили в Пхеньяне на эту китайскую инициативу?

 — КНДР не отреагировала положительно на предложение Китая, наоборот, выступила против него. Тем не менее, как видим, еще до визита Тиллерсона Пекин пытался заниматься этой проблемой.

— Каким образом Китай вообще может влиять на Северную Корею?

 — Конечно, это поставки продовольствия.

— А КНР продолжает эти поставки?

 — Да, потому что санкции, которые действуют против КНДР, не распространяются на товары первой необходимости. Под санкции, естественно, попали товары двойного назначения, станки, оборудование, но они не действуют в отношении продуктов питания.

Однако, как можно догадываться по косвенным данным, сегодня КНР стала поставлять меньше продовольствия в КНДР. Сами эти поставки стали для Пекина дороже, к тому же у него сейчас свои проблемы с продовольствием — Китай и так крупнейший его импортер в мире, а он еще поставляет его и в Северную Корею.

Тем не менее, КНР — это страна, которая в наименьшей степени заинтересована в начале военных действий в этом регионе, потому что это обрушит здесь всю международную торговлю, и поэтому Пекин ищет сейчас новые подходы к решению северокорейской проблемы.

Отсюда недавнее страшное заявление Тиллерсона, которое можно перевести так: «все варианты, вплоть до военных, лежат на столе». По сути, это тонкий намек Китаю, что если он не сможет договориться с Северной Кореей мирным образом, то Вашингтон будет вынужден пойти на некие военные меры.

— Может ли быть какая-то координация между США и Пекином в отношении Северной Кореи, с учетом того, что Китай, насколько можно понять, рассматривает Корейский полуостров и особенно КНДР, как зону своих интересов? Что китайцы с американцами могут здесь координировать?

 — Во-первых, они могут распределить между собой роли «доброго» и «злого» следователей, что, собственно, они сейчас и делают. Во-вторых, Пекин может договориться с Вашингтоном, что останется для Пхеньяна единственным источником продовольствия и даже некоторых технологий. То есть, что поток товаров из Китая в КНДР будет продолжаться, но в разумных пределах.

Дело в том, что голод в Северной Корее сейчас никому не выгоден. Санкции часто наоборот сплачивают нацию, а не разделяют ее, даже несмотря на негативные последствия для страны, на которую оказывается международное давление. Поэтому координация усилий уже есть. Кроме того, существует и шестисторонняя комиссия — США, Китай, Россия, Япония и обе Кореи — единственный официальный инструмент регионального урегулирования. Но пока, как мы видим, эффективно действовать в ее рамках не получается.

Беседовал Александр Желенин