Мусульмане, но не братья

Ссора ряда арабских государств с Катаром основана на давних разногласиях, отмечает эксперт по ближневосточным конфликтам Александр Шумилин.


Трамп оказал морально-политическую поддержку противникам Ирана. © Фото из личного архива

Дипломатический конфликт вокруг Катара по мере своего развития выглядит все более необычно. Суннитская абсолютная монархия, правящая в Саудовской Аравии, рвет отношения с катарской, также суннитской абсолютной монархией. При этом обвинения в финансовой поддержке терроризма, сыплющиеся сейчас на Катар, традиционно адресуют не только ему, но и той же Саудовской Аравии и другим государствам Персидского залива.

Версии насчет побудительных мотивов скоординированной атаки семи мусульманских государств на соседа по региону довольно много. Помимо спонсирования терроризма, говорят также о поддержке Катаром Ирана, объявленного ныне главным врагом США, а в регионе давно являющегося основным конкурентом той же Саудовской Аравии. Помимо этого, наблюдатели отмечают, что демарш саудитов и их союзников в отношении Катара произошел всего через несколько дней после окончания визита на Ближний Восток нового президента Соединенных Штатов Дональда Трампа.

Другие эксперты говорят об экономической подоплеке. Например, о том, что Катар с его огромными запасами природного газа, который он экспортирует на мировой рынок в сжиженном виде, выступает конкурентом как саудовской монархии, так и США, также делающих сегодня ставку на экспорт СПГ. В то же время нельзя забывать, что Катар является союзником США в их войне на Ближнем Востоке и на его территории находится крупнейшая американская военная база.

О том, что (и кто) стоит за столь внезапно возникшем острым конфликтом в стратегически важном районе Персидского залива, обозревателю «Росбалта» рассказал директор Центра анализа ближневосточных конфликтов Института США и Канады РАН Александр Шумилин.

— В чем причина столь резкого демарша, предпринятого Саудовской Аравией, Египтом и рядом других арабских государств в отношении Катара?

 — Все очень логично и понятно. Ссора ряда арабских государств и Катара основана на давних разногласиях. Базовых из них два. Одно из основных противоречий — это животрепещущий вопрос отношения одной и другой стороны к организации «Братья мусульмане» (как считается, финансируемой Катаром, — «Росбалт») — воспринимать ли ее экстремистской и террористической или нет. Второй важнейший пункт разногласий — отношение к Ирану.

— При этом суннитские королевства заявляют о сотрудничестве Катара с шиитским Ираном.

 — Дело в том, что Катар общается с Ираном не ближе и не активней, чем Кувейт или, тем более, Оман. Но произошло то, что произошло — вброс информации о необходимости налаживания отношений с Ираном, который был произведен через официальное катарское информагентство, что чрезвычайно всполошило всех, так как на недавнем саммите арабских государств было принято решение о жестком противостоянии Тегерану.

При этом в качестве повода для разрыва дипломатических отношений с Катаром придумали историю с финансированием терроризма, которая весьма сложна сама по себе.

Отдельная история с выкупом за $1 млрд 26 заложников, среди которых были члены катарской королевской семьи, захваченные в плен во время соколиной охоты на юге Ирака. Из этого миллиарда $700 млн ушло шиитским группировкам в Ираке, а 300 млн — куда-то в Сирию, но не «Исламскому государству» (террористическая организация, запрещенная в РФ).

— То есть обвинения Катара в финансировании мусульманских радикалов были основными для саудитов и их союзников?

 — Проблема финансирования мусульманских радикалов это отельная история, она применима к Катару в той же мере, что и к самим саудитам, и многим другим. Финансирование через запутанные схемы осуществляют частные фонды, а государство везде, включая Катар, к этому отношения не имеет.

— Повлияли ли США на решение ряда арабских государств разорвать дипломатические отношения с Катаром?

 — Вспышка (противоречий), безусловно, произошла после визита президента США Дональда Трампа в Саудовскую Аравию. Он оказал морально-политическую поддержку арабским государствам в отношении Ирана. В то же время, по некоторым сведениям, вброс информации о якобы имевшем место заявлении эмира Катара о необходимости налаживания отношений с Тегераном и Тель-Авивом, произошел из России.

— А это может быть связанно с недавним участием Катара в сделке по продаже части госпакета акций «Роснефти»?

 — Нет, ни в коей мере. Если вброс действительно был сделан из России, то это была попытка использовать Доху для того, чтобы внести раскол между арабскими странами.

Беседовал Александр Желенин