Грузия — РФ: заколдованный круг

Очередные переговоры в Женеве не улучшили отношений Москвы и Тбилиси. Напротив — из «Сакартвело» выслали российского дипломата.

Участники Женевских переговоров по безопасности на Южном Кавказе, в которых принимают участие делегации Грузии и России, представители США, ООН, ЕС, ОБСЕ, Абхазии и Южной Осетии, обещали стать «прорывными» во взаимоотношениях Москвы и Тбилиси. Но вот «отшумел» их 43-й раунд, а «юноши» все еще «питают надежды» или делают вид, что сумеют договориться по спорным вопросам в следующий раз — теперь уже в июне.

Напомним, что женевская площадка — один из двух существующих на сегодняшний день форматов российско-грузинского диалога, «отягощенного» международными участниками. Он возник после разрыва дипломатических отношений между Тбилиси и Москвой из-за признания последней независимости Абхазии и Южной Осетии в августе 2008 года — по итогам «четырехдневной войны».

Ожидалось, что формат женевских дискуссий будет расширен, а их статус — повышен за счет участия в них премьер-министра Грузии Георгия Квирикашвили, который такую готовность выразил. Незадолго до встречи  он даже обратился к руководству России с призывом вывести отношения двух стран из тупика, в котором они оказались после войны 08.08.08, предпринять «пусть и небольшие, но разумные шаги» навстречу друг другу. Москва же ответствовала, что, как и прежде, она заинтересована в оздоровлении российско-грузинских отношений и готова идти настолько далеко, насколько к этому готов Тбилиси.

Если б в Грузии практиковался каннибализм, премьера за такое «предательство национальных интересов» радикальная оппозиция вполне могла пустить на шашлык: шум был поднят поистине грандиозный. Но глава правительства быстро спохватился и в следующем своем заявлении раскритиковал Москву. Причина на то была трагическая: в результате «допроса с пристрастием» в Цхинвале скончался гражданин Грузии, молодой бизнесмен Арчил Татунашвили. Передача его тела с очевидными следами пыток затягивалась. Российскую сторону просил ускорить соответствующий процесс даже Католикос-Патриарх всея Грузии Илия II. Квирикашвили фактически возложил вину за произошедшее на Москву, заявив, что «согласно международному праву, ответственность за преступление несет страна, осуществляющая реальный контроль над Южной Осетией», то есть Россия.

На таком вот фоне дебатировали в Женеве. Большое внимание, в том числе международных переговорщиков, было уделено как раз убийству в ЮО гражданина Грузии, не имевшему никакого отношения к криминальной среде, а также не участвовавшему в августовской войне. Делегация Грузии напомнила, что Татунашвили — не единственный грузинский гражданин, убитый в ЮО в не военное, а в мирное время. Было подчеркнуто, что пытки и убийства этнических грузин в Южной Осетии и Абхазии, нарушение их элементарных прав есть результат поощрения такой «практики» со стороны России.

МИД России обвинил Грузию в том, что она превратила 43-й раунд переговоров в «пропагандистскую акцию», построив свое выступление на «избитом тезисе» о «российской оккупации», возложив ответственность за собственную неспособность урегулировать отношения с Сухумом и Цхинвалом на РФ. А грузинская сторона и американцы делали упор на важности подтверждения Москвой обязательств по неприменению силы. По мнению МИД Грузии, своим подходом к проблеме, целенаправленными провокационными заявлениями Москва «завела в тупик переговоры о неприменении силы». Россия, в свою очередь, предъявила Грузии претензии в том, что она не отменила закон «Об оккупированных территориях» (Абхазия и Южная Осетия).

Намерение властей Грузии изменить закон в сторону его послабления было озвучено давно, но они никак не могут решиться на этот шаг: «Что скажет княгиня Марья Алексеевна?» — условно-собирательное «лицо» грузинской оппозиции, которая любой шаг официального Тбилиси, а тем более имеющий российский вектор, расценивает как «коллаборационизм и предательство национальных интересов». Вот и теперь намек на изменение формата Женевских переговоров, то есть участие в них премьера, было принято в штыки. Но вернемся к собственно встрече, проходящей как раз в то время, как «весь мир ополчился против России», и соответственно, «надо усилить на нее международное давление из-за оккупации грузинских земель».

«Усилить» не получилось. И даже (в который уже раз!) договориться по застарелым проблемам — тоже. Например, о выполнении соглашения от 12 августа 2008 года, предусматривающего вывод российских войск из Абхазии и Южной Осетии. Российская сторона отвергла такую постановку вопроса, заявив, что она признала независимость обеих «республик», и ее базы размещены в них «законно» — на основе двусторонних соглашений.

Вопрос безопасности этнических грузин, их «чистки» в Абхазии и Южной Осетии, а также возвращения на эти территории беженцев, тоже завис. А протест Грузии в связи с проведением Россией военных учений в частично признанных республиках, под носом у Тбилиси, вообще был игнорирован. Между тем, из-за «новых границ» жители сопредельных территорий лишились доступа к своим земельным наделам, которые их, в буквальном смысле, кормили. Попытка прорваться к своему огороду заканчивается для грузин в лучшем случае каталажкой и физической расправой. А Россия, Сухум и Цхинвал выразили «опасение» тесным сотрудничеством Грузии с НАТО. «Это создает опасность для региональной стабильности на Южном Кавказе», — заявил МИД РФ.

В общем, очередной «потенциально прорывной» раунд Женевских переговоров продемонстрировал, что на текущий политический момент реальных предпосылок для нормализации грузино-российских отношений нет. Надо думать, что в основном проблема упирается в подписание договора о неприменении силы — стороны торгуются по тексту документа семь лет. «Фишка» в том, что если Грузия подпишет его с Абхазией и Южной Осетией, это, считают в Тбилиси, будет означать автоматическое признание государственной субъектности отколовшихся территорий — собственно, именно этого добивается Россия. Она, кроме того, не хочет подписывать договор о неприменении силы с Грузией, а это, конечно же, наводит последнюю на мысль, что против нее «в случае чего» может начаться военная операция.

Словом, в Женеве с помпой и избыточной тупиковой «философией» состоялось штатное и бестолковое «бла-бла-бла». После него Грузия, не имеющая дипотношений с РФ и, соответственно, посольства этой страны (при посольстве Швейцарии работает секция интересов северного соседа), заявила о высылке одного российского дипломата — в знак солидарности с Великобританией по «делу Скрипаля». Москва оставила за собой право на «ответные шаги».

Они могут не ограничиться «зеркальной» высылкой грузинского дипломата из России, которая, несомненно, затянет и без того тяжелый процесс получения российских виз грузинскими гражданами. Ведь посольства России в Тбилиси нет, и считается, что ее дипломаты занимаются здесь исключительно консульскими вопросами. Кроме того, решение Тбилиси может негативно отразиться на довольно успешном переговорном формате спецпредставителя премьера Грузии Зураба Абашидзе с замглавы МИД РФ Григорием Карасиным.

Очередной виток похолодания в российско-грузинских отношениях на почве высылки дипломата ничего не принесет Тбилиси, кроме дополнительной головной боли московского «происхождения» и демонстрации солидарности с Западом. Для последнего «поддержка» Грузии вряд ли актуальна, и оценена она будет только на вербальном уровне.

Впрочем, возможно, высылкой дипломата Грузия, во-первых, «извинилась» перед Западом за призыв Квирикашвили к России пойти навстречу другу; во-вторых, «своеобразно» ответила на провал «многообещающего» раунда  Женевских переговоров. Ведь сообщение об этом появилось после завершения безрезультатного сотрясания швейцарского воздуха. Ну, прокатились, поболтали, продышались — и то дело. Главное, что встретились, будут встречаться и возмущаться друг другом дальше, не замыкая круга, который вероятно, на самом-то деле замкнут надолго.

Андрей Николаев 


Ранее на тему В Литве Грузию начнут называть Сакартвело

Правительство РФ одобрило соглашение с Коста-Рикой о взаимной отмене виз

Премьер Грузии анонсировал программу помощи жителям Абзахии и Южной Осетии