Украинская загадка: с крестом, но не церковь

В родном городе генсека Брежнева сегодня работает множество аптек. Жители этим довольны, смущает их только одно: а вдруг это из-за того, что они все чем-то больны?


«Бонус»: фармацевт порой может поработать и «за врача», рекомендуя то или иное лекарство. Хотя специалисты так делать не советуют. © Фото Валентина Коржа

 — У вас тут, как на ухоженном кладбище — кресты, кресты, кресты, — шутливо отметил товарищ, приехавший в Каменское впервые. — Зачем вам так много аптек, что — сильно болеете?

 — Ммм… Не задумывался. Мы привыкли уже, не замечаем. Наверное, спрос есть, — ответил неуверенно. А сам подумал: а действительно, зачем?

В девяностые, например, в Днепродзержинске росли как грибы торговые лоточки, торгующие спиртным, табаком и всякой съедобной мелочью. Рестораны, в которых можно было весело провести время — это было выгодно, ведь у населения начали появляться кое-какие свободные деньги, с которыми народ расставался без особого сожаления. Потом строили заправки на каждом углу, потому что мелкие бизнесмены начали активно обзаводиться личным транспортом, а «средние», пользуясь мутностью рынка нефтепродуктов, «колотили» поддельный бензин, формируя серьезный капитал на будущее.

В начале нулевых на каждом большом пустыре нынешнего Каменского открывали автосалоны и строительные гипермаркеты. Считалось престижным покупать машину в «целофане» и делать дорогущие  «евроремонты». Ремонтно-строительный бум достиг невероятных размахов в тогда еще Днепродзержинске в 2003—2006 годах: открывались предприятия по производству строительных комплектующих, эшелоны импортных материалов раскупались еще до того, как были растаможены. Правда, этот процесс «созидания» прошел мимо государства, оно в нем почти не участвовало. Преображался лишь частный сектор, приватизированная недвижимость, персональные торговые площади. Социально-коммунальные объекты, дороги, общественный транспорт, общегородские коммуникации и жилой фонд, возведенные во времена СССР, в сторонке уныло наблюдали за бурным развитием прорвавшегося в страну буйствующего и неуправляемого капитализма. Из объектов культуры выжили лишь некоторые социально значимые, находящиеся на балансе города и крупных предприятий.

От общих ресурсов, доставшихся в наследство от рухнувшей империи, считал необходимым отщипнуть каждый, согласно своим талантам и возможностям. Тот «дух свободы» теперь расценивается как беспечное раздолбайство, вседозволенность и безнаказанность, в которые в разной степени, конечно, впало буквально все население постсоветской Украины. Захлебнулись эйфориеей самостийности и призрачным ощущением, что богатств хватит навсегда, и работать за копейки не придется никогда. А лучше вообще не работать: украл, выпил и.. не в тюрьму. А потому — снова украл!

Общеукраинским увлечением стал «распил» бюджета. Впрочем,  на Западной Украине еще распродавали лес, бездумно оголяя гектары Карпатских гор, в Восточной — увлеклись металлическим вторсырьем, которое продавал каждый встречный. Только кому-то  достались уникальные химические цеха «Азота» с тысячами тонн нержавейки, а кто-то, по-мелочи, скручивал медные контакты в хозяйстве государственного энергонадзора.

Нынче в Каменском канули в лету автосалоны. Теперь если кто из местных накопит на новый автомобиль, его заказывают по предоплате и долго ждут из-за границы. Да и вообще, избавившись от «понтов», предпочитают приобретать бэушный транспорт. Закрылись «лишние» рестораны и строительные маркеты. Возведение многоквартирных домов прекратилось в принципе, народ латает «хрущевки» и жилье эпохи застоя. Из новопостроенного только памятники, пришедшие на замену коммунистическим. Торговые ларьки прозябают в тени продуктовых супермаркетов либо идут под снос по местной программе борьбы с незаконными постройками. Чаще всего на улицах можно встретить банки, залы игровых автоматов, ломбарды, пивные ларьки и… аптеки.

Экс-днепродзержинцы старшего возраста помнят угрюмый дизайн аптечных помещений середины девяностых, где на еще советских полках, покрытых паутиной, между бинтами, йодом и перекисью водорода (больше практически ничего не наличествовало) сновали тараканы, а за прилавками стояли суровые тетушки в застиранных халатах, предположительно когда-то бывших белыми. Тогда исчезли из продажи даже любимый школьниками гематоген и таблетированный витамин «С», охотно употребляемые детьми вместо шоколада и «жувачки», не говоря уже о серьезных медикаментах. Если с кем-нибудь из близких случалась беда, то к поискам жизненно-необходимого препарата подключались родственники, знакомые, знакомые знакомых и, в конце-концов, по длинной цепочке лекарство находили где-нибудь в Киеве, Москве, а то и в дальней загранице. Закаленные трудностями при строительстве социализма люди обычно без разговора включались в процесс поиска, руководствуясь принципами взаимопомощи: сегодня поможешь ты, завтра, не дай бог, конечно, помогут тебе.

Потом, постепенно, на фармакологический рынок хлынули импортные лекарства в ярких, в отличие от отечественных, привлекательных упаковках. Однако толку от них было мало. Преимущественно поставлялись БАДы и препараты нетрадиционной медицины. Жители Каменского прекрасно помнят, как врачи, вошедшие в тот период в сговор с продавцами «чудо-лекарств», начали чуть ли не насильно требовать от пациентов покупки выписываемых налево и направо по любому поводу непонятных, дорогих медикаментов, причем — в определенной аптеке. Низкооплачиваемые доктора просто пытались подзаработать и имели свою долю, возвращаемую им аптечниками вместе с рецептом.

Ситуация начала улучшаться к началу двухтысячных. Украину одна за другой покрывали сети аптек, принадлежащих как иностранцам, так и местным олигархам. Конкуренция и небольшое вмешательство государства привели и к расширения ассортимента, и к увеличению числа «магазинов с крестом».

Впрочем, особого недовольства у каменчан огромное количество аптек не вызывает. Чем больше — тем удобней, уверены горожане. Тем более, что современные аптеки — это многомиллиардная отрасль, вынуждающая аптечные пункты выглядеть респектабельно, работать допоздна или вообще круглосуточно, а обслуживать улыбчиво и учтиво. Названия сетей нейтральны либо откровенно привлекающие позитивом: «Не болей!», «Аптека здоровья», «Будь здоров» и тому подобное. Дизайнерско-маркетологические усилия не прошли даром — аптеки перестали ассоциировать «с бедой». К тому же они расширили свой ассортимент. Сюда теперь заходят не только за медпрепаратом, но и за кремом для кожи, средством от комаров, жевательной резинкой. Кроме того, не имеющие финансовой возможности лечиться под присмотром врача украинцы (система обязательного страхования так и осталась пока в теоретической плоскости обсуждений), в большинстве своем, занимаются самолечением, а грамотный фармацевт «ничем не хуже», что-нибудь посоветует. 

В общем, от аптек все были бы в полном восторге, если бы не некоторые моменты. Основные претензии населения — дороговизна лекарств и постоянный рост цен на них. Отечественные препараты более дешевые, но их настойчиво, не без участия аптекарей, как утверждают эксперты, вытесняют импортные, которые, по некоторым данным — продаются на украинском рынке дороже в среднем на 30%, чем за границей. По данным Экономического дискуссионного клуба (ЭДК), цена медкорзинки, включающей в себя 20 самых необходимых препаратов, определенных Кабмином, с начала года выросла на 15%. Это вчетверо больше, чем средняя инфляция по стране, рассчитанная Госслужбой статистики.

Специалисты говорят, что лекарства и дальше будут дорожать, прежде всего из-за обесценивания гривны. Согласно постановлению Кабмина, в медкорзинку входят сердечные, жаропонижающие, обезболивающие, антигистаминные, успокаивающие препараты, глазные капли, активированный уголь, зеленка, йод, бинт, вата, лейкопластырь, жгут, термометр. В январе средняя по всем регионам цена годовой корзинки составляла 571 грн, но за полгода она постепенно выросла до 670 грн (+17%). За июль и август набор медикаментов подешевел на 19 грн, но в сентябре снова подорожал — до 654 грн. Однако, условные цифры условной корзинки находятся в полном противоречии с реальностью — если человек болеет часто и серьезно, то суммы на его лечение измеряются в тысячах, а на деньги, отведенные Кабмином для «теоретического» лечения среднестатистического украинца в течение года, можно купить лишь пару качественных препаратов для профилактики простуды.

В украинских СМИ неоднократно поднималась волна расследований по поводу продажи поддельных или просроченных медикаментов, «препаратов-пустышек» (когда под видом таблеток продают обычный мел) и негативного влияния владельцев аптечных сетей на ценообразование лекарств. Граждан также регулярно предупреждают, что аптекари умышленно уговаривают их покупать ненужные лекарства по дорогой цене, убеждая пациентов переплачивать абсолютно «ни за что».

Заговорили даже об «аптечной мафии». В последнее время журналисты сразу нескольких телеканалов рассказывают, как с помощью «маркетинговых соглашений» украинские аптечные сети получают миллиарды гривен дополнительной прибыли, пока пенсионеры оставляют в них большую часть своей скромной пенсии. Шантажируя производителей лекарств, аптечные монополисты требуют их платить за «место на полке», что в результате отражается на цене. Называют это «маркетинговым соглашением», что имеет целью продвижение товара. По словам эксперта Всеукраинской фармацевтической палаты программе «Гроші», в среднем уже более 30% от стоимости лекарств, которые продаются без рецептов, — это наценка за продвижение товара в аптеках. Если посчитать в денежном эквиваленте, сумма такого дополнительного заработка для аптечных сетей составляет как минимум 6,5 миллиарда гривен. Впрочем, это проблема не только украинская, а, пожалуй, вообще всех стран, где власть сливается с бизнесом, и государство не имеет возможности или желания контролировать монополии.

Итак, аптек много, что, конечно, хорошо. Но жителей Каменского еще интересует, не связано ли это с неважным состоянием здоровья очень многих людей? Ведь их городу достались в наследство от СССР несколько промышленных гигантов, которые, с одной стороны, выручают рабочими местами, с другой — чрезвычайно загрязняют окружающую среду. Родине генсека Брежнева неоднократно пытались «присвоить» статус города экологической катастрофы, но воз и ныне там. Городские активисты периодически пытаются вытащить на свет ужасающие цифры рождаемости, смертности и заболеваемости, но, как правило, эта статистика неофициальная и судить о ее объективности сложно. Реальные цифры, подтвержденные соответствующими госорганами, неполны, труднодоступны, а то и вовсе засекречены. Из чего народ делает вывод: дела далеки от хороших или и того хуже.

В заключение, чтобы у россиян материал не производил впечатление заказанной «чернухи» про «умирающую Украину» (ведь целью наших «краеведческих прогулок» является объективное знакомство с реалиями провинции), стоит отметить: несмотря на достаточное количество депрессивных процессов, в бывшем Днепродзержинске не все так безнадежно. Город живет активно, «умирать» не собирается. Работает замечательный театр, проходят спортивные соревнования всеукраинского уровня, освещаются улицы, постепенно обновляется парк транспорта.

Приход нового энергичного мэра совпал со стартом государственной программы децентрализации. Трудно сказать, какой из факторов сыграл большую роль, но город всколыхнуло «процессом созидания». Например, облагораживается городской парк, построено множество фонтанов, чем, правда, оппозиция, очень недовольна. Но то, что она есть — тоже ведь признак выздоровления.

Валентин Корж, Днепр, Украина


Читайте также Наместник Киево-Печерской лавры пожаловался, что против него открыто несколько дел

Глава Минздрава Украины посоветовала гражданам не пить мочу

На Украине запретили более 40 лекарств российского производства