Белорусскую атомную станцию в Европе не одобрили

АЭС, которую строят на геологическом разломе всего в 40 км от литовской столицы, также остается причиной жесткого конфликта между Вильнюсом и Минском.


В Европе предоставленная Белоруссией информация о выборе площадки для строительства АЭС была признана «недостаточной». © Фото с сайта belaes.by

Уже 10 лет, как вопрос строительства Белорусской АЭС под небольшим местечком Островец на северо-западе Белоруссии отравляет отношения между белорусами и литовцами. И чем ближе момент запуска станции в эксплуатацию — тем острее конфликт между Минском и Вильнюсом. Причем Литва прилагает максимум усилий для того, чтобы вовлечь в него еще и Европейский Союз. Отчасти ей это удается, что очень болезненно бьет по Белоруссии, которая сейчас пытается избавиться от имиджа «последней диктатуры Европы».

Для строительства был выбран проект АЭС-2006 — типовой российский проект атомной станции нового поколения с использованием водо-водяного энергетического реактора ВВЭР-1200. Строится два блока суммарной мощностью около 2400 МВт. Ввод в эксплуатацию первого энергоблока планируется в конце 2019 года, второго — в июле 2020-го. Главный партнер строительства АЭС — российская компания «Атомстройэкспорт», плюс ряд других структур «Росатома». Стоимость строительства — $11 млрд, эти средства выделены РФ как долговременный кредит Белоруссии.

Недовольство литовцев понять можно: станция строится на геологическом разломе (где есть риск землетрясения), всего в 40 километрах от их столицы, по многократно критиковавшейся российской технологии. А само строительство БелАЭС сопровождается чередой аварий, пожаров, скандалов и инцидентов с гибелью людей. Например, корпус первого реактора «били» два раза, в итоге российскому производителю пришлось его заменить.

Так что неудивительно, что еще в середине 2017 года сейм Литвы принял закон о признании строящейся в Белоруссии АЭС небезопасной и представляющей угрозу для  окружающей среды и здоровья людей. И вот теперь, в феврале 2019-го, произошло два события, которые поставили под большой вопрос дальнейшую судьбу БелАЭС.

АЭС оказалась «неконвенционной»

7 февраля по итогам промежуточного совещания сторон Конвенции ЭСПО в Женеве предоставленная Белоруссией информация о выборе площадки для строительства АЭС была признана недостаточной. Отсюда вытекает, что страна не соблюдает требования конвенции. Соответствующий документ опубликован на сайте Европейской экономической комиссии ООН.

Вывод гласит: в документации по оценке воздействия БелАЭС на окружающую среду упоминаются альтернативные места размещения атомной электростанции и критерии выбора площадки, но не приводится достаточной информации в поддержку и обоснование выбора Островецкой площадки для принятия окончательного решения.

Справка

Конвенция об оценке воздействия на окружающую среду в трансграничном контексте (Конвенция Эспо) вступила в силу 10 сентября 1997 года. Подписавшие ее страны обязались оценивать воздействие на окружающую среду на ранних стадиях планирования проектов, уведомлять и консультироваться друг с другом по всем крупным проектам, которые могут значительно воздействовать на окружающую среду вне их границ.

Глава министерства энергетики Литвы Жигимантас Вайчюнас назвал принятое в Женеве решение «историческим». Он отметил, что в соглашении стран был утвержден вывод: Белоруссия при строительстве БелАЭС нарушила международные соглашения и конкретно Конвенцию Эспо. В дальнейшем это будет означать «не только то, что Литва обоснованно выдвигала требования и на ее вопросы не были даны ответы, но и то, что этот проект никогда не сможет называться безопасным».

В свою очередь, официальный Минск заявил о «глубоком разочаровании» женевским решением. МИД Белоруссии, обычно сдержанный в формулировках, даже разразился огромным комментарием в «советском стиле». То есть с упоминанием «антибелорусского решения, принятого по инициативе делегации Евросоюза в угоду Литве». Еще формулировки из заявления: «результат голосования был заранее предопределен», «идя на поводу официального Вильнюса», «действуя в духе доброй воли, мы неоднократно инициировали диалог», «вопрос противостояния проекту Белорусской АЭС приобрел в литовской политической среде характер навязчивой идеи», «манипулирование Конвенцией Эспо», «свидетельство деградации системы международного права», «мы сделаем выводы из действий стран … и учтем их при формировании наших отношений в будущем».

Однако литовцы руководствуются в своих решениях, кроме прочего, и отчетом «Оценка угроз национальной безопасности — 2019», который совместно подготовили Департамент государственной безопасности (ДГБ) и Министерство национальной обороны Литвы. А в нем сказано: «Проект БелАЭС коммерчески необоснованный. После ввода в эксплуатацию АЭС Белоруссия будет генерировать огромный избыток электроэнергии, но не сможет обеспечить для нее рынки сбыта. … Весьма вероятно, что Белоруссия будет стремиться обойти литовское законодательство, которое призвано предотвратить попадание на энергетический рынок Литвы электричества, произведенного на небезопасных атомных электростанциях».

По мнению авторов отчета, представители Белоруссии и госкорпорации «Росатом» стремятся выставить себя в выгодном свете перед экспертами Группы европейских регуляторов в сфере ядерной безопасности (ENSREG) и Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ).

«В июле 2018 года ENSREG утвердила отчет о независимой экспертизе проведенных в Белоруссии стресс-тестов атомной станции, — говорится в документе. — Представители Беларуси и „Росатома“ манипулируют результатами отчета: они не принимают во внимание аргументы в пользу того, что БелАЭС не соответствует международным требованиям безопасности, игнорируют выявленные недостатки и не выполняют рекомендации. … Они преувеличивают каждый положительный отзыв экспертов МАГАТЭ и скрывают любую критику международных экспертов … стремятся создать видимость того, что сооружение БелАЭС соответствует требованиям ядерной безопасности и учитывает рекомендации международных экспертов».

Отходы оставьте себе

По разным оценкам, от 70 до 80% выброшенной во время Чернобыльской катастрофы радиации осело именно на белорусской территории. На юго-востоке страны до сих пор обширные пространства  непригодны для жизни, а по всей Белоруссии работает сеть станций дозиметрического контроля. Так что отношение к радиоактивным материалам у белорусов особенное — настороженное.

В этом феврале белорусские независимые СМИ дружно заговорили о том, что официальные пропагандисты с самого начала строительства БелАЭС всех обманывали, заверяя, что ядерные отходы из Островца будут отправляться в Россию. То есть когда еще только шла подготовка (в том числе общественного мнения) к белорусскому «атомному проекту», власти заявляли, что ядерные отходы будут вывозиться на территорию РФ.

«Но теперь вдруг выяснилось, что на самом деле в межправительственном соглашении о строительстве АЭС идет речь в весьма обтекаемой формулировке о возможности отправки ОЯТ в Россию на так называемую переработку. После переработки, если она вообще состоится (а в этом есть сомнения), ее высокорадиоактивные отходы должны отправляться обратно в Беларусь, — сказал в комментарии для „Росбалта“ белорусский эксперт-ядерщик Сергей Денисенко. — Главная причина — законодательство Российской Федерации, которое требует возврата отходов переработки отработавшего топлива в страну происхождения. Того же требует мировая практика, зафиксированная в том числе в документах МАГАТЭ. Прежняя информация о вывозе ОЯТ навсегда в Россию — это всего лишь пропаганда. На самом деле речь идет о том, что отработанное топливо будет отправляться в РФ на предварительную переработку (извлечение ценных изотопов), после чего — возвращаться в Беларусь на захоронение».

Это означает, что Белоруссии в ближайшие годы также дополнительно потребуется создать инфраструктуру для приема не подлежащих дальнейшему использованию содержащих радионуклиды материалов и веществ, образовавшихся в результате переработки облученных сборок. Такая инфраструктура долговременного обращения с ядерным топливом обошлась, к примеру, скандинавским странам в 6-9 млрд евро. Для Белоруссии оценочные затраты при существующих технологиях эксперты оценивают от $2,5 до $3,5 млрд.

Однако нельзя исключать и того, что белорусы просто не захотят накапливать на своей земле еще и радиоактивные отходы от АЭС. Вопрос теперь только в том, сможет ли белорусская оппозиция использовать это недовольство. До президентских выборов — год, быть может и получится.

Напоследок — своего рода «вишенка на торте». Мы уже упоминали, что БелАЭС строится россиянами и за российские деньги: кредитная линия до $10 млрд на строительство АЭС открыта до 2035 года. И вот теперь официальный Минск требует пересмотра условий — отсрочки по выплатам и снижения процентной ставки. Этот вопрос обсуждался на белорусско-российских переговорах еще в прошлом году — глава Белоруссии тогда заявил, что сроки строительства нарушены российской стороной. «Пока откладывается запуск первого блока аж на год. Боюсь, как меня информируют контролеры, что, может быть, Россия попросит еще смещения этого срока, что уже вообще недопустимо. И коль сроки были сорваны (мы, конечно, не хотим идти в суды, судиться, как это по договору), мы договорились о том, что срок возврата кредита надо продлить. И процентная ставка должна быть не хуже, чем для других государств», — отметил Александр Лукашенко.

Вряд ли, конечно, такая мелочь, как недовольство населения, заставит официальный Минск остановить строительство АЭС. Равно как и недовольство европейцев. Но все вместе, все накапливающиеся проблемы БелАЭС в какой-то момент могут, фигурально выражаясь, сломать спину верблюду. То есть завершение строительства станции потеряет смысл.

Михаил Петровский


Ранее на тему В Литве к открытию БелАЭС раздадут жителям 4 млн таблеток йода

Экологи потребовали остановить строительство БелАЭС

«Росатом» предложил помощь в эксплуатации строящейся БелАЭС