Выбор для украинцев: синица в руке или журавль в небе

Результаты даже первого тура президентской гонки в соседней с РФ постсоветской республике сегодня почти непредсказуемы.


Согласно опросам, Зеленский безусловный лидер. Но как оно будет на самом деле? © СС0 Public Domain

Президентские выборы в Украине, помимо обновления политической системы, на что рассчитывает активная часть украинского гражданского общества, создают ряд системных угроз и вызовов, которые заставляют вспомнить о «Руине» — системном кризисе государственности, превращающем страну в «failed state». Нечто подобное уже было — во второй половине XVII века и в 1917–1920-х годах.

В Украине в критические моменты борьбы за верховную власть субъекты противостояния привлекают в качестве союзников внешние силы — Россию, Польшу, Турцию, Австро-Венгрию, Германию, США и др. Но внутриполитическое противостояние может зайти так далеко, что выигрывают и потом делят уничтоженное Украинское государство именно более организованные соседи.

В 1990-х годах в независимой Украине борьба за президентское кресло строилась как борьба Запада и Востока страны (Кравчук, Кучма). Но уже на следующих выборах (Ющенко, Янукович, Оранжевая революция) условному «Западу» сочувствовал и даже помогали консолидированные силы Европы и Америки, а условному «Востоку» — Россия.

На нынешних выборах ситуация усложнилась: после Крыма и войны на Донбассе актуальность деления на Запад и Восток резко упала, регионы с наибольшими пророссийскими симпатиями оказались неподконтрольны Киеву, пророссийская повестка дня стала откровенно маргинальной, американско-европейский Запад из гипотетического союзника Украины превратился в союзника реального.

Все эти трансформации запутали логику выбора, создали новые маркеры и новую повестку. Большинство избирателей теперь вынуждены выбирать не между воображаемым кандидатом «Востока» или «Запада», но между воплощением «прошлого» и «будущего», между «синицами в руках» и «журавлями в небе». Попробуем выделить наиболее значимые тенденции и особенности этих выборов.

1. Выборы президента Украины проходят в мобилизационном формате, в ситуации высоких рисков для всей украинской политической системы и в состоянии жесткой конкуренции: неясно не только имя победителя, но и тех, кто выйдет во второй тур.

2. Большинство соцопросов фиксируют огромный процент настроенных «против всех» — именно на этом строится феномен рейтинга Зеленского, именно с этой стороны можно ждать главных сюрпризов. Неопределившихся за три дня до голосования — 25–32%.

3. Любой исход выборов (кроме катастрофических сценариев — «третьего Майдана» или масштабной внешней интервенции) создаст благоприятные предпосылки для перехода к парламентской республике — такой консенсус в украинском обществе уже сложился. В условиях войны — это риск, но модель «доброго царя» или «мессии» в Украине не работает.

4. Сложность выбора в том, что у кандидатов-фаворитов нет принципиальных расхождений по ключевым вопросам развития Украины, по которым в обществе сложился консенсус (будущее, а не прошлое; Европа, а не Евразия и не союз с Россией; защита Украины от Путина; возврат Крыма и Донбасса и т.д.). Разделение симпатий между Зеленским, Тимошенко и Порошенко происходит главным образом на основе катастрофических сценариев будущего — что будет, если того или иного кандидата изберут (либо не изберут). Некоторые социологи считают, что исход выборов решит явка различных возрастных групп в разных регионах: перекос в пользу старшего поколения Запада Украины — это победа Порошенко или Тимошенко. Перекос явки в пользу молодежи Юго-Востока — победа Зеленского.

5. Некоторые эксперты считают, что это «выборы без выбора», поскольку ни у одного из лидеров гонки нет ни новой философии государства, ни модернизационной повестки развития Украины, ни полноценного «украинского проекта», а от предвыборных программ разит глухим провинциализмом и не то что вчерашним, но позавчерашним днем.

6. Среди лидеров гонки уровень непредсказуемости на посту президента увеличивается от Порошенко через Тимошенко к Зеленскому. Порошенко воплощает парадигму «синицы в руках» и сохранения status quo. Зеленский — «журавля в небе». Тимошенко — где-то посредине.

7. Обычно выбор «меньшего зла» присущ второму туру президентских выборов. Но в Украине такая мотивация избирателей ожидается уже на первом. Среди украинского городского среднего класса есть три группы, и они довольно значительны, которые считают, что в случае победы одного из трех кандидатов стране конец, а потому надо «валить» — сразу после подсчета голосов. При этом логика аргументов, почему надо бояться Порошенко-2, Тимошенко или Зеленского примерно одинакова.

8. С точки зрения развития и зрелости украинской политической системы важнейшим маркером и настоящим экзаменом для нее будет фактор легкости и безболезненности передачи власти от Порошенко и его команды новому президенту — если победит не он. Но на данный момент вокруг его фигуры сложился определенный консенсус силовиков, ветеранов АТО, волонтеров и прочих радикальных мужчин с боевым опытом, сознание которых отвыкло от полутонов. Они вовсе не считают Порошенко лучшим или даже «меньшим злом»; они считают, что без Порошенко — со всеми его грехами и претензиями к нему — Украины просто не будет.

9. Наличие такого консенсуса вокруг действующего президента может очень существенно повлиять на все события после 31 марта: в случае выхода во второй тур Тимошенко и Порошенко ситуация в стране останется относительно спокойной и стабильной. Но если во второй тур выходят Порошенко и Зеленский или Тимошенко и Зеленский, то группы поддержки Юлии Владимировны и Петра Алексеевича соответственно могут стать генераторами нестабильности и «третьего Майдана».

10. Интересна судьба пророссийской повестки: после визита Юрия Бойко в сопровождении Медведчука к российскому премьеру Медведеву его результат в первом туре — это количество людей лояльных Москве, Кремлю, лично Путину и останкинской интерпретации российско-украинских отношений («майданный госпереворот», «Крым не мог не уйти», «гражданская война», «госдеповские кукловоды», «США напали на Россию на Донбассе» и т.п.). (Впрочем, если бы не баллотировался Зеленский, Бойко и Гриценко, могли бы претендовать на выход во второй тур и даже на победу на выборах.)

11. У Кремля на этих выборах нет «своего» кандидата (среди лидеров) — которому можно было бы открыто симпатизировать. Кремлевская логика ориентирована на хаос, уменьшение управляемости внутри страны и ослабление антироссийских неформальных союзов, инспирированных Украиной и приносящих много проблем российской экономике и безопасности. С этой точки зрения любая неопределенность, хаотизация, силовое противостояние, «третий Майдан», срыв выборов, непризнание их результатов Западом, а также победа кандидата без команды или без стратегического видения будущего будет рассматриваться как успех.

Ниже — наиболее важные аргументы «за» и «против» трех лидеров предвыборной гонки — как они сформированы в их собственных предвыборных кампаниях и как они представлены в публичном политическом поле.
 
ПЕТР ПОРОШЕНКО, «ЗА»

 
1. «Безвиз». Изначально предполагалось, что безвизовый режим посещения стран ЕС гражданами Украины будет приятным бонусом, вишенкой на торте, «гарниром» к «основному блюду» евроинтеграции. Но он оказался «основным блюдом».

2. Томос об автокефалии ПЦУ. Было стойкое ощущение, что церковный вопрос (создание независимой от Москвы автокефальной православной церкви) будет вечно неразрешимым. Но случилось невозможное — совпало несколько благоприятных для Киева обстоятельств — обида Константинополя на РПЦ за провал Всеправославного собора 2016 года, российско-украинская война, молчаливая поддержка иерархами РПЦ и УПЦ МП политики Кремля в отношении Украины. Как бы ни сложилась дальнейшая политическая судьба Порошенко, его участие в этом процессе гарантирует ему упоминание в учебниках истории.

3. ЕС и НАТО. Внесение в Конституцию Украины положений об интеграции в НАТО и ЕС, как и обсуждаемый нынче законопроект о статусе украинского языка, имеют смысл как «защита от дурака» — на случай гипотетического политического реванша пророссийских политических сил.

4. Воссоздание армии и эффективная оборона Украины от российского агрессии. Именно образ Порошенко как главнокомандующего, при котором украинская армия поднялась из руин («создавалась не с нуля, а с минуса») и стала одной из самых сильных в Европе, и который сумел не пустить «московскую орду» дальше нынешних границ ЛДНР, является наиболее востребованным его ядерным электоратом.

5. Создание антипутинской международной коалиции. Мобилизация западных политических лидеров против Кремля, поддержание режима антироссийских санкций, установление «азово-черноморских» санкций, маргинализация России, фактически — ведение дипломатической войны против Москвы — это то, что является еще одним существенным предвыборным активом Порошенко.

6. Враг Путина. Конкуренты Порошенко время от времени пытаются вбрасывать в общественное сознание идею, что он, на самом деле, тайный союзник Путина и что Кремль и Останкино поносят его исключительно для роста рейтинга и популярности в Украине. Однако следует констатировать, что Порошенко — личный враг Путина, и это не лечится.
 
ПЕТР ПОРОШЕНКО, «ПРОТИВ»

 
1. Бедность, тарифы, цены. Если предвыборная повестка Порошенко в сфере обороноспособности, безопасности и дипломатии достаточно убедительна, то проблемы бедности, тарифов ЖКХ, экономических реформ, индустриальной политики, борьбы с коррупцией его штаб предпочитает обходить стороной. Претензии к Порошенко и у тех, кому нужна «рыба» (социальные гарантии, дешевый газ, пенсии), и у тех, кому нужна «удочка» (гарантии со стороны государства для малого и среднего бизнеса).

2. Модернизация во время войны. Противники Порошенко говорят, что им и его командой была упущена колоссальная возможность турбо-модернизации страны, т.е. проведение огромных по объему реформ — на волне мобилизации украинского общества в ходе революции 2013 года. Однако сторонники Порошенко возражают, что подобные трансформации в принципе невозможны во время войны. В современной социальной теории нет однозначного ответа на этот вопрос: война или иная мобилизационная угроза является катализатором социально-политической модернизации или делает ее в принципе невозможной?

3. Аваков и МВД. Напряженные отношения Порошенко и его сторонников с партией «Народный Фронт» и министром внутренних дел Арсеном Аваковым, многократное повторение последним уверений в том, что МВД не позволит никому устраивать фальсификации на выборах, в т.ч. за счет «мертвых» и «отъехавших» на заработки душ, можно рассматривать как фактор, усложняющий предвыборную кампанию действующего украинского президента.

4. «Оборонный» скандал с Гладковскими-Свинарчуками: люди из ближайшего президентского окружения обвиняются в покушении на самое святое — на наживе на военных заказах в условиях войны. Однако, вопреки логике раскрутчиков скандала, рейтинг Порошенко от этой информации не обрушился, а ядерный электорат получил мотивацию прийти на выборы и проголосовать за второй срок.

5. Массовая эмиграция из Украины. Это то, что больше всего подрывает жизнеспособность Украинского государства. Но защитники Порошенко говорят, что, мол, из более успешной Польши уехало на Запад намного больше людей, чем из нищей Украины в ту же Польшу.
 
ЮЛИЯ ТИМОШЕНКО, «ЗА»

 
1. Обещание посадить Порошенко. Эта нравится избирателям, но является признаком авторитарной политической системы.

2. Обещание уничтожить олигархическую систему — об этом говорят все, но Тимошенко об этом говорит эффектнее и убедительнее других.

3. Снижение тарифов. Обещание снизить цену на газ в 2 раза и спасти людей от «тарифного геноцида» в исполнении Юлии Владимировны звучит тоже достаточно убедительно.

4. Новый курс развития Украины. Полная перезагрузка: переход к парламентской республике, новая Конституция, новый общественный договор, новый курс социально-политического и экономического развития.

5. Скрытый электорат. Тимошенко и ее партия на нескольких последних выборах получают на 3–5% больше голосов, чем показывали социологи — за счет центральноукраинского села, райцентров и небольших городов, куда социологи зачастую не доходят.
 
ЮЛИЯ ТИМОШЕНКО, «ПРОТИВ»

1. Имиджевый негатив. Помимо ядерного электората сторонников у Тимошенко сложился ядерный электорат ненавистников — людей, которые свою ненависть не могут пояснить рационально. Но точно знают, что «Юля — воровка», «подруга Путина», «марионетка Коломойского», «украла миллиарды на газовых схемах» и т.п.

2. Перепутаны «рыба» и «удочка». В предвыборной кампании Тимошенко, которая ведется достаточно неэффективно, повторяется частая ошибка, характерная для многих «креативных» предвыборных кампаний, — когда посылы активной и пассивной аудиториям меняются местами: первым обещают социальные гарантии и выплаты долгов Сбербанка СССР, а вторым — модернизацию и новые возможности.
 
ВЛАДИМИР ЗЕЛЕНСКИЙ, «ЗА»
 
1. Новый, молодой, некоррумпированный, несистемный. Его главное конкурентное преимущество в том, что он не был частью политической элиты а даже свой шоу-бизнес построил главным образом на высмеивании и пародировании этого самого «политикума».

2. «Против всех». Фантастический рейтинг Зеленского — это прежде всего нежелание выбирать представителей старого и давно скомпрометировавшего себя истеблишмента, ненависть к существующим элитам, голосование «против всех» и желанию продолжить антиэлитную революцию.

3. Парламентская республика. Некоторые сторонники Зеленского считают, что избрание их кандидата президентом позволит Украине безболезненно изменить форму правления и сторону парламентской республики. Гипотетически возможна ситуация, при которой во второй тур выходят Зеленский и Порошенко, но Тимошенко поддерживает Зеленского, который, в свою очередь, обещает ей кресло премьер-министра.

4. Третий сезон сериала «Слуга народа», показ которого начался в последние предвыборные дни. В нем киношный Голобородько воплощает предвыборные лозунги Зеленского, а также в гротескном стиле экранизируются претензии к нынешней власти и «популистам» — вроде тимошенкоподобной «Жанны Юрьевны». Конкуренты прилагали фантастические усилия, чтобы сериал не вышел на экраны.
 
ВЛАДИМИР ЗЕЛЕНСКИЙ, «ПРОТИВ»

 
1. Некомпетентность. Отсутствие опыта госуправления и публичной политики невозможно восполнить никаким острословием. По мнению критиков Зеленского, подобные эксперименты в условиях войны могут привести к неуправляемости и ликвидации Украинского государства.

2. Непубличность. Примечательно, что избиратели полюбили персонажей Зеленского, а не его самого. Поэтому он избегает публичных дискуссий на социально-политические и экономические темы и даже прячется от телевидения — в то время, как другие кандидаты прорываются туда с фантастическими усилиями.

3. Коломойский. Представление о том, что отношения олигарха Игоря Коломойского с Владимиром Зеленским — это отношения кукловода и марионетки, Карабаса-Барабаса и Буратино, — широко распространены. Хотя логика действий и политических решений самого Коломойского тоже с трудом поддается прогнозу.

4. Непредсказуемость рейтинга. Фантастический рейтинг Зеленского появился из ниоткуда и продолжает расти — несмотря на всё новые порции имиджевого негатива. Но так же загадочно он может и испариться — в день выборов. По крайней мере, ключевой электорат Зеленского — это молодежь, которая часто не знает даже места расположения своего избирательного участка, это легкие и беззаботные люди, готовые голосовать «по приколу».

5. Малороссийство. Недоброжелатели Зеленского обвиняют «Квартал 95» и его лично в отсутствии украинского патриотизма и в продвижении специфического «постсоветско-малороссийского дискурса», который с неизбежностью приводит к тезису об «одном народе».

В общем, можно делать ставки, а результаты — 1 апреля.

Андрей Окара


Ранее на тему На Украине стартовали выборы президента с рекордным числом кандидатов

Украина выбирает президента

На Украине рассказали о нарушениях «дня тишины»