Литве понадобился закон «о русских и поляках»

В прибалтийской республике на госуровне собираются принять положение о нацменьшинствах, хотя они и без того не чувствуют себя в этой стране изгоями.


В Литве гражданство получили все, кто проживал в этой республике на момент обретения ею независимости. © Фото Olga Posaškova с сайта lrs.lt

Недавно избранный президент Литвы Гитанас Науседа заявил, что приветствовал бы принятие Сеймом нового закона о нацменьшинствах. Зачем он вдруг понадобился в стране, где национальный вопрос не стоит так остро, как в соседних Эстонии и Латвии, где до сих пор живут «неграждане»?

Последняя перепись населения (проводилась в 2011-м) показала, что в Литве проживают представители 154 национальностей. Самое крупное меньшинство — поляки, составляющие 6,6% от всего населения (около 200 300 человек). На втором месте — русские, это 5,8% жителей (176 900 человек), замыкают тройку лидеров белорусы — 1,2% (около 36 200 человек). В реальности белорусов в разы больше, но у них проблемы с «самоидентификацией» — во времена СССР многие записывали детей «русскими», после — «поляками», считая, что это им поможет в построении карьеры.

Так что, по сути, в Литве два национальных меньшинства, для которых важно принятие данного закона, — польское и русское. При этом они существуют в очень разных условиях. Поляки — хорошо организованы, собраны в сильную партию «Избирательная акция поляков Литвы», доминируют в некоторых районах страны, контролируют Костел и имеют собственные СМИ. Наконец, они мотивированы идеологией, согласно которой Вильнюс с прилегающими территориями — это исконно польский город Wilno.

Наоборот, русские достаточно рассеяны территориально, весьма скромно представлены в верхних слоях литовского общества, не имеют заметных районов компактного проживания (как в Латвии и Эстонии), трансграничных контактов и политического представительства. Получается, что новый закон должен в равной степени регламентировать интересы очень разных по своей «силе» меньшинств. Это, прежде всего, вопросы, которые касаются сохранения образования на родном языке, поддержки государственных школ с преподаванием на русском и польском. А также — дополнительные возможности, например, вести официальную переписку с руководством самоуправлений не только на литовском языке, право указывать названия улиц, учреждений в местах, где компактно проживают нацменьшинства, на польском или русском. Хотя и сейчас в мэрии Вильнюса можно поговорить с чиновниками на любом из трех языков.

Самый спорный вопрос для маленькой Литвы: какие самоуправления можно называть местами, где компактно проживают меньшинства. Одни политики предлагают установить планку в доле населения в 30%, другие — в 20%, третьи — и вовсе в 10%, ссылаясь на опыт Чехии. Единой практики для всего ЕС в этом плане нет, опереться литовским законодателям не на что. Однако Гитанас Науседа готов поддержать закон практически в любом его виде. «У меня нет какого бы то ни было жесткого и категоричного мнения, поскольку права нацменьшинств застолблены или лучше сказать — инкорпорированы в другие наши законы, но, по всей вероятности, закон о национальных меньшинствах точно не повредит», — сказал литовский президент.

Литовские политологи осторожно замечают, что новый закон явно окажется выгоден полякам. К ним в республике традиционно относятся очень настороженно. При предыдущем президенте — правившей 10 лет Дале Грибаускайте — Польша воспринималась как большая страна, которая не забыла про свои «восточные территории». А значит, литовцы могут утратить свою идентичность под влиянием польской культурной, экономической и прочей политики. Тем более, что в истории польско-литовских отношений подобное уже бывало. Гитанас Науседа, кажется, лишен подобных страхов. И, судя по всему, новый закон о национальных меньшинствах очень хорошо «ляжет» в канву улучшения польско-литовских отношений.

«Смотрите: польская партия „Избирательная акция поляков Литвы — Союз христианских семей“ (ИАПЛ-СХС) долгие годы была в глухой оппозиции к официальному Вильнюсу. А теперь она присоединилась к правящей коалиции. Причем возглавляет ИАПЛ-СХС депутат Европейского парламента Вальдемар Томашевский, — сказал в комментарии для „Росбалта“ литовский политтехнолог Витаутас Абромавичюс. — Согласно подписанному коалиционному соглашению, поляки возглавят два министерства — внутренних дел и связи. Кроме того, 16 июля новый президент Литвы в первый свой зарубежный визит посетил Польшу. Это очень показательно: не Брюссель, а именно Варшаву, тем самым показывая, что понимает, от кого из соседей по ЕС реально зависит его страна».

К слову, в ходе этого визита польский президент Анджей Дуда подчеркнул, что Литва является важным стратегическим союзником Польши. Речь идет не только о двусторонних отношениях, но и о сотрудничестве в более широких форматах, таких как НАТО, Европейский Союз и инициатива «Триморье». Польша дала понять, что ей интересна Литва как элемент формируемого Варшавой сильного регионального союза (то самое «Триморье», проект которого был предложен еще Пилсудским).

Науседа также намерен на пару с Польшей развивать союзнические отношения с США. Не случайно перед вылетом в Варшаву президент заявил, что Литва хочет принимать участие в проекте «Форт Трамп». Хотя на данный момент это не постоянная база, а ротационная постоянная дислокация американских войск в Польше. Литовские политики соглашаются, что это в интересах их страны — просто потому, что Литва еще больше, чем Польша зависит от общей обороны в рамках НАТО и в рамках отношений со Штатами. Страна с таким военным и экономическим потенциалом как Литва не в состоянии обеспечить все возможные инструменты обороны на самом современном уровне.

Но вернемся к законопроекту о нацменьшинствах и его значении для русского населения Литвы. Скорее всего, на его судьбе закон вряд ли как-то скажется. Во-первых, в стране и так действуют нормы ЕС, весьма либеральные к любым меньшинствам. Во-вторых, русские в Литве после 1991 года так и не смогли создать устойчивое, четко выраженное сообщество, которое было бы готово защищать свои интересы. В отличие от Латвии и Эстонии. Соответственно, сегодня уже второе поколение русских, живущих в независимой Литве, старается не сохранить свою самобытность, а ассимилироваться — чтобы получать все выгоды от жизни в Европе.

Михаил Петровский


Ранее на тему Детям неграждан разрешили стать «урожденными» латвийцами

В Латвии разрешили детям неграждан автоматически получать гражданство

Спикеру сейма Польши запретили пересекать границу России