«Крики о победе в Сирии были полной липой»

Сделав ставку на Эрдогана, как союзника в разрушении южного фланга НАТО, Россия связала себе руки интересами Анкары, отмечают эксперты.


Турки более агрессивны, больше уверены в себе и будут навязывать Москве свои условия. © Фото с сайта Минобороны РФ

Информация о происходящем в последние дни на севере Сирии, после того, как турецкая армия возобновила там свое наступление, скудна, однако кое-что известно точно. Турецкие войска начали наступление на города и населенные пункты, в которые перед этим вошли сирийская армия президента Башара Асада и курды. Что там сейчас происходит? Можно ли говорить о том, что Турция нарушила договоренности, достигнутые на переговорах между президентами Реджепом Эрдоганом и Владимиром Путиным в Сочи? Или, напротив, Анкара действует в рамках этих договоренностей, поскольку Путин, как мы помним, недвусмысленно дал понять, что Турция имеет право обеспечивать свою безопасность?

Однако одновременно с карт-бланшем, который Кремль дал Эрдогану на севере Сирии, Москва поспособствовала объединению Асада и курдов, проведя переговоры между их представителями на своей базе «Хмеймим», и фактически поддержала их совместные действия против турецкой интервенции. В какой-то момент показалось, что все здесь складывается в пользу России. Но тут свое слово сказали турецкие вооруженные силы, после небольшой паузы продолжившие свое наступление. При этом на север Сирии в помощь курдам были введены не только асадовские войска, но и российская военная полиция. Однако это не помогло, сирийцы и курды отступили.

В сути противостояния на севере Сирии, ситуации с курдами и задачах российской политики в регионе вместе с обозревателем «Росбалта» разбирались эксперты.

Александр Шумилин, руководитель центра Европа — Ближний Восток Института Европы РАН:

Фото из личного архива

«В целом происходит то, что отчасти ожидалось. В частности, были предсказуемы столкновения между сирийскими и турецкими подразделениями, которые сейчас время от времени и происходят, причем, однозначно в пользу турецкой армии, которая вытесняет асадовские силы из конкретных населенных пунктов, поскольку российская военная полиция там пытается уйти от этих «разборок».

Нужно иметь в виду, что заключенные сейчас соглашения между Москвой и Анкарой — поверхностны. Это тактические договоренности. Для курдов замирение с Асадом — вынужденное, сиюминутное, по принципу «спасение, а там посмотрим». Глубинная установка курдов направлена на отторжение режима Башара Асада.

Ясно, что Эрдоган от своих анонсированных планов (ликвидации «курдской угрозы») не отступит. Также ясно, что эти планы приняты Москвой, а для России в Сирии, кроме контроля северной границы этой страны, никакая территория не определена. Все остальное, с точки зрения Кремля, надо отдать под контроль президента Асада. Эрдоган, возможно, в принципе даже и возражает против такой постановки вопроса, но он должен быть уверен, что на этой территории (север Сирии) нет курдских вооруженных группировок.

Москва может попытаться убедить Башара Асада не соваться в эту 32-километровую «зону безопасности» вдоль границы с Турцией, а наводить порядок за ее пределами. Как будет реагировать на это президент Сирии Асад, который повязан договоренностями не только с Россией, но и с Ираном, и с собственными сторонниками в стране, перед которыми у него есть обязательства восстановить ее территориальную целостность, пока не очень ясно.

Для Москвы в выборе между Асадом и Эрдоганом важнее договоренности с турками. Эрдоган для Кремля во всем этом раскладе — фигура номер один. Планы Кремля в отношении нынешнего турецкого президента как союзника по разрушению южного фланга НАТО — гораздо более широкие».

Алексей Малашенко, руководитель научных исследований института «Диалог цивилизаций»:

http://carnegie.ru

«Во-первых, нужно понять, что все крики о победе Москвы (в Сирии) изначально были полной «липой». Все это было достаточно дешевой пропагандистской болтовней. Никакой победы нет, поскольку нет и ничьего поражения. Кто там потерпел поражение? Турки? Все договоренности, которые там были заключены, это не договоренности, а временные взаимные уступки, в которых была заложена активность Турции. Но я бы сказал, что Анкара в Сирии перешла некоторые границы российских надежд.

Я не удивлюсь, если уже на этой неделе будут контакты если не Путина с Эрдоганом, то, как минимум, на уровне министров иностранных дел двух стран. Ситуация там так и не урегулирована. Придется снова договариваться, но на каких условиях — пока неизвестно, потому что турки понимают — они нужны России. А Москва прекрасно понимает, что не может уступить в части интересов Башара Асада.

Думаю, что столкновения продолжатся, затем опять будут переговоры. Но пока турки на коне. Они добиваются того, чего хотят — продвинулись на 32 километра вглубь сирийской территории и на сотни километров по ширине. России в данном случае надо принимать какое-то решение, а не рассуждать о миротворчестве, которое не состоялось. Турки в этой ситуации более агрессивны, больше уверены в себе и будут навязывать свои условия. Как на это будет реагировать Россия — пока не очень понятно».

Михаил Магид, эксперт по Ближнему Востоку, историк:

Фото Евгения Шабанова

«Турция, согласно сочинским соглашениям, контролирует зону длинной примерно 150 и глубиной около 30 километров. Ее соединения и подразделения турецких прокси из СНА (Сирийская национальная армия, управляемая турецкими офицерами, состоит из бывших участников антиасадовской суннитской оппозиции) медленно продвигаются вперед, занимая село за селом. Курдские отряды, по их словам, выведены из 30-километровой зоны вдоль границы, в соответствии с сочинскими соглашениями. В реальности, думаю, они выведены не везде. Турки наступают, курды огрызаются и наносят контрудары.

Идет совместное патрулирование 10-километровой зоны вдоль границы российскими и турецкими силами. При этом случаются инциденты. В этом регионе также размещены асадовские войска. Но в реальности они есть не везде. Например, они присутствуют в городах Кобани и Камышлы (туда же введены силы проиранской «Хезболлы», союзника Асада). Однако в случае приближения турецких войск асадиты часто удирают. Это напоминает июнь 1941 года — одни части оказывают сопротивление, другие бегут, столкнувшись с противником.

Турция давно бы дошла до Дамаска, если бы ставила такую цель, и если бы ей не мешали Россия и Иран. Есть пустующие села, откуда асадиты бежали, а турки туда не вошли. Под городом Тель-Тамир идут сражения между турецкими войсками и курдскими отрядами. Турция способна зайти куда хочет, армия Асада бежит, а курдские отряды могут наносить болезненные удары, но не в состоянии остановить продвижение турецкий армии — второй по силе в НАТО.

Эрдогана тормозит только Москва. Россия инвестирует в Турцию гигантские средства, строит АЭС «Аккую» (стоимостью 20 млрд долларов), ведет в Турцию газопровод (около 7 млрд), продает современное оружие. Она имеет рычаги влияния на Эрдогана и может с ним принимать участие в разделе Сирии.

Тем не менее, турецко-российские договоренности в Сирии работают плохо, пример — Сочинское соглашение по Идлибу. В реальности то боевики из Идлиба совершают рейды вглубь территории Асада, то асадиты бомбят Идлиб и откусывают от него куски, и турецкие базы там не могут этому помешать. В Идлибе РФ, Асад и иранцы говорят, что боевики антиасадовских сил не выведены из демилитаризованной зоны, нарушают соглашения.

Турция утверждает, что не все курдские отряды выведены из 30-километровой зоны вдоль сирийско-турецкой границы и медленно продвигается там вперед. Думаю, в будущем возможен обмен северо-восточной Сирии (зона глубиной 30 и длинной 450 км от Манбиджа до границы с Ираком) на Идлиб. То есть Турция, возможно, получит эту зону, а Россия и асадо-иранцы — Идлиб.

Почему Эрдоган так поступает? С одной стороны, он получает от РФ огромные инвестиции, опирается на Россию в противостоянии с США и не хочет ссориться с Кремлем. С другой, с началом турецкой операции в Сирии «Источник мира», в Турции поднялась волна националистического патриотизма, на которой Эрдоган увеличил свою популярность. Для него это особенно важно после поражения в этом году на муниципальных выборах в крупных городах. Кроме того, он хочет вернуть в Сирию и поселить в этой зоне миллионы беженцев. Это будет буфер на севере Сирии между ним и курдами, прокси-государство с прокси-армией, угрожающее его противнику, Асаду, и это будет решение проблемы сирийских беженцев, присутствием которых в Турции недовольна значительная часть ее общества.

Здесь еще есть важный аспект, на который надо обратить внимание, — гуманитарный. От турецких ударов погибли уже сотни мирных граждан, курдов и не только. От 200 до 300 тысяч преимущественно курдов стали беженцами.

Александр Желенин


Ранее на тему Песков назвал «хороший повод» для очередной встречи Путина с Эрдоганом

Песков: В графике Путина нет встречи с Эрдоганом

Президенты США и Турции договорились о встрече в Вашингтоне