Нужен ли Ташкенту Евразийский союз с его «червоточинкой»?

Президент Узбекистана не отказывается от планов интеграции с ЕАЭС, однако пока предпочитает присмотреться Впрочем, все еще может измениться.


Мирзиееву надо очень серьзно прикинуть, стоить ли надевать на себя это «ярмо». © Фото с сайта kremlin.ru

В феврале ожидается визит в Москву президента Узбекистана Шавката Мирзиеева. От него ждут положительного ответа о присоединения его страны к Евразийскому экономическому союзу.  Впрочем, ответ в Кремле уже получили, но пока неоднозначный. На заседании сената республики Мирзиеев заявил: «Мы не вступаем в союз в качестве члена организации. Сначала мы должны выяснить, является ли это для нас приемлемым в нынешних обстоятельствах. … Наблюдатель, не значит — член, это вроде зрителя».

Но вскоре на сайте президента появилось послание, в котором говорится о необходимости «расширения экономической интеграции». В нем отмечается, что до 80% внешнеторговых грузов Узбекистана по некоторым позициям транспортируются транзитом через Россию, Казахстан и Киргизию. В общем,  «Учитывая это,  а также в целях создания благоприятных условий для наших граждан, работающих в России и Казахстане, … изучается вопрос налаживания взаимодействия Узбекистана с Евразийским экономическим союзом».

Таким образом, не вполне понятно, окончательно ли остановится Узбекистан на статусе наблюдателя в ЕАЭС, или существует вариант (разумеется, при определенных условиях) вступления страны в этот союз. И тут возникают два вопроса. Первый: почему ЕАЭС (читай — Россия) стремится затащить Ташкент в интеграционное объединение; второй — каковы плюсы и минусы членства в нем Узбекистана.

Начнем с первого. Эта самая густонаселенная страна Центральной Азии значительно усилит ЕАЭС. Численность ее населения — более 30 млн человек, причем доминирует молодежь. Узбекистан имеет большой рынок, экономический и транзитный потенциал, а также важное геополитическое расположение — соседствует с Афганистаном и со всеми государствами ЦА.

Интеграция этого региона без Узбекистана видится неполноценной, и если его «уведет» другой крупный политический игрок, то ЕАЭС как стратегически важный для России проект в итоге зависнет. Значит, Москве необходимо сделать все возможное, чтобы распространить свое геополитическое влияние на Ташкент и в дальнейшем попытаться втянуть его еще и в ОДКБ. Но это будет уже сложнее, если обстановка в ЦА не станет по-настоящему устрашающей из-за активности в ней террористических группировок. Хоть узбекская армия и дееспособна, с массированным нашествием боевиков в одиночку она может не справиться. Напомним, Узбекистан является нейтральным государством.

Далее. Если республика вступит в ЕАЭС, это пойдет на пользу российской экономике — она получит легальный приток дешевой рабочей силы, что актуально в контексте старения и сокращения численности населения РФ.  Но есть ли у Ташкента острая необходимость членства в ЕАЭС, которое на данном этапе повлияет на его политический и экономический суверенитет. Среди плюсов членства Узбекистана в союзе — доступ к огромному рынку капитала и услуг, льготные условия транзита товаров, равные права для трудовых мигрантов. А также, как считается, доступ к инвестициям и технологиям, не до конца сформировавшимся общим рынкам электроэнергии, нефти и газа.

Но минусов тут значительно больше. Не секрет, что «флагманом» союза и самым крупным его рынком является Россия, соответственно, она в нем и доминирует. Между тем РФ ведет санкционные войны то с одним крупным мировым игроком, то с другим, что является риском для менее крупных  экономик, чем российская. Узбекистан пока неплохо защищает свой внутренний рынок, но удастся ли ему это сделать, будучи членом ЕАЭС, причем с соблюдением баланса интересов других участников союза?  Выдержат ли отдельные секторы экономики конкуренцию с более крупными российскими компаниями. И не станет ли, к примеру,  узбекский хлопок и текстиль поперек горла киргизскому, а российский — тому же узбекскому. Еще одно важное обстоятельство: став членом ЕАЭС, Узбекистан может частично утратить контроль над своей торговой политикой, в частности, в секторе либерализации соответствующего режима.

Да и нарастающие распри внутри самого ЕАЭС говорят о том, что союз этот не без «червоточинки». Последний громкий скандал — нефтяной, между РФ и Белоруссией. И все это попахивает политикой, а не интересами реальной экономики. Так почему бы Узбекистану не воздержаться от вступления в ЕАЭС — по крайней мере, до тех пор, пока в нем не прекратятся выяснения отношений, за которые та или иная страна расплачивается экономикой, то есть деньгами.

Думается, что Узбекистан прекрасно проживет и без союза, членство в котором облегчит существование только мигрантам за счет различных преференций, включая доступ к займам, кредитам, пенсионным накоплениям; обязательному медицинскому страхованию; получение права на временное и постоянное проживание в ареале государств союза и т. д. Все это, конечно, достаточно привлекательно для них, но не решающе для такого сравнительно успешного государства как Узбекистан. В общем, что выигрышно для таких малых и бедных стран как Армения и Киргизия, то вряд ли хорошо для развивающейся, но стоящей на собственных ногах страны.  Существует же практика двусторонних соглашений, а для привлечения инвестиций, например, из России, в союз вступать необязательно — они и без того вливаются в Узбекистан при новой власти.

В общем, торопиться надевать на себя ярмо ЕАЭС Ташкенту явно не стоит, а понаблюдать за процессами, происходящими в союзе, «примериться» к ним — почему бы и нет? Если только Москва в своем страстном желании заполучить Узбекистан не предложит ему нечто невероятно привлекательное. Но это уже из области бесплатного сыра в мышеловке. А ее, помимо РФ, могут расставить и Китай, и США. Вопрос: которая из них «смертельна» для Узбекистана, а которая «всего лишь» ограничивает возможность маневра?

Сейчас ситуация в стране выглядит многообещающе: Мирзиеев «перезагрузил» крайне авторитарный и изоляционистский режим своего предшественника. Достаточно сказать, что он поручил провести реформу системы прописки, которая вот уже тридцать лет сильно осложняет проблему занятости. Кроме того, разрабатывается гигантский проект по урбанизации двенадцати городов-спутников крупных агломераций; для ускорения темпов строительства жилья планируется внедрить новую систему ипотеки, а для поддержки малоимущих граждан и улучшения их жилищных условий государство выделит 105 млн долларов. Это не много, но все же — подспорье. Взят курс на сокращение бедности при содействии международных организаций. Как пообещал узбекский лидер, размеры заработной платы, пенсий, стипендий и пособий будут повышаться с опережением инфляции. Правительству поручено создать в 2020 году не менее 500 тысяч новых рабочих мест.

Также в этом году расходы госбюджета страны на здравоохранение увеличиваются на 23% и составят 2 млрд долларов. С приходом Мирзиеева средства выделяемые на закупку лекарств и медицинского оборудования, возросли в 6,5 раза, для онкологических больных — в 20 раз. В общем, Узбекистан реализует довольно амбициозные проекты в разных отраслях. И, заметим, без членства в ЕАЭС.

Возвращаясь к последнему вопросу. Ташкент всегда был осторожен с участием в интеграционных структурах — порой даже слишком. Но в заданных условиях он только выиграет от равноудаленности от мировых центров силы. Так что в случае с Евразийским союзом Мирзиееву очень серьезно и не с «кондачка» придется поработать с «весами».

Ирина Джорбенадзе

Идеи о том, как с пользой провести время в изоляции, а также фото и видео из охваченных эпидемией коронавируса городов присылайте на адрес COVID-19@rosbalt.ru


Ранее на тему В Узбекистане утверждено новое правительство

Узбекистан может получить в ЕАЭС роль «зрителя»

Узбекистан собрался в ЕАЭС, но пока высчитывает выгоды