Почему Россия не может «проглотить» Абхазию

ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) РОССИЙСКИМ ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА.

«Страна души» проявляет завидную упорность в неподчинении Москве, которая не рискует оставить ее без гроша и продолжает спонсировать «за просто так».


Все без исключения президенты Абхазии демонстрируют Владимиру Путину уважение и «покорность» в обмен «на подарки». © Фото с сайта президента Абхазии

Прошел год после того, как частично признанная Абхазия и Россия утвердили программу формирования общего социального и экономического пространства. По официальным данным, она основана на гармонизации законодательств РФ и Апсны, и являет собой «продолжение межгосударственного договора о союзничестве и партнерстве», подписанного сторонами 24 ноября 2014 года.

Цель программы — создание благоприятных условий для полноценного участия Абхазии в интеграционных процессах, «реализуемых по инициативе и (или) содействии России». Сроки реализации мероприятий рассчитаны на два-три года. Половина или треть этого срока уже прошли, но заявленные области «гармонизации законодательства» остались нетронутыми — разве что Москва, как и обещала, «упростила» предоставление российского гражданства жителям Абхазии, которые и до того были охвачены им на 80%. Включая, кстати, президента, премьера и других высокопоставленных должностных лиц.

Дело дошло до курьеза: на днях посольство РФ в Абхазии выдало заграничные паспорта жителям высокогорного села Псху — с прямой доставкой получателю. Так что даже ленивые или проживающие на некотором расстоянии от российского постпредства получат не только гражданство России, но и ее паспорт с доставкой на дом.

Что же касается гармонизации законодательства в самых разных отраслях (документ состоит из 45 пунктов), то воз и ныне там. «Там» он останется еще надолго — Абхазия ничего не хочет менять в уютных для нее бюджетной и налоговой политике, банковской деятельности, таможенном праве, энергетике, социальной, медицинской, образовательной сферах и т. д. И более всего она не желает упрощать законодательные процедуры для российских инвесторов, включая получение вида на жительство, регистрацию деятельности, а тем более предоставление россиянам права собственности на недвижимое имущество и приватизацию объектов — особенно энергетических. Эти два последних обстоятельства сильнее всего бесят Москву, от которой Абхазия «хочет все», не давая взамен ничего.

На днях в Сухуме побывала делегация Федеральной налоговой службы России во главе с заместителем ее руководителя Юлией Шепелевой — речь шла о формирования общего социального и экономического пространства. В эфире Радио Sputnik министр по налогам и сборам Абхазии Джансух Нанба прямо заявил, что «на данном этапе говорить о масштабном изменении налогового законодательства рано», поскольку «Россия в своем развитии ушла далеко вперед». Так что пока Абхазия ограничится внедрением у себя современных информационных технологий. Но пообещать — еще не значит выполнить.

И в самом деле — зачем ей «париться» и что-то менять, когда Россия вынуждена содержать Абхазию хотя бы уже за то, что на ее территории дислоцированы военные базы РФ. По официальным данным, за последние 12 лет Москва, точнее, российские налогоплательщики, вложили в Абхазию 45 миллиардов рублей. Но многие эксперты утверждают, что эта сумма занижена, по меньшей мере, на треть, и говорят о дополнительных «вливаниях» из различных «фондов». К тому же задолженность Апсны перед Россией за поставки электроэнергии перевалила за один миллиард рублей, хотя цена на электричество в республике буквально копеечная. В общем, в любом случае российские финансовые инъекции покрывают ежегодно до 80% абхазского бюджета.

Местные считают, что Россия должна ей гораздо больше, но громких скандалов ей не устраивают: живут, как считают нужным, не обращая внимания на требования и даже «нижайшие просьбы» Москвы. И никакие законодательные изменения в стране, не соблюдающей и «свои» законы, ей не нужны. Абхазы сильно подозревают, что «гармонизация» правового поля с Россией, создание с ней единого социального и экономического пространства ущемляет их «суверенитет». Они задаются вопросом: уж не стремится ли Москва присоединить к себе «Страну души», как в свое время Крым. «Мы не для того столько лет воевали с грузинами за независимость, чтобы присоединяться к России», — таково мнение почти всех, без преувеличения, абхазов. И продавать недвижимость и землю иностранцам, тем более россиянам, они тоже категорически не согласны, равно как предоставлять им абхазское гражданство. Другое дело — турки абхазского происхождения: в «Стране души» отношение к ним очень душевное.

Словом, с самого начала было ясно, что единое социальное и экономическое пространство России и Абхазии — утопичная идея. И даже если б власти приступили к ее реализации, их мигом бы смели — мандариновая республика имеет большой опыт государственных переворотов.

А ведь какие надежды питал президент Аслан Бжания, заявивший ранее, что единое социальное и экономическое пространство с Россией видится ему «подобием Евросоюза» (не опечатка!), когда каждая страна (кто, кроме РФ и Абхазии, может, Науру и Никарагуа?) создают союз «без ущерба для суверенитета» каждой. «Такому союзу, — сказал абхазский лидер, — будет проще отражать глобальные угрозы и отстаивать национальные интересы на мировой арене».

В общем, горазд Бжания на анекдоты (известно, с его же слов, что он их любитель), равно как и назначенный им на днях новый министр иностранных дел Инал Ардзинба. В интервью абхазскому телевидению одним из главных направлений «внешней политики» Абхазии он назвал всеобъемлющее укрепление отношений с Россией. А также на полном серьезе говорил о возможности участия республики в «международных интеграционных группировках на постсоветском пространстве, создании общего пространства обороны и безопасности» — это при том, что ни одна из бывших советских стран независимость и суверенитет Абхазии не признала.

Министр посетовал на нехватку денежных средств у «Страны души», и выходом из создавшегося положение назвал привлечение инвестиций. Но, как было сказано выше, абхазские законы вложению инвестиций в республику не способствуют. Зато он остался доволен уровнем отношений с Сирией, Венесуэлой и Никарагуа — помимо них, да еще России и Науру, независимость Абхазии больше никем не признана. А вот с непризнавшими, считает глава внешнеполитического ведомства Апсны, «необходимо работать». А как? Оказывается, «созданием правильного информационного фона». О фоне еще будет сказано. Здесь же отметим, что новый министр «приоритетом» республики назвал признание ее суверенитета со стороны Грузии, подписание двустороннего соглашения о неприменении силы. Господин Ардзинба пообещал «четко двигаться в этом направлении».

Возвращаясь к вопросу «фона». Как точно заметил в свое время миллиардер Джон Рокфеллер, «деньги любят тишину, а большие деньги — тишину гробовую». Ни одной, ни другой в Абхазии нет. Это означает, что, помимо других причин, инвестиции в Абхазию не потекут, и признания ее независимости не будет — разве что Вануату вдруг «опомнится».

Тишины нет ни в контексте криминогенной обстановки, ни в плане привлекательного законодательства и его безусловного исполнения, ни с точки зрения легитимных либо конъюнктурных (практически для всего мира) оснований для признания.

В Абхазии сейчас тяжелый период: жесткий энергетический кризис на фоне сезонного похолодания. Начальник Сухумского управления электросетями Тимур Джинджолия сказал Радио Sputnik, что «возможно, будет хуже, … света не будет больше, чем сейчас». По его словам, все ограничения с подачей электроэнергии «связаны с тем, чтобы не вывести из строя оборудование»: перегорают предохранители, происходит «перегруз» трансформаторных мощностей, подстанций, отходящих фидеров и т. д. «Если в другое время зимой у нас было 180-200 вольт, — сказал Джинджолия, — то сегодня у некоторых и до 120 не доходит напряжение. Мы понимаем, что при таком напряжении у людей не работает техника. Но у нас нет другого выхода, мы другого предложить не можем».

Собственно, за что боролась Абхазия, на то и напоролась. Впрочем, как и Россия в «Стране души», подвластной ей только в контексте дислокации ее военных баз в этом «черноморском раю».

Андрей Николаев